Фирлэйм. – Фон Риггерт окинул меня очередным подозрительным взглядом. – Я жду, когда мне пришлют отчет об анализе видеопотока… – Он на миг прикрыл глаза. – Вот и он.
Воцарилось молчание.
– Мне тоже перешлите, – вклинился Фирлэйм, хмурясь.
– Забирайте, – рассеянно ответил фон Риггерт. Он уже занялся просмотром отчета и потому застыл посреди комнаты. Его веки опустились. Отчет транслировали через имплант, и я даже представила, как перед мысленным взором бегут скупые строки, перемежаемые изображениями.
– Однако, – через несколько минут молчания произнес Фирлэйм. – Мне все это не нравится.
– Господа, я бы тоже ознакомился, – ожил в кресле Кабальди, – не скинете ли и мне?
– Выставьте в сеть свой идентификатор, чтоб я ваш интерфейс увидел, – недовольно проворчал фон Риггерт.
На его сухом, тщательно выбритом лице появилось выражение крайней озабоченности и даже беспомощности.
– Кто мог это сделать, господин консул?
Конечно же никто не считал нужным объяснить мне происходящее, поэтому я решила спокойно посидеть и подождать, не встревая в разговор. В конце концов, я уже устала раз за разом рассказывать о том, как и где нашла тело, и не заметила ли чего-нибудь еще… Не заметила. Ничего не было.
Кабальди хмыкнул.
– И вы еще задаете вопросы? Разумеется, кто-то из этих, в балахонах!
– Вы имеете в виду кого-то из девиран? – Фирлэйм недоумевающе посмотрел на развалившегося в кресле Кабальди. – Но к чему им это?
Аудитор вдруг улыбнулся – добродушно и капельку снисходительно, как мог бы учитель улыбнуться непонятливому ученику.
– Мало ли что, господин консул. Мы же еще не знаем, какие отношения связывали вашего секретаря… покойного секретаря с девиранами. Лично я допускаю мысль о том, что ее пытались склонить к шпионажу, но она отказалась. Или запросила слишком высокую цену за свои услуги. А девиране… Ну подумайте сами, кто еще столь виртуозно мог затереть видеопоток, учитывая, что реплики хранятся на десяти узлах? Смотрите, мы ведь увидели, как девушка зашла в помещение. Затем следует затертая область. И потом мы сразу видим, как туда заходит госпожа Росс, а Эрла уже мертва.
– Зачем девиранам шпионить? – фыркнул фон Риггерт. – Они и без того знают слишком много, с этой технологией переработки даториума.
– В самом деле, Кабальди, – консул развел руками, – вы выдвигаете очень странную версию. Впрочем, я не удивлен, поскольку вас сюда прислали в качестве аудитора. Но, господа, я бы предложил не переносить сюда свои взгляды на проблему интеграции девиран в общество Альянса. Здесь и сейчас мы пытаемся решить вполне конкретный вопрос о том, кто застрелил из плазмы Эрлу, а затем еще и затер записи.
– Мне это все не нравится. – Кабальди нахмурился, сложил руки на груди. – И мне совершенно не нравится, что на станции такой низкий уровень защиты данных.
– Нет смысла защищать данные от девиран, им это не нужно, – заметил фон Риггерт. – Я полагаю, девушку застрелил человек. Но почему? Каков мотив?
– Надо проверить переписку Эрлы в пределах «Содружества», – не выдержав, пискнула я.
О моем существовании наконец вспомнили. Консул подошел, присел на край стола, за которым я сидела.
– Милая Марго, здесь шифрованные каналы связи. Мы не можем просто так взять и извне заглянуть в содержимое переписки.
– Проще попросить об этом девиран, – фыркнул фон Риггерт.
– Вопрос в том, сколько они за это запросят, – презрительно добавил Кабальди. – И все же, господа, интуиция подсказывает мне, что здесь замешаны наши друзья в черных балахонах…
– Тихо! – шикнул консул. – Сообщение от медиума Аэдо…
Он замер неподвижно, принимая аудиопоток, и чем дольше он слушал, тем шире распахивались его темные глаза. Я невольно поерзала на стуле: у меня появилось нехорошее предчувствие, что сейчас… вот буквально через несколько секунд произойдет нечто…
– Ого, – многозначительно выдохнул консул.
Я подобралась. Внутри все сжималось, в животе стало неприятно щекотно…
Фирлэйм вдруг посмотрел на меня. Задумался.
– Ничего себе!
– Да что там такое? – не выдержал Кабальди.
Консул рассеянно пригладил волосы. Было видно, что полученная новость его потрясла, и он торопливо подбирал слова, чтобы передать ее и нам. Я нащупала клатч и сжала его. Теперь… мне стало страшно. Когда новости хорошие, не нужно думать, чтобы рассказать о них другим. Бегающий взгляд Фирлэйма вопил, кричал о том, что новости – просто дрянь.
– Марго, – внезапно хрипло произнес он, – тут…
– Что?.. – выдохнула я, замирая и молясь, чтобы он не ответил и я ничего не узнала.
И словно ушат ледяной воды на меня опрокинули.
– Медиум Аэдо, придерживаясь политики интеграции девиран и Альянса, весьма прямолинейно изъявил желание взять тебя в жены.
Стало так тихо, что я услышала стук собственного сердца. Оно… билось подозрительно спокойно. Несколько мгновений. А потом подскочило и понеслось вскачь.
Как сквозь вату, до меня донесся голос аудитора:
– Да ну… бред какой-то. Шутка.
– Не думаю, Кабальди. – Консул откашлялся. – Они не шутят. И я полагаю, что медиум Аэдо настроен решительно.
Фирлэйм снова посмотрел на меня и улыбнулся. Правда, улыбка получилась какой-то дерганой, куда больше похожей на нервный тик, некрасиво исказив лицо волшебного принца.
– Марго? Что скажешь?
Я моргнула. Минуточку… Они это всерьез? Они принимают всерьез тот бред, который переслал девиранин?
– Бред, – просипела я, – невозможно. Чушь какая-то.
– Я отправлю уточняющий запрос, – мягко сказал консул. – Но должен сказать, выглядит все это… Хм, экстравагантно. Весьма. За все время присутствия на «Содружестве» ни один девиранин не был замечен в женском обществе. Я даже думаю, что им это все не нужно и размножаются они почкованием. Так зачем…
Он умолк, транслируя запрос в сеть.
Я невольно прижала клатч к груди. Круговерть событий раскручивалась с устрашающей скоростью, а у меня появилось ощущение, что я начинаю падать… и падать… чтобы в один миг встретиться с твердой поверхностью и расшибиться в лепешку.
Я умоляюще взглянула на Фирлэйма – тот нервно барабанил пальцами по столу и на меня не смотрел. Он смотрел на фон Риггерта.
– Ольс, похоже, наш друг не шутит. Он настойчиво просит, чтобы ему отдали Маргариту Росс. Срочно. Он даже готов зарегистрировать в реестре брачный протокол, все по правилам Альянса.
– Чушь, – выдохнула я, – невозможно…
Фирлэйм строго посмотрел на меня.
– Марго, дорогая, я думаю, что тебе лучше пойти к себе. Господин Кабальди может проводить тебя до апартаментов. Слишком много событий, не правда ли? – И криво улыбнулся. – А нам надо подумать, что делать дальше.
– Что вы ответите медиуму? – вырвалось у меня. – Чтобы не было конфликта?
Он нахмурился:
– Идите к себе, Марго. Надо подумать, что, как и кому мы ответим. Но должен сказать, ситуация складывается интересная. Очень даже.
* * *
До транспортера мы с Кабальди брели молча. Мне было душно, я старалась дышать глубже в попытке схватить побольше пахнущего апельсиновым ароматизатором воздуха. От усталости, пережитого шока… Да и что уж там, от новостей, полученных от медиума, колени дрожали и подгибались. Пару
