class="p1">Даже если ты не спала всю ночь, это вовсе не значит, что утром не нужно на работу.
Утро по времени «Содружества» наступало рановато, или я еще просто не привыкла. Но купленная накануне нанопудра идеально спрятала синяки под глазами, и я, облачившись в единственный свой деловой костюм, видела в зеркале уже не всклокоченное нечто со скрина, который я сделала дома, а вполне бодрую, довольную собой молодую женщину. Повторив про себя несколько раз «я больше не боюсь девиран», я отправилась на работу.
Для того чтобы добраться до консульского модуля, мне пришлось сделать пересадку с одного транспортера на другой, но это было хорошо, потому что пришлось пересечь что-то вроде торговой площадки. Там я взяла стаканчик кофе. Первый же глоток скользнул вниз по горлу горячим солнцем, и, немного взбодрившись и повеселев, я уверенно шагнула в транспортер.
Настроение слегка поднялось. Нет, конечно же остались и убийство, и странное послание. Но сейчас, по дороге на новую работу, я не хотела ломать себе голову, что за неизвестный доброжелатель завелся у меня на «Содружестве». Откуда-то появилась уверенность, что все разрешится наилучшим образом и что блажь медиума никто не примет всерьез. Эта уверенность была окрашена в светлые тона, чудным образом будила воспоминания о восходе на пляже, когда мы с Алексом ночевали в палатке и всю ночь то занимались любовью, то рассматривали созвездия сквозь прозрачный потолок. Удивительно, что эти воспоминания не нагнали тоски, и я подумала, что, возможно, это и есть первый шаг к исцелению. Я больше не буду бояться и больше не буду плакать оттого, что постепенно забываю лицо любимого.
Так, с улыбкой и недопитым кофе, я вошла в святая святых «Содружества» – консульский модуль.
Снова оказалась в империи, но уже не удивлялась. Глаз привык и к белым стенам, и к карнизам с позолотой, и к цифрографиям известных картин – да таким совершенным, что, казалось, это должны были быть оригиналы. Правда, я точно знала: оригиналы сюда не привезут. Они слишком хрупки и ценны, чтобы притащить их на космическую станцию.
В консульском модуле было людно: туда-сюда сновали миловидные девушки и столь же миловидные, но очень серьезные мужчины. Я спросила, где могу найти консула, – и мне указали на коридор, в конце которого было видно открытую дверь. Я, все еще улыбаясь, прошла туда: стоя у стенной ниши, консул Фирлэйм возился с автоматом, выдающим кофе, и снова был похож на очаровательного волшебного принца.
Увидев меня, он тоже улыбнулся, приветственно кивнул.
– Доброе утро, Марго! Вы уже и кофе прихватили, но не советую. На той площадке, через которую вы переходили между транспортерами, совершенно не умеют его варить. А вот этот аппарат делает это просто идеально.
– Спасибо.
Я окинула взглядом консула. Конечно, нежно-голубой камзол он сменил на строгий темно-серый костюм-двойку, но, пожалуй, больше ничего не изменилось: слегка вьющиеся волосы, бархатный взгляд, благородное лицо. Точно! Куда больше ему подошел бы не этот строгий, выдержанный в имперском стиле кабинет, а один из древних замков, где даже камни дышат романтикой ушедших веков.
– Ваше рабочее место. – Фирлэйм указал мне на большой стол, разумеется, белый. – Документы в шкафу. – Тут же указал на забранную зеркалами нишу. – Через час совещание, вам нужно там быть.
Я поставила кофе на приятно шершавую столешницу, огляделась. Кабинет мне понравился – светло, просторно, и даже зеленый пухлый кактус на полочке. Интересно, мне в самом деле придется работать с бумажными копиями документов? Или все-таки в зеркальном шкафу хранятся подключаемые модули данных?
Фирлэйм тем временем дождался кофе и, подхватив ярко-желтый пластиковый стаканчик, уселся за свой стол – в углу кабинета. Достал из ящика несколько модулей и, подключив их к сети, закрыл глаза. Это всего лишь значило, что у него в глазах стоят такие же импланты, как у меня, – и что таким образом он попросту читает.
– Простите, консул Фирлэйм…
Приоткрыл один глаз и лениво посмотрел на меня.
– Артус, Марго. Здесь, когда мы одни, можете звать меня Артус.
Я кивнула и продолжила:
– Артус… что-нибудь выяснили по поводу вчерашнего?
По идеальному лицу Фирлэйма скользнула тень.
– К сожалению, ничего. Но совещание как раз и будет посвящено нашим возникшим недавно проблемам.
– А вы… что вы написали тому медиуму? – тихо спросила я.
– Вот сейчас и будем решать, что ему написать, – невозмутимо ответил Фирлэйм.
А я почувствовала укол страха. Ощутимый. То есть, выходит, девиранину до сих пор не отказали? И его бредовое предложение даже не признано таковым? Я невольно поежилась. То, что Фирлэйм ему ничего не ответил, было дурным знаком, потому что, значит, Фирлэйм думает. Но о чем тут думать?
– Я отказываюсь идти замуж за представителя чужой цивилизации, – сказала я, – и вы не имеете права отдать меня ему против моей воли. Это прописано в законах Альянса.
– Успокойтесь, Марго, – в голосе Фирлэйма появились снисходительные нотки, – никто против воли вас замуж не выдаст и на чужие корабли не увезет.
– Тогда зачем… что-то еще решать? Почему нельзя было ответить сразу?
Фирлэйм провел ладонью над модулями памяти, отключая трансляцию, и хмуро посмотрел на меня.
– Потому что, Марго, девиранин имел наглость разослать свое предложение еще ряду лиц, заинтересованных в нашем сотрудничестве. И теперь я не могу принять решение единолично, теперь нужен кворум и консенсус, если, конечно, эти термины вам о чем-то говорят.
Я вздохнула и потупилась. Мне не хотелось злить начальника в первый же день работы, но как тут не злить, когда речь идет о моей жизни?
– Я надеюсь, этими лицами, заинтересованными в сотрудничестве, будет достигнут консенсус по поводу того, как далеко послать медиума Аэдо, – заметила я.
– Не волнуйтесь, все будет хорошо, – равнодушно ответил Фирлэйм и, снова проведя ладонью над модулями, углубился в чтение.
Что ж, наверное, и мне нужно начать работать.
Я проверила должностную инструкцию. Утро начиналось с разбора корреспонденции – стандартная ежедневная процедура. Подошла к зеркальному шкафу, достала модули, помеченные буквой «Э», мелькнула мысль, что все-таки Фирлэйм посадил меня на место убитой Эрлы, и я с головой погрузилась в чтение писем.
И чего тут только не было!
Отчеты, отчеты, бесконечные отчеты, присылаемые потребителями информации, которую девиране добывали из даториума. Я подивилась тому, насколько всеобъемлющей была эта информация, она охватывала множество никак не связанных друг с другом областей, и казалось невероятным, что все это откопали на том объекте, который скрутился лентой Мёбиуса и висит себе на границе Альянса. Однако все обстояло именно так, и я в который раз пожалела о том, что ученые Альянса так и не нашли ключа к расшифровке материи даториума. Тогда никакой торговли не было бы с девиранами, а объединенные военные силы наверняка нашли бы
