способ, как справиться с чужими кораблями. Но что есть, то есть.
Кто-то аккуратно тронул меня за плечо, я вздрогнула и с удивлением уставилась на Фирлэйма.
– Марго, время. – Он постучал ногтем по экранчику наручного хронографа. – Идем, нас уже ждут.
Я кивнула, отключила модули и поспешила за ним. Надеюсь, совещание будет недолгим, потому что консула Фирлэйма попросту засыпали корреспонденцией, а мне ее нужно было рассортировать и провести статистический анализ затронутых предметных областей, построить диаграмму, которая бы наглядно демонстрировала, сколько отчетов по каждой области прислали. Уже на пороге зала совещаний я подумала, что неплохо бы подключить модуль автоматического аннотирования, но это я сделаю после совещания.
* * *
Мы вошли в круглую, хорошо освещенную комнату без окон. Центр ее занимал стол в форме бублика, и за ним уже разместилось пятеро незнакомых мне мужчин. Все они были… очень разными, но при этом самыми обычными на вид, в штатском. Один показался мне до прозрачного бледным и светловолосым, другой – наоборот, смуглый колобок с черными глазами-бусинами. Ну а трое остальных казались неприметными и незапоминающимися. Люди и люди, ничего особенного.
– Доброе утро, – приветствовал их Фирлэйм. – А вот и героиня вечера, Маргарита Росс.
Я коротко кивнула, еще раз обежала взглядом присутствующих. От страха неизвестности внутри все сжалось, к щекам прилила кровь, и я неловко споткнулась о ножку стула, который отодвинул для меня Артус Фирлэйм.
– Полно вам, ничего страшного не происходит, – прошептал он быстро, – просто… таков порядок.
Я села на жесткий стул, положила перед собой руки.
Участник совещания, тот, который бледный, уставился на меня круглыми и тусклыми, словно матовое стекло, глазами, помолчал многозначительно и хмыкнул. Колобок, который сидел рядом с ним, ухмыльнулся, покачал головой и принялся рассматривать свои толстенькие, пухлые пальцы с коротко остриженными ногтями.
– Госпожа Росс, – медленно произнес мужчина, сидящий с краю. Он был, пожалуй, самым неприметным среди присутствующих, и я обратила на него внимание в последнюю очередь. – Мы – представители Альянса на станции и сегодня ночью получили весьма интересную информацию о намерениях медиума Аэдо. Вы в курсе происходящего, госпожа Росс?
– Да, это так. – Я торопливо спрятала под столешницу задрожавшие руки. – Господин консул предупредил, что необходим консенсус по вопросу, как наиболее тактично отказать представителю девиран.
Тут подал голос «колобок». Взмахнул артистично пухлой рукой, словно дирижер перед оркестром.
– Отказать? Госпожа Росс, мы здесь не для того, чтобы отказывать медиуму Аэдо в такой мелочи, которая внезапно столь полезна для нас.
– Что?.. – невольно вырвалось у меня.
Нет, я ослышалась. Ведь это невозможно.
– Мы связались друг с другом еще ночью, – продолжил светловолосый, растягивая в улыбке тонкие губы, – и мы приняли решение удостоить вас чести принять участие в этом экстраординарном мероприятии.
Я на миг прикрыла глаза.
Так. Что они мне хотят сказать? То, что они не отказывают девиранину? Но они могут согласиться, а я – могу отказаться! Есть законы Альянса, а в соответствии с ними никто не может вот так, против воли, выдавать женщин замуж.
Сглотнув и не оглядываясь на Фирлэйма, который остался стоять у меня за спиной, я резко поднялась.
– Господа, я не понимаю, о чем вы говорите. Кажется вполне очевидным, что я, пребывая в ясном сознании, никогда не соглашусь на предложение медиума.
– Сядьте, – вдруг резко приказал «колобок». И голос у него был… как пилой по ржавой трубе, отчего я болезненно вздрогнула. – Он хочет вас забрать с «Содружества», – продолжил мужчина, – и мы не видим причин ему в этом препятствовать. В кои-то веки выдался шанс попасть на корабль девиран, а вы тут строите из себя недотрогу. Да-да, вы! Мы ознакомились с вашим досье. Сколько мужчин у вас было, госпожа Росс? Явно больше одного. Так отчего вы отказываетесь? Цену себе набиваете?
– Да вы с ума сошли, – выдохнула я, опершись ладонями о стол. – То есть непонятное, возможно, не совсем гуманоидное существо объявило о своем желании получить в полное распоряжение гражданку Альянса – и вы собираетесь дать на это согласие? Так вот, я не буду потакать всем бредовым фантазиям, которые вокруг меня возникают. Не будет никакого брака. Не будет. И я никуда не поеду!
– Вы туда не развлекаться полетите, – совершенно спокойно заметил блондин, – вы будете нашим агентом, будете шпионить в пользу Альянса.
– Чтобы красиво погибнуть, когда он все узнает? – Кажется, я сорвалась на крик, но никто на это не обратил внимания.
– Он ничего не узнает, – возразили мне, – вы только подумайте, это будет брак во имя Альянса!
«Да мне плевать на Альянс!» – едва не ляпнула я, но вовремя прикусила язык.
Вокруг меня… такое впечатление, что меня заперли в психиатрической лечебнице. Но я наведу порядок в этом дурдоме. И конечно же никуда я не полечу. И не стану никакой женой девиранина.
– Я отказываюсь, – уже спокойнее повторила я, – и вы не можете меня заставить.
– Не можем и не будем, – вдруг прозвучал голос консула.
Я обернулась: Фирлэйм стоял, сложив руки на груди, прислонившись к стене. И лицо безмятежное такое, спокойное – словно и не моя дальнейшая судьба сейчас решалась. Словно он сейчас – на очередном приеме, болтает с очередной приятной девушкой, чтобы потом пропустить с ней бокальчик-другой, а затем отвести ее к себе в апартаменты.
– Марго, вы сами согласитесь заключить брак с девиранином в соответствии с законами Альянса, – сказал он, а я тяжело опустилась на стул, не веря, все еще не веря… Почему он так со мной? Ведь все так хорошо начиналось. А Фирлэйм продолжил, невозмутимо глядя мне в глаза: – Согласитесь, потому что вы не одна. У вас есть отец, насколько нам известно. Вы не подумали о том, что с ним может случиться что-нибудь нехорошее?
– Ах, вот как, – процедила я сквозь зубы.
Желание было… подхватить стул и сломать его о благородное лицо Фирлэйма.
Не может человек быть такой сволочью… или все-таки может?
Я медленно села, уставилась на собственные стиснутые руки. Они хотя бы перестали трястись, и это хорошо, потому что иначе я выглядела бы совсем жалко.
Но то, что я была жалкой и беззащитной в душе, эти звери вокруг меня чувствовали. Они улыбались мне, скалясь, смотрели так, что накатывало понимание: я влипла в мерзкую паутину и мне уже не выбраться. Бедный папа… Господи, а вдруг они и правда причинят ему вред?
– Ну так что скажете, Маргарита? – донеслось как сквозь толстый слой ваты.
Оказалось, меня на удивление легко сломить.
Если, конечно, подобрать правильный ключ.
Я подняла глаза на мерзко улыбающегося «колобка», еще сильнее стиснула руки и прошептала:
– Согласна. Я даю согласие.
– Вот видите, ничего сложного или ужасного, – подхватил белобрысый. – Спасибо, господин Фирлэйм, вы нам очень помогли… Ну что ж, госпожа Росс, сейчас вы подпишете согласие стать женой медиума Аэдо,
