вижу это. Только помни всегда этот свой вывод – он очень точный. Ты всегда, Юда, окутан Его любовью! Как зародыш в теле матери! Слышишь?
Юда. Слышу.
Барух. Зародыш не думает о себе. И ты не думай. Не думать о себе, сынок, вот, что главное.
БАРУХ ВСМАТРИВАЕТСЯ В ЮДУ. И ВДРУГ ГРОМКО ВЗДЫХАЕТ:
Э-э-х, выпил бы я сейчас! Ой, напился бы!.. И станцевал бы тебе, и спел!..
Юда. Какую песню ты пел? Я слышал песню. И я знал ее.
Барух. О-о, это великая песня. «Мордке Йосеф». Мы пели ее, голодные и холодные, – тогда, в Коцке.
ЮДА ПЫТАЕТСЯ ВСПОМНИТЬ ЕЕ И НЕ МОЖЕТ.
Юда. Я знал ее, а сейчас забыл.
БАРУХ НАЧИНАЕТ НАПЕВАТЬ.
ЮДА ОСТОРОЖНО ПОДХВАТЫВАЕТ.
И ВОТ УЖЕ ДВА ИХ ГОЛОСА ЗВУЧАТ НАД ДЕРЕВНЕЙ, НАД ЛЕСОМ, НАД РАЗБИТОЙ ДОРОГОЙ,
НАД ОДИНОКО ИДУЩИМ ПО НЕЙ ЮДОЙ,
НАД ВАРШАВОЙ, НАД ЕВРЕЙСКИМ КВАРТАЛОМ.
•
ВАРШАВА. ЕВРЕЙСКИЙ КВАРТАЛ. ЛИЦА ПРОХОЖИХ.
ЛЮДИ ИДУТ ПО МОКРОЙ МОСТОВОЙ.
ВСЕ ТОТ ЖЕ БЕЗУМНЫЙ СКРИПАЧ ИГРАЕТ НА ОДНОЙ СТРУНЕ, ТОЛЬКО ОН ПОСТАРЕЛ И СМОРЩИЛСЯ.
ВСЕ ТОТ ЖЕ ЛАВОЧНИК ТОРГУЕТ КОЛБАСОЙ, ЛЕНИВО ОТГОНЯЯ МУХ.
НИЧЕГО НЕ МЕНЯЕТСЯ В ЕВРЕЙСКОМ КВАРТАЛЕ. НИЧЕГО НЕ ПРЕДВЕЩАЕТ БЕДЫ.
ЮДА ВЫХОДИТ ИЗ-ЗА ПОВОРОТА.
ОН ИДЕТ, ГЛЯДЯ СЕБЕ ПОД НОГИ, НО НЕ ВИДЯ, ЧТО НАСТУПАЕТ В ЛУЖИ И ГРЯЗЬ.
ОН СЛЫШИТ МЕЛОДИЮ. НО ВОТ ОНА СМОЛКАЕТ. ОН СВОРАЧИВАЕТ ЗА УГОЛ.
И ВДРУГ ЧЬЯ-ТО ВЫТЯНУТАЯ РУКА ОСТАНАВЛИВАЕТ ЕГО. ЮДА ПОДНИМАЕТ ГЛАЗА.
ПЕРЕД НИМ СТОИТ МОЛОДОЙ СВЕТСКИЙ ПАРЕНЬ.
Узнаешь?.. – спрашивает он.
Юда (приглядывается). Янкеле?..
Янкеле. Он самый. Но не Янкеле, нет, а Ян. Ян Терлецкий, свободный гражданин Великой Польши. Не одурманенный никакой религией.
Юда (улыбается). Здравствуй, свободный гражданин Польши.
Ян. Узнаю тебя, такой же умный, язвительный. (Оглядывает Юду.) Ну, вот такой ты нам и нужен. (Обнимает его за плечи.) Юда, я прошу час твоего времени.
Юда. У меня нет его (торопливо). Мне надо кое-что записать. Срочно!..
Ян. Ну, полчаса…
Юда. Извини, я должен идти.
ПЫТАЕТСЯ ИДТИ, НО ЯН ОСТАНАВЛИВАЕТ ЕГО.
Ян. Даже во имя прежней дружбы?
Юда. Даже во имя нее.
Ян (чуть придерживая его рукой). Тогда я скажу тебе быстро и просто. Мы – социал-демократическая партия Польши – ждем тебя у себя.
Равенство всех людей на земле – вот наши принципы!
ЮДА ВДРУГ С ИНТЕРЕСОМ СМОТРИТ НА ЯНА.
Ян. Мы – партия молодых, горящих людей, среди нас нет ни евреев, ни поляков – нет! Мы связаны не узкими национальными интересами, а великой целью объединения мира… Как тебе это?
Юда. Это великая идея.
Ян. Я знал, что ты это скажешь… Я всегда чувствовал тебя.
Юда (вдруг возбужденно). Это великая идея, потому что она имеет великий корень, Янкеле.
Ян. Конечно!.. Любовь и равенство объединят всех! (Радостно.) Я знал, что ты будешь с нами! Я так счастлив! (Обнимает Юду.)
Юда. Потому что Творец, Янкеле, – это равенство и любовь!
Ян. Юда, давай оставим этот вопрос.
Юда (еще более возбужденно). Но это так, Янкеле! Поверь мне! И это самое главное!
Ян. Это самое не!.. главное! (Повышает голос.) Оставь все эти свои фантазии. Он, твой Бог, – это придумка, психологический трюк наших пройдох-предков!.. Все в руках человека, Юда. И никакого Бога!
Юда. Ян, послушай меня.
Ян. Нет, это ты меня послушай. Знаешь, почему я пришел к тебе?.. Потому что я помню то мгновение, когда возникла в моей голове эта крамольная мысль. И ее мне подал ты, Юда. Помнишь, тогда, в классе, ты спросил учителя: «Где Он?» Помнишь, как ты сказал: «Если я не могу его почувствовать, значит, Его нет». Помнишь?
Юда. Помню. Творца действительно надо почувствовать, и это можно сделать. Можно и необходимо!
Ян. Стой! Дай я договорю!.. Так вот – это ты разрушил мой маленький еврейский мирок. И спасибо тебе за это. Именно поэтому я и пришел к тебе с предложением присоединиться к нам.
Юда. Но пойми!..
Ян. Все! Я не хочу тебя слушать. Ты с нами или нет?
ЮДА МОЛЧИТ.
Ян. Чего ты молчишь? Я жду ответа.
Юда. У вас ничего не получится.
Ян. Вот как?
Юда. Без Творца, Янкеле, не получится ничего.
Ян (пауза, вздыхает, смотрит на Юду). Жаль. Очень жаль. Я думал, что ты меня поймешь. (Решительно.) Извини, теперь уже я тороплюсь.
ЯН РЕЗКО ПОВОРАЧИВАЕТСЯ И НАЧИНАЕТ УДАЛЯТЬСЯ. ЮДА СМОТРИТ ЕМУ ВСЛЕД.
И ВДРУГ БЕЖИТ ЗА НИМ. НАГОНЯЕТ, ИДЕТ РЯДОМ, ПЫТАЕТСЯ ОБЪЯСНИТЬ ЕМУ ЧТО-ТО,
НО НЕ СЛЫШНО, ЧТО.
ЮДА РАЗМАХИВАЕТ РУКАМИ, ГОВОРИТ И ГОВОРИТ. ЯН, НЕ СБАВЛЯЯ ШАГА,
УВЕРЕННО ИДЕТ К ЦЕНТРАЛЬНОЙ УЛИЦЕ. ЮДА ОТСТАЕТ.
ЯН НЫРЯЕТ В ШУМНУЮ УЛИЦУ, ЗАБИТУЮ ЛЮДЬМИ.
•
КОМНАТА ЮДЫ. НОЧЬ. ГОРИТ ЛАМПА НА СТОЛЕ.
РАСКРЫТАЯ КНИГА ПЕРЕД ЮДОЙ. ЮДА ВСТАЕТ И ПОДХОДИТ К ОКНУ.
СВЕТЯТСЯ РЕДКИЕ ОГОНЬКИ В ОКНАХ ДОМОВ.
В КОМНАТУ ТИХО ВХОДИТ ОТЕЦ. САДИТСЯ В УГЛУ.
Симха. Не помешаю?
ЮДА ПОВОРАЧИВАЕТСЯ К НЕМУ.
Симха. Ты очень повзрослел, Юда, особенно за последние недели…
ЮДА СМОТРИТ НА ОТЦА,
НЕ ОТВЕЧАЯ, ПОДХОДИТ К СТОЛУ, САДИТСЯ И НАЧИНАЕТ ЧТО-ТО БЫСТРО ПИСАТЬ.
Симха. Вот-вот. Повзрослел и стал дальше от нас. Ты меня слышишь, Юда?
Юда (продолжая писать). Извини, отец, у меня очень мало времени.
Симха. Юда, мы все-таки близкие тебе люди. И я хотел бы сказать тебе…
Юда (быстро поднимает голову). Отец, ты даже не представляешь, насколько неважно все, что ты сейчас скажешь. Каждое мгновение этой ночи стоит жизни.
Симха. Рав Фельдман предупреждал нас, что так случится. Ты перестаешь быть нашим сыном, ты перестаешь быть евреем.
ЮДА С СОЖАЛЕНИЕМ ПРЕКРАЩАЕТ ПИСАТЬ И ПОВОРАЧИВАЕТСЯ К ОТЦУ.
Юда. Для Творца все едины.
Симха. Я не пущу тебя завтра к твоему Баруху.
Юда. Ты уже ничего не сможешь сделать, отец.
СИМХА ПОРЫВИСТО ВСТАЕТ И ВЫХОДИТ ИЗ КОМНАТЫ. ГРОМКО ХЛОПАЕТ ДВЕРЬ. ДРОЖИТ ФАНЕРНАЯ СТЕНА. ЮДА СМОТРИТ ЕМУ ВСЛЕД.
•
И ВДРУГ ОКАЗЫВАЕТСЯ ПОСРЕДИ ЦВЕТУЩЕГО САДА. ТОЛЬКО НА ОДНО МГНОВЕНИЕ.
И В ЭТО МГНОВЕНИЕ ОН СЛЫШИТ СПОКОЙНЫЙ ГОЛОС БАРУХА:
Он в тебе, этот сад… Ты уже понимаешь это, сынок?.. Это сад твоих желаний.
ВЕТКИ ПОКАЧИВАЮТСЯ. ДРОЖАТ ЛЕПЕСТКИ ЦВЕТОВ.
И все они – к Творцу.
ПОКОЙ ОКУТЫВАЕТ ЮДУ.
ТАКОГО ОН НЕ ИСПЫТЫВАЛ НИКОГДА.
•
ОН СИДИТ В КОМНАТЕ.
ЧАДИТ ЛАМПА. РАСКРЫТА КНИГА.
ИЗ ОТКРЫТОГО ОКНА ПРОНИКАЕТ В КОМНАТУ ВЕЧЕРНИЙ СВЕТ.
•
ПО ПРОСЕЛОЧНОЙ ДОРОГЕ ИДЕТ ЮДА. ДОРОГА ВЕДЕТ ЕГО К ДОМУ БАРУХА.
УЖЕ ИЗДАЛИ ЮДА ВИДИТ СВОЕГО УЧИТЕЛЯ, ОДИНОКО СИДЯЩЕГО НА ПОРОГЕ ДОМА.
БАРУХ ЩУРИТСЯ ПОД ЛУЧАМИ ЗАХОДЯЩЕГО СОЛНЦА, КАКОЙ-ТО ПОСТАРЕВШИЙ И УСПОКОИВШИЙСЯ.
ЮДА ПРИСАЖИВАЕТСЯ РЯДОМ С НИМ.
А почему ты никогда не выходишь на свет?
Ты называешь это светом? – отвечает Барух. – Какой же это свет? Для нас свет – это ночь. Ночь, книги, спят все глупцы этого мира, и никто тебе не мешает думать о Свете. И вот приходит Свет…
БАРУХ ПЫТАЕТСЯ ВСТАТЬ И НЕ МОЖЕТ. ПОДГИБАЮТСЯ ЕГО ТОНКИЕ НОГИ.
Барух. Все-таки у меня в норе лучше. Дай руку.
ЮДА ОСТРОЖНО ПОМОГАЕТ БАРУХУ, ПОДДЕРЖИВАЯ ПОД РУКУ.
ОНИ ИДУТ МЕДЛЕННО К ЛЕСУ.
ВХОДЯТ ПОД СВОДЫ ВЫСОКИХ СОСЕН И ПОПАДАЮТ В ТИШИНУ.
ОНА НАПОЛНЕНА ШУРШАНИЕМ ТРАВЫ, ПОЩЕЛКИВАНИЕМ КАКОЙ-ТО ПТИЦЫ… ВОТ ПОЛЗЕТ ЖУЧОК,
ВОТ КАЧАЕТСЯ НА КАПЛЕ ВОДЫ МАЛЕНЬКАЯ БЛОШКА, ВОТ ГРИБ ВЫГЛЯДЫВАЕТ ИЗ-ПОД МОКРЫХ ИГОЛОК…
Барух
