теперь ему суждено было до конца жизни ходить по врачам? Ну уж нет, не такой у Тура характер. Он твердо решил преодолеть и это испытание, двигаться дальше и вернуться к привычной жизни. А его привычная жизнь была активной – он проводил много времени с друзьями, на природе, в движении. Вскоре после выписки он вернулся в тренажерный зал. Несмотря на то что грудную клетку совсем недавно вскрывали, Тур занялся жимом лежа. Сначала он поднимал 30 кг, причем вполне успешно. Потом увеличил вес до сорока. И это далось ему без труда. 50, 60, 70 кг. Успех подталкивал его к дальнейшим рекордам, и Тур двигался вперед. После операции прошел всего год, а он уже сильнее всех своих приятелей в тренажерном зале и утверждает, что так хорошо еще никогда в жизни себя не чувствовал. Сейчас он поднимает 185 кг в становой тяге, 162 кг в приседе и 117 кг жимом лежа. Врожденный порок сердца, две серьезные операции, долгие недели в больнице и кардиостимулятор, но Тур теперь намного сильнее, чем прежде, и по-прежнему не сдается.
Разумеется, Тур – не самый типичный пример. Помимо редкой воли к жизни у него, вероятнее всего, уникальные гены. Конечно, от пациентов с серьезными сердечными болезнями никто не ожидает, что они будут ежедневно жонглировать гирями. Однако история Тура не только вдохновляет, но и демонстрирует удивительную крепость и выносливость нашего сердца.
Даже пережив тяжелейшее воздействие инфекций, недугов и операций, наше сердце способно восстановиться и продолжить работу.
Сердце создано для того, чтобы трудиться, и вполне переносит определенные нагрузки.
А кстати, я, кажется, забыл сказать, что Тур – вовсе не мой пациент. Мы с ним просто ходим в один тренажерный зал. Встречая меня, он часто сетует, что я не тренирую становую тягу. Тур, обещаю – скоро начну!
5
Птицы, рыбы, летучие мыши и лягушки
Сердце имеется у всех живых существ. Ну, может, и не у всех, но у большинства высших организмов, у которых есть кровообращение. Насекомые, амфибии, рыбы, рептилии, птицы и млекопитающие – все эти существа оснащены насосом, перегоняющим по телу кровь. Мало того, некоторых животных природа наградила не одним, а несколькими сердцами – все зависит от того, что именно считать сердцем.
Сравнительная анатомия всегда меня завораживала. Сравнивать скелеты и органы существ различных видов – увлекательнейшее занятие. Следуя за эволюцией, мы двигались порой в противоположных направлениях, однако порой наше сходство просто поразительное. Подмечая признаки общего происхождения, наблюдая наше всеобщее родство и осознавая, что человек – лишь частица огромной целостной картины, испытываешь удивительное чувство.
На стадии эмбриона человек почти неотличим от цыпленка или саламандры.
Скелет взрослой летучей мыши похож на наш с вами – пропорции другие, но кости и сухожилия одинаковые. И таким же образом дела обстоят с внутренними органами. Внутренности крысы, свиньи и человека одни и те же, их функции и расположение в организме ничем не различаются. Генетическое сходство тоже поразительно. Генетический материал (ДНК) шимпанзе на 96 % совпадает с человеческим. И даже сходство ДНК у человека и мыши составляет 85 %.
В отношении сердца и кровообращения мы, люди, походим на других млекопитающих и птиц. Все мы – существа теплокровные, уровень теплоотдачи у нас высокий, а это требует хорошего кровообращения. И четырехкамерная система с раздельными венозным и артериальным кровообращением – лучший выход. Такая система обеспечивает доступ качественной, богатой кислородом крови к мышцам и внутренним органам, в то время как бедная кислородом отработанная кровь возвращается в легкие. Организм рыбы и амфибии не нуждается в крови, обогащенной большим количеством кислорода, поэтому система кровообращения у них представлена лишь одним кругом. Несмотря на то что наше сердце похоже на сердце других млекопитающих, имеются и различия. Пульс человека в состоянии покоя составляет около 70 ударов в минуту, а максимальный пульс – 220 ударов. На тренировке, чтобы довести сердцебиение до 200 ударов, нам понадобится время. А вот гепарду удается увеличить пульс со 120 до 250 ударов всего за несколько секунд, но это увеличение настолько стремительно, что гепард способен бежать в течение 15–20 секунд. Если он будет бежать дольше, то его внутренние органы пострадают от перегрева.
У коз, коров и свиней пульс в состоянии покоя примерно такой же, как у людей. У более мелких животных – например, кроликов и кур – сердцебиение составляет от 200 до 300 ударов в минуту, а у хомяков и мышей – от 500 до 600. Сердце колибри бьется с бешеной скоростью – 1200 ударов в минуту во время полета.
Учитывая частоту ударов, сердце неверно будет называть насосом – оно представляет собой мотор, турбину, поддерживающую непрерывное кровообращение.
На другом конце шкалы находятся крупные млекопитающие с медленным пульсом в состоянии покоя. Пульс слона составляет около 30 ударов в минуту, а сердце синего кита за то же время успевает ударить всего восемь раз. Чем крупнее животное, тем больше его сердце. Человеческое сердце по размеру похоже на кулак, а весит около полукилограмма. Сердце синего кита примерно такое же, как маленький электромобиль, и вес его достигает 600 кг. Мозг жирафа располагается на 2 м выше сердца, и это выдвигает немалые требования к выталкивающей силе сердца. Природа справилась с этой задачей, снабдив жирафье сердце особенно мускулистыми и сильными стенками.
Существует ли взаимосвязь между частотой пульса и продолжительностью жизни у представителей разных биологических видов – вопрос невероятно интересный. Если разместить на вертикальной шкале частоту сердцебиения, а на горизонтальной – продолжительность жизни, то становится ясно, что пульс обратно пропорционален возрасту[16]. Животные с наиболее высоким пульсом в состоянии покоя – мыши, крысы и хомяки – живут меньше всех. Те же, у кого пульс немного медленнее, – кошки, тигры, собаки и лошади – живут чуть дольше. Самые же крупные животные, такие как слоны и жирафы, обладающие наиболее медленным пульсом, живут дольше всех. Однако из этого правила имеется и одно важное исключение. Это человек. Мы в эту шкалу вообще не укладываемся.
Если судить по частоте нашего пульса, то продолжительность нашей жизни должна быть такой же, как у ослов и лошадей, то есть от 25 до 30 лет. Но, как известно, живем мы дольше, и это доказывает, что «правило пульса» работает не на сто процентов.
К тому же в природе нас больше не подстерегают опасности, угрожающие нашей жизни. Благодаря нашей сообразительности мы научились вести мирный образ жизни, а благодаря гигиене, одежде и жилью значительно сократили уровень заболеваемости. Профилактика и медицина тоже сыграли значительную роль. В результате мы живем
