чувствую! Он дурманит, — снаружи раздался рёв, и я вздрогнула. — Они тоже его чувствуют, слышишь? Поверь, лучше я, чем они!
От ужаса шевелился каждый волосок, я отчётливо представляла графитовые глаза, плотоядно смотревшие на меня по дороге в особняк жениха. Почему Михаил оставил меня с ним? Почему бросил? Что творится снаружи?
В этот момент с моей стороны резко открылась дверца, и сильные руки легко вытащили меня из машины.
— Успел? — голос Михаила подействовал на меня, как транквилизатор.
— Да, — прошипел Пифий. — Я даже чуток перестарался.
— Потом извинишься. Уведи их как можно дальше, — и я ощутила, что меня куда-то несут и делают это с неимоверной скоростью.
Вдали слышались взмахи крыльев и грохот, а рядом — размеренный стук сердца Михаила и его ровное дыхание. Его спокойствие невольно передалось и мне. Мы остановились, здесь было тихо, где-то совсем близко журчала вода. Жених поставил меня на ноги и одним резким движением сорвал с моих плеч плащ. Мы стояли перед странным куском скалы, из-под которого бил родник. Вокруг возвышался густой лес, звёзды светили ярко, что говорило о приличной удаленности от искусственных источников света.
— Не бойся, самое страшное позади, — глядя мне в глаза, сказал Михаил. — Ты ведь родилась без двух минут двенадцать? — я кивнула. — Значит, я рассчитал всё верно, — довольно сказал Михаил. — Но у нас всего несколько минут, — добавил он, и на его лице вновь проявились жуткие шрамы. — Сейчас ты слово в слово будешь повторять мои слова. Лучше не ошибаться, иначе придется начинать сначала, — жених подошел к камню и, склонившись, зачерпнул воды из ручья.
Сбрызнув камень, он что-то прошептал, и на месте ровной шероховатой поверхности появилось углубление:
— Подойди, Сюзанна, — Михаил протянул руку и привлёк меня ближе к куску скалы.
Я увидела, что в углублении стоят две чаши: одна, наполненная жидкостью, а вторая маленькими круглыми хлебцами. Но ещё больше моё внимание привлекли два терновых венца.
— Когда ты скажешь, что берёшь меня в мужья, то оденешь мне этот венец, — сказал жених и протянул мне тот, что побольше. Пальцы закололи острые ветки. — Мы преломим хлеб и сделаем по глотку вина. И дело останется за малым — скрепить союз поцелуем, — на последних словах бархатные глаза Михаила вспыхнули уже знакомым огнём. — Готова? — я кивнула, и жених начал произносить слова клятвы.
Я повторяла за ним и удивлённо озиралась по сторонам. Казалось, что тьма обступила камень со всех сторон, и только вокруг нас разливался мягкий свет.
— Я беру тебя в жены, Сюзанна, — сказав это, Михаил одел мне на голову венок.
— Я беру тебя в мужья, Михаил, — он склонился, чтобы я могла водрузить ему на голову свой.
Всё происходило как в тумане. Я не испытывала страха или сомнений, больше не злилась и не думала о побеге. Во мне возникла безграничная уверенность: то, что происходило сейчас между мной и Михаилом — самое правильное, что только может произойти в этом мире.
Мы по очереди напоили друг друга вином, оно показалось мне приятным с еле уловимым привкусом малины. Я не справилась с хлебцем за один раз, но Михаил терпеливо скормил мне всё до крошки. Я же осторожно, стараясь не коснуться пальцами губ жениха, положила ему в рот хлебец.
Вокруг нарастал непонятный гул, я вновь услышала шелест крыльев. Михаил протянул руки и прижал меня к себе, я будто пьяная смотрела в его глаза. Склонившись, он припал к моим губам. Поцелуй должен был быть нежным, но получился жадным и неистовым! Тёплые губы сначала мягко коснулись моих губ, а затем в ход пошёл язык, который, легонько погладив мои губы, проникнул внутрь. Земля ушла из-под ног, я, потеряв всякую стыдливость, обвила руками шею Михаила. Его напор будто бы сломал внутри меня невидимый барьер, выпуская наружу все те дерзкие фантазии, которым я придавалась совсем недавно.
Михаил внезапно отстранился, прерывая фейерверк удивительных ощущений, и резким движением задвинул меня к себе за спину, оттесняя к камню. Мы были не одни, и я поняла это не только по шуму, ставшему невыносимым. Справа от нас в лесу между деревьев пылали огоньки сотен глаз!
Это было так жутко, что я невольно схватилась за локоть мужа. Слева вновь раздался шелест крыльев и я, посмотрев туда, открыла в удивлении рот. Там озарённые льющимся с неба голубоватым светом стояли мужчины и женщины. Все они выглядели как супермодели с разворотов о модных трендах: идеальные лица, тела, стильная одежда, но поразило меня совсем не это. У каждого из них за спиной было по паре великолепных белых крыльев! Ангелы⁈ Мой взгляд вернулся к сверкающим в темноте глазам. Если там ангелы, кто же тогда здесь?
Глава 5
Я старалась не дышать, если бы ни Михаил, я бы уже бежала по лесу, сверкая пятками. Из-за скалы раздались шаги и, обернувшись на их звук, я увидела Клодию и Теодора. Мажордом встал слева от нас, и я смогла разглядеть мерцающие в голубоватом свете луны доспехи, сложенные за спиной белые крылья и огромную секиру, лезвие которой поразило меня пятнами свежей крови. Ещё больше удивила меня милая Клодия, она сделала невообразимое сальто и, пролетев над нами, приземлилась справа, с шипением показав пылающим среди деревьев глазам свои острые зубки. Всё это произошло в считанные мгновения, и когда Клодия повернулась ко мне и ободряюще подмигнула, я невольно сделала ещё один шаг к камню.
Над лесом неожиданно вспыхнул свет, я не могла рассмотреть его источник, это было нечто напоминающее мыльный пузырь с мощностью берегового маяка. Я, наконец, разглядела окружающий пейзаж. Наша четвёрка стояла у подножия серого испещрённого серебряными прожилками куска скалы величиной с автомобильный гараж. Из-под этого камня бил родник, и чем дальше от камня этот родник уносил свои воды, тем шире и глубже становилось русло, а сам он превращался в неглубокую речушку. По обе стороны от этой реки были пологие берега, окруженные высокими соснами. Деревья здесь росли полукругом и почти смыкались кронами над нами.
Решившись, я посмотрела туда, где мерцали страшные глаза и от нового шока тихо охнула. В расслабленных позах там расположились люди и чудовища! Несмотря на наличие разномастных рогов, люди были не менее красивы, чем те, кто стояли слева с крыльями за спиной, а вот монстры… Их объединяло лишь то, что в облике каждого просматривался отпечаток зверя: пятнистая шерсть, кошачьи глаза и уши, свиные рыла… Всё это их отнюдь не украшало, и они были далеко не такими
