Но, если выпить таблетку безумия, что ждет ее в лесу? Выживают ли там вообще? Про лес ходили разные слухи, но никто не мог поклясться в их правдивости. Чего она боится сильнее — поступиться своими чувствами, стать женой человека, которого отвергает ее душа? Или страшнее все же неизвестность?
Ночью графиня ворочалась в своей мягкой постели не в силах закончить мысленный диалог самой с собой и почти убедила себя, что правильнее будет поступиться личными чувствами, но наутро ей вдруг стало очевидно − она никак не может стать женой того, кто сбил и не помог Кардиналу, того, кто проткнул шпагой шею Милота.
С убитым ее связывала детская дружба, совместные проказы и обиды. Родители Бригитты толерантно относились к дружбе дочери с детьми из неродовитых семей, поэтому девочка росла среди веселой компании детворы со всего прибрежного района. Со временем граф Рикон пристроил Милота на судостроительную верфь, отметил его цепкий ум и дал парню шанс продвинуться по карьерной лестнице.
Конечно, Милот поступил отвратительно, когда украл с верфи важные документы, собираясь продать их конкурентам графа Янссена. Но разве заслуживал он за свой проступок смерти? Даже отец думал, что парня высекут прилюдно, да приговорят к грязным общественным работам. К тому же Бригитта догадывалась, почему ее друг детства так поступил. Милот, единственный мужчина в семье, пытался прокормить пятерых младших сестер и хворую мать. На воровство его могло толкнуть отчаяние. Но герцога Волфуорта подобные мелочи не волновали.
На предстоящий день жених избавил ее от своего общества, у Чарона имелись важные дела в связи с возвращением во дворец короля Леопольда. И Бригитта решилась. Пообещала мамочке вернуться к приходу портнихи и отправилась по адресу, полученным от Аделины.
Графиня ожидала, что окна в доме старика травника могут оказаться заколоченными. Но нет, даже дымок шел из широкой трубы. Правда, самого деда она не застала.
− Так помер дедушка, − сообщил ей низенький мужчина горбун. — Девяносто годков прожил и преставился.
− Жаль, − расстроилась Бригитта бесполезности своего путешествия.
− Так я тоже помочь могу, − неожиданно предложил горбун. — Меня дедушка научил всему. Вам вот что требуется? Дайте, угадаю. Таблеточка от избавления плода? Так имеется в запасах такая. Даже не придется ждать ее изготовления. Будете покупать?
− Буду, − согласилась Бригитта, − но только не такую таблетку, а ту, что зрачки белыми на время делает.
− А! Таблетку безумия, − понял мужчина. — Есть такая. Себе берете или угостить кого хотите?
− Это неважно. Важно то, что я готова заплатить за нее. Назовите цену.
Бригитта подозревала, что горбун запросил с нее втридорога. Пройдоха не мог не заметить небедного наряда визитерши и кареты, в которой она пожаловала. Но торговаться побоялась, вдруг откажет или подсунет не ту таблетку. Пришлось расстаться с частью своих накоплений.
На все предложения портнихи по поводу видения свадебного платья девушка согласно кивала головой. Она могла думать только о таблетке безумия. Принимать или нет? Рискнуть или нет?
− Бригитта! — повысила голос Нанна, − будь добра, поприсутствуй с нами, поучаствуй в процессе. Тебя что, не волнует, как ты будешь выглядеть на собственной свадьбе?
− Меня ваши предложения устраивают, − вяло отмахнулась Бригитта.
− Это меня и пугает, − с нажимом произнесла Нанна. — Сегодня от Чарона Волфуорта птица прилетала с письмом. Герцог собирается представить тебя королю. Всю нашу семью завтра ждут во дворце. Надеюсь, ты будешь более оживлена.
− Какая птица? — уточнила Бригитта.
− Ястреб черный, − с тревогой глядела Нанна на дочку. — Тебя только этот вопрос интересует? Бригитта, ты слышала? Мы завтра едем во дворец.
− Да, мама, слышала, − улыбнулась девушка. Глаза ее оживились, и она уже с большим энтузиазмом начала вести обсуждение с портнихой. Забраковала все, что было предложено и обозначила свой вариант свадебного платья.
Нанна успокоилась, как и Бригитта. Она приняла окончательное решение.
— Вот, сами видите, — плакала в последующий день Нанна.
— Вижу, — мрачно подтвердил герцог.
Утром Бригитта не спустилась к завтраку.
— Как она может разлеживаться в такой важный день! — недоумевала ее мать.
— Перенервничала, — пребывал в полном спокойствии граф Рикон. — Пусть поспит, Нанна. Ты сама сказала — день предстоит важный.
Но женщина не успокоилась и лично отправилась в комнату дочери. Что она испытала, когда увидела Бригитту с полностью белыми зрачками? На миг ей показалось, что это она сама сошла с ума.
Граф Янссен отправил в особняк Волфуорта почтового голубя, и спустя два часа, герцог, заложив руки за спину, возвышался над хрупкой фигуркой обезумевшей девушки.
— Земля! Люди, земля! — глупо хихикала Бригитта.
— Как такое возможно? Как она могла потерять разум? — с подозрением глядел на невесту герцог.
Неужели что-то заподозрил? — испугалась молодая графиня и постаралась притвориться потщательнее.
— Чайки! Я ваша сестра! — дурным голосом прокричала Бригитта. — Я тоже белая чайка! Хочу парить с вами в небе!
— Думаю, она могла отдать свою капсулу с противоядием какому-нибудь бедняку, — предположил Рикон, глядя на дочь с сочувствием и сожалением. — Бригитта жалостливая очень.
— Задери тебя медведь! — не сдержался Чарон.
Глава 4. Обратной дороги нет
Герцог забрал девушку из ее родительского дома, и теперь они вдвоем в его жуткой карете, декорированной желтоглазыми черными птицами, направлялись в распределитель. Бригитта посчитала самым разумным притвориться спящей, иначе как бы он не раскусил ее игры. Она свернулась поудобнее на достаточно широком сиденье и закрыла глаза. Симулировать сон не пришлось, заснула Бригитта по-настоящему.
Чарон разглядывал спящую девушку с острой горечью. Почему именно она утратила способность здраво рассуждать? Почему не приняла противоядие? Как можно быть такой дурой, чтобы отдать свою капсулу другому? Разве можно надеяться на счастливый случай, думать, что безумие обойдет тебя стороной? Конечно, большая часть населения так и живет. Но, если уж есть возможность защититься, разве следует ею пренебрегать?
Он злился, но в то же время — неужели жалел ее? Или, это жалость к себе за то, что потратил впустую столько своего драгоценного времени?
— Бригитта, — тронул Чарон ее за плечо, — просыпайся. Мы приехали.
Она не шелохнулась, и герцог вдруг испугался, что девушка умерла.
— Бригитта! — рявкнул он, дотрагиваясь ладонью до ее губ. Хотел почувствовать дыхание, а ощутил укус.
Она его укусила! Будь на ее месте кто другой, Волфуорт покалечил бы наглеца, но на этот раз сдержался. Девчонке и так досталось. Чарон слизал капельку крови, выступившую между большим и указательным пальцами, и открыл дверь кареты.
Молодая графиня Янссен о распределителе только слышала, до сегодняшнего дня
