– Наскальные рисунки-петроглифы! – сказала она, дотрагиваясь затянутыми в гипюровую перчатку пальчиками до древних символов. Костлявые человечки с луками и стрелами, похоже, охотились на лося. Один из охотников словно упал, а остальные трое продолжали гнать еще каких-то убегающих животных.
Когда, прикасаясь к фигуркам, Кэди добралась до середины скалы, раздался странный щелчок, перед девушкой открылся проход, за которым оказалась ее квартира. Здесь была ее софа, где все так же валялись се джинсы и поварской халат, а на полу по-прежнему стоял старый металлический короб из-под муки, где хранилось подвенечное платье.
Никогда в жизни Кэди не видела столь волнующего зрелища. Даже не пыталась подхватить вытянувшийся за спинкой шлейф, Кэди сделала два шага к проходу.
Но в тот момент, когда Кэди уже занесла было ногу, чтобы войти, воздух за ее спиной разорвался от похожего на выстрел звука, громкого и резкого. Обернувшись, Кэди посмотрела назад, в направлении деревьев, но ничего не увидела и снова направилась к своей квартире.
Только на сей раз он был здесь. Ее арабский принц на белом коне. Половина лица и тело, как обычно, скрыты под просторными черными одеяниями. От неожиданности дыхание у Кэди оборвалось. Этот человек неоднократно являлся ей на протяжении почти всей ее жизни, внешность его, казалось бы, должна была стать для нее привычной, но каждая новая встреча удивляла ее. И каждый раз вид этого мужчины будил в ее душе непонятные желания, которые Кэди не могла ни описать, ни объяснить.
Однако на сей раз все было по-другому. Она видела его отчетливее, он казался более настоящим, словно перед ее глазами был не смутный образ, приходящий их дымки сна, а живой человек.
– Кто ты? – прошептала она. – Чего ты от меня хочешь?
Он взглянул на нее поверх темного платка, скрывающего нижнюю часть его лица, глаза его были полны печали.
– Я жду тебя, – прошептал он.
Впервые Кэди услышала его голос, и от этого мурашки побежали у нее по спине и стало немного жутко.
– Как? – спросила она и потянулась к нему. Вопрос говорил сам за себя: она не сомневалась, идти ей или нет. Она только спрашивала, как попасть к нему.
Он указал на Кэди длинным пальцем, а потом, переведя вскинутую руку выше, показал на что-то сзади над ее головой. Она быстро обернулась и посмотрела на деревья, но, как и прежде, ничего не увидела.
Кэди опять повернула голову. Он все еще был здесь, а за его спиной так же виднелась ее пустая квартира. Можно было подумать, что он стоит на фоне огромной фотографии. И вдруг Кэди поняла, что он имеет в виду: она должна отправиться вниз по извилистой, узкой тропинке, повернувшись спиной ко всему, что олицетворяла сейчас ее квартира. На секунду перед глазами мелькнул образ Грегори, она вспомнила, как он улыбался ей и что она чувствовала в его объятиях. Она подумала и о «Луковице» и ее посетителях, и о матери Грегори. Вспомнила о предстоящей собственной свадьбе, о Дэбби и Джейн.
– Нет, – без тени сомнения сказала девушка. – Нет, спасибо. – Кэди сделала шаг по направлению к квартире.
В это мгновение все исчезло: квартира, араб верхом на коне – абсолютно все. Вместо этого перед ней оказалось обветренная скала, а сама Кэди стояла прижавшись к ней так, словно только что пыталась пройти сквозь каменную стену.
– Нет-нет-нет! – Девушка повернулась и прислонилась к камню. Сон слишком походил на реальность. Но если это происходит наяву, ее не устраивает такая действительность! – Я хочу домой, – пробормотала Кади, и губы ее сжались в упрямую линию. – Я никуда отсюда не уйду! – сложив руки на груди, обтянутой корсетом, она решила: будь что будет, но с места она не сдвинется.
Губы ее произносили эти слова, а внутри что-то звало спуститься вниз по дорожке. И снова на Кэди навалилось тяжелое головокружение, так что ей даже показалось, что она вот-вот потеряет сознание. Прижавшись к стене, она ждала, пока дурнота пройдет. Неприятное чувство слегка ослабло, но не исчезло.
Девушка подняла голову, потому что ей показалось, что ветер донес до нее отзвуки мужских голосов. Кэди боролась с искушением: казалось, некая сила вне ее шепчет, что она обязана спуститься по тропе, что она не должна здесь оставаться. И она должна отправляться немедленно!
Все еще страдая от головокружения, которое, похоже, усиливалось с каждым шагом, Кэди пошла по тропинке и едва не упала, когда споткнулась о какой-то предмет под ногами. На земле валялся аккуратно завязанный атласный мешочек, по очертаниям которого легко было догадаться, что внутри находятся часы. Когда Кэди наклонилась, чтобы подобрать его, она едва не лишилась сознания и смогла выпрямиться только через несколько секунд.
Вновь послышался выстрел. Теперь ноги сами понесли ее вниз по тропинке, которая несколько раз раздваивалась, но хотя в голове у Кэди царила полная неразбериха, ноги, казалось, сами знали, какой путь выбрать. Крепко сжимая в руках мешочек, перекинув через локоть шлейф платья, Кэди спешила вперед. Пару раз она была на грани обморока, но каждый раз снова приходила в себя и обнаруживала, что по-прежнему бежит вниз по горному склону. Один раз она даже свернула с тропинки и побежала прямо между камнями и упавшими стволами деревьев, пока не выбралась на новую тропинку, которая вела к самому подножию горы.
Совершенно неожиданно лес кончился, и Кэди вырвалась на освещенную ярким солнцем полянку. Покачнувшись, она ухватилась рукой за огромный валун и постаралась сосредоточить взгляд. Ниже, в нескольких метрах, прямо перед ней разворачивалась настоящая сцена из кинофильма. Мужчина с веревкой на шее, противоположный конец которой был переброшен через огромную ветку дерева, сидел верхом на лошади. Руки его были связаны за спиной, а голова склонилась набок, словно он был без сознания. Не пройдет и десяти секунд, как этого человека повесят!
Рядом с жертвой находились трое всадников. Ружья наперевес прижаты к бедрам, лица расплываются в довольных улыбках. Кэди не могла знать, на чьей стороне правда, кто виноват, кто прав, но ей не понравилось выражение этих лиц. Девушка лихорадочно оглядывалась по сторонам, пытаясь найти способ остановить творящийся у нее на глазах ужас, прежде чем беднягу, сидящего на лошади, успеют вздернуть.
Тысячи идей промелькнули у нее в голове, но ни одну из них Кэди, пожалуй, не смогла бы осуществить. Маловероятно, что ей удастся спокойно подойти к этим людям и вежливо попросить не делать того, что они вознамерились совершить. Ясно, что никакие обещания плюшек и шоколадного пудинга не заставят их перерезать веревку и отпустить беднягу, находящегося в бессознательном состоянии.
