Книга третья
Откупщик и сапожник
Богатый Откупщик в хоромах пышных жил, Ел сладко, вкусно пил; По всякий день давал пиры, банкеты, Сокровищ у него нет сметы.В дому сластей и вин, чего ни пожелай: Всего с избытком, через край.И, словом, кажется, в его хоромах рай. Одним лишь Откупщик страдает, Что он не досыпает. Уж божьего ль боится он суда, Иль, просто, трусит разориться:Да только всё ему не крепко как-то спится. А сверх того, хоть иногдаОн вздремлет на заре, так новая беда: Бог дал ему певца, соседа.С ним из окна в окно жил в хижине беднякСапожник, но такой певун и весельчак, Что с утренней зари и до обеда,С обеда до́-ночи безумолку поетИ богачу заснуть никак он не дает. Как быть, и как с соседом сладить, Чтоб от пенья его отвадить? Велеть молчать: так власти нет; Просил: так просьба не берет.Придумал, наконец, и за соседом шлет.
Пришел сосед. «Приятель дорогой, здорово!» — «Челом вам бьем за ласковое слово».—«Ну, что, брат, каково делишки, Клим, идут?»(В ком нужда, уж того мы знаем, как зовут.) — «Делишки, барин? Да, не худо!» —«Так от того-то ты так весел, так поешь? Ты, стало, счастливо живешь?» — «На бога грех роптать, и что ж за чудо? Работою завален я всегда;Хозяйка у меня добра и молода:А с доброю женой, кто этого не знает, Живется как-то веселей».—«И деньги есть?» — «Ну, нет, хоть лишних не бывает, Зато нет лишних и затей».—«Итак, мой друг, ты быть богаче не желаешь?» — «Я этого не говорю;Хоть бога и за то, что́ есть, благодарю; Но сам ты, барин, знаешь, Что человек, пока живет,Всё хочет более: таков уж здешний свет.Я чай, ведь и тебе твоих сокровищ мало; И мне бы быть богатей не мешало».— «Ты дело говоришь, дружок:Хоть при богатстве нам есть также неприятства, Хоть говорят, что бедность не порок,Но всё уж коль терпеть, так лучше от богатства.Возьми же: вот тебе рублевиков мешок: Ты мне за правду полюбился.Поди: дай бог, чтоб ты с моей руки разжился.Смотри, лишь промотать сих денег не моги, И к ну́жде их ты береги! Пять сот рублей тут верным счетом. Прощай!» Сапожник мой, Схватя мешок, скорей домой Не бе́гом, лётом; Примчал гостинец под полой; И той же ночи в подземелье Зарыл мешок — и с ним свое веселье!Не только песен нет, куда девался сон (Узнал бессонницу и он!);
Всё подозрительно, и всё его тревожит: Чуть ночью кошка заскребет,Ему уж кажется, что вор к нему идет:Похолодеет весь, и ухо он приложит,Ну, словом, жизнь пошла, хоть кинуться в реку. Сапожник бился, бился И наконец за ум хватился: Бежит с мешком к Откупщику И говорит: «Спасибо на приятстве; Вот твой мешок, возьми его назад: Я до него не знал, как худо спят. Живи ты при своем богатстве: А мне, за песни и за сон, Не надобен ни миллион».
Крестьянин в беде
К Крестьянину на двор Залез осенней ночью вор; Забрался в клеть и, на просторе,Обшаря стены все, и пол, и потолок, Покрал бессовестно, что мог: И то сказать, какая совесть в воре! Ну так, что наш мужик, бедняк,Богатым лег, а с голью встал такою, Хоть по-миру поди с сумою;Не дай бог никому проснуться худо так! Крестьянин тужит и горюет, Родню сзывает и друзей, Соседей всех и кумовей.«Нельзя ли», говорит: «помочь беде моей?» Тут всякий с мужиком толкует, И умный свой дает совет. Кум Карпыч говорит: «Эх, свет!Не надобно было тебе по миру славить, Что столько ты богат».Сват Климыч говорит: «Вперед, мой милый сват,Старайся клеть к избе гораздо ближе ставить».— «Эх, братцы, это всё не так», Сосед толкует Фока: «не то беда, что клеть далека,Да надо на дворе лихих держать собак; Возьми-ка у меня щенка любогоОт жучки: я бы рад соседа дорогого От сердца наделить, Чем их топить».И словом, от родни и от друзей любезныхСоветов тысячу надавано полезных, Кто сколько мог,А делом ни один бедняжке не помог.
На свете таково ж: коль в нужду попадешься, Отведай сунуться к друзьям:Начнут советовать и вкось тебе, и впрямь:А чуть о помощи на деле заикнешься, То лучший друг И нем и глух.
Хозяин и мыши
Коль в доме станут воровать, А нет прилики вору, То берегись клепать,Или наказывать всех сплошь и без разбору: Ты вора этим не уймешь И не исправишь,А только добрых слуг с двора бежать заставишь,И от меньшой беды в большую попадешь.
Купчина выстроил анбары И в них поклал съестные все товары.А чтоб мышиный род ему не навредил,Так он полицию из кошек учредил. Спокоен от Мышей Купчина; По кладовым и день и ночь дозор;И всё бы хорошо, да сделалась причина: В дозорных появился вор.У кошек, как у нас (кто этого не знает?), Не без греха в надсмотрщиках бывает. Тут, чем бы вора подстеречьИ наказать его, а правых поберечь,Хозяин мой велел всех кошек пересечь.Услыша приговор такой замысловатый, И правый тут, и виноватый Скорей с двора долой. Без кошек стал Купчина мой.А Мыши лишь того и ждали, и хотели: Лишь кошки вон, они — в анбар, И в две иль три недели Поели весь товар.
Слон и моська
По улицам Слона водили, Как видно напоказ —Известно, что Слоны в диковинку у нас — Так за Слоном толпы зевак ходили.Отколе ни возьмись, навстречу Моська им.Увидевши Слона, ну на него метаться, И лаять, и визжать, и рваться, Ну, так и лезет в драку с ним. «Соседка, перестань срамиться»,Ей шавка говорит: «тебе ль с Слоном возиться?Смотри, уж ты хрипишь, а он себе идет ВпередИ лаю твоего совсем не примечает».— «Эх, эх!» ей Моська отвечает: «Вот то-то мне и духу придает, Что я, совсем без драки, Могу попасть в большие забияки.
Пускай же говорят собаки: «Ай, Моська! знать она сильна, Что лает на Слона!»
Волк и волченок
Волченка Волк, начав помалу приучать Отцовским промыслом питаться, Послал его опушкой прогуляться;А между тем велел прилежней примечать, Нельзя ль где счастья им отведать, Хоть, захватя греха, На счет бы пастуха Позавтракать иль пообедать! Приходит ученик домой И говорит: «Пойдем скорей со мной!Обед готов; ничто не может быть вернее: Там под горой Пасут овец, одна другой жирнее; Любую стоит лишь унесть И съесть;А стадо таково, что трудно перечесть».—«Постой-ка», Волк сказал: «сперва мне ведать надо, Каков пастух у стада?» — «Хоть говорят, что он Не плох, заботлив и умен,Однако стадо я обшел со всех сторонИ высмотрел собак: они совсем не жирны, И плохи, кажется, и смирны».— «Меня так этот слух»,Волк старый говорит: «не очень к стаду манит; Коль подлинно не плох пастух, Так он плохих собак держать не станет. Тут тотчас попадешь в беду!Пойдем-ка, я тебя на стадо наведу, Где сбережем верней мы наши шкуры:Хотя при стаде том и множество собак, Да сам пастух дурак;А где пастух дурак, там и собаки дуры».
Обезьяна
