— Здравствуй, здравствуй, — мягким голосом продолжала говорить Элени. — Какой же красавец! — Она погладила его шею. — Почти как мой Набат. Только это наш секрет, хорошо? Он ни за что не должен узнать, что я говорю такие слова кому-нибудь еще.
За ее спиной раздался какой-то невнятный звук, и, повернувшись, Элени увидела неподвижно стоящего принца. Он смотрел на нее так пристально, что сердце у нее подпрыгнуло и забилось неровными толчками, а в горле пересохло.
Это было то самое лицо, которое преследовало ее ночью и из-за которого она провела почти бессонную ночь. То самое мужское лицо, которое неожиданно возникло перед ее глазами, когда она нежилась в ванной. Мужское лицо, из-за которого ее охватывало странное, никогда прежде не испытанное волнение…
Элени сглотнула, не в силах отвести взгляд от черт его лица, поражающих своим совершенством и красотой. Эти черные глаза, эти волосы цвета эбенового дерева. Под пронзительным взглядом принца так и хотелось опустить глаза, но Элени вовремя вспомнила его приказ, отмечая про себя, что сегодня принц Калик выбрал западный стиль одежды: узкие брюки, белая шелковая рубашка и кожаные туфли.
— Тебе понравился мой конь, ящерка? — шелковым голосом спросил Калик.
Лошади были ее страстью — иначе ее здесь бы не было. Элени напомнила себе об этом, призывая себя не глазеть на принца с восхищением, которое он может воспринять как неуважение к себе. С этого дня она работает на принца Калика, как и другие люди, а потому должна начать привыкать к тому, что будет натыкаться на него в любом месте.
— Он бесподобен, ваше высочество, — просто ответила она.
— Да, бесподобен. Но своеволен и темпераментен. Ты первая, кого он допустил к себе так близко в первый же день знакомства. Да, странно… — Черные глаза смотрели на нее настороженно и вдумчиво. — Думаешь, ты сможешь сесть на него верхом?
Его вопрос застиг Элени врасплох. Что это было? Вызов? Испытание? Она посмотрела на принца Калика, надеясь прочитать по его лицу, чем был вызван его вопрос, но он молча, выжидающе смотрел на нее, а затем, совсем уж неожиданно, сложил ладони вместе наподобие стремени. Это решило дело. Не думая больше ни о чем, Элени вскочила на черную спину без седла.
Она сразу же почувствовала, как напряглись стальные мышцы, но жеребец даже не сделал попытки сбросить ее на пол. Волнение ее тут же пропало, сменившись восторгом и благоговением.
Боковым зрением Элени заметила, как глаза Калика расширились в потрясенном изумлении, когда она, только с помощью ног, пустила жеребца легкой рысью, словно ездила на нем каждый день. Но для самой Элени в послушании жеребца не было ничего удивительного. Это на людей не стоит полагаться! А животные, раз поверив, уже никогда не предадут. Поэтому Элени так высоко ценила их преданность и старалась не подводить своих четвероногих друзей.
Спиной она чувствовала на себе жгучий взгляд шейха, но даже принц вдруг отошел для нее на второй план. Осталось только чувство единения с красивым, умным, гордым животным и ощущение свободы, которое дарила езда без седла.
Калик стоял и не верил своим глазам. У этой девчонки несомненный талант и инстинктивное понимание животных. Только этим можно было объяснить, что его жеребец слушается ее, как цирковая собачка. Невероятно! Эта Элени ездила верхом гораздо лучше, чем опытные наездники мужчины.
Когда Элени остановила коня рядом, Калик не удержался от кривой улыбки, выдающей его восхищение. Но Элени этого даже не заметила. Склонившись над шеей коня, она что-то ласково ему зашептала.
— Хотите, чтобы мы взяли препятствие? — спросила она, неожиданно подняв голову.
— А ты сможешь?
Ответом Калику послужил сверкнувший в зеленых глазах задор.
— Если вы не возражаете, именно это мы как раз сейчас и проверим.
Но когда они выехали на площадку, в отдалении раздался чей-то крик. Это мгновенно вернуло Калика в окружающую реальность. Принц недоумевал про себя: «Надо же, на несколько минут я настолько забылся, полностью поглощенный маленьким представлением, который мне устроила эта девчонка, что даже забыл о том, что она всего навсего конюх!»
Калик взглянул на нее и в эту секунду наконец-то полностью осознал, что Элени не только конюх, но и молодая красивая девушка. Она немного вспотела, и туника прилипла к ее телу, обрисовывая женские округлости. Она была женщиной — прекрасной, зеленоглазой, с чудесной кожей цвета меда… Губы у него пересохли.
— Не сейчас, — отрывисто бросил Калик. — Спешивайся.
Но именно эта странная хрипота его голоса заставила Элени остаться сидеть на лошади. Она не сразу поняла, что своим отказом повиноваться только что нанесла сильнейший удар по гордости принца Калика, привыкшего, что ему повинуются с первого слова.
Окружающий мир в мгновение ока переменился. Воздух между ними словно сгустился от напряжения. Элени наконец осознала свою ошибку и поспешила соскользнуть с жеребца.
Калик протянул ей ремешок. Элени пристегнула его к кольцу недоуздка, дрожащими пальцами привязала коня к ограде и, замирая от страха, все же взглянула в лицо Калика.
— У тебя дар, — были его первые слова. Элени позволила себе неслышно выдохнуть от облегчения:
— Благодарю, ваше высочество. «И этим даром будет грех не воспользоваться», — решил про себя Калик, снова окидывая женскую фигуру оценивающим взглядом. Волосы у нее сегодня уже были чистые, но Элени по прежнему выглядела как котенок, подобранный на улице. В таком виде он не сможет с ней нигде показаться.
— Как тебе твое новое жилье?
— Все просто очень замечательно, ваше высочество. — И Элени, не удержавшись, принялась изливать свое восхищение, пока Калик не оборвал ее восторженную речь взмахом руки.
— Пожалуйста, не надо говорить мне очевидное, — нетерпеливо сказал он. — Я об этом только и слышу чуть ли не каждый день и от разных людей. Я велел, чтобы твой гардероб был обновлен, но почему-то ты сегодня опять в своих лохмотьях. Я бы хотел знать — почему. Тебе не по душе моя щедрость?
— Что вы, ваше высочество! — тут же запротестовала Элени.
— Тогда в чем дело? Элени внутренне съежилась:
— Я просто…
— Просто что? Выносить этот пронизывающий взгляд черных глаз было невероятно тяжело. Как сказать ему, что ощущение шелковой ткани заставляло ее чувствовать себя неловко?
— Привычка, я думаю, — наконец ответила Элени.
— Тогда расстанься с ней, и желательно немедленно, — вкрадчиво произнес Калик. — Пока ты работаешь у меня, изволь одеваться соответствующим образом. Понятно?
— Да, ваше высочество.
