Основные черты модернизации.
Желающие могут заглянуть в учебную и научную литературу и увидеть, что в российской модернизации XIX — начала XX века целый ряд обязательных черт данного процесса, безусловно, присутствовал. Особенно это касается экономической и социальной сфер. Развитие политической и духовной областей жизни российского общества сильно отставало.
Представляется, что в последние десятилетия XIX и первые десятилетия XX века цивилизационные различия России и ведущих европейских стран становятся не только существенными, но и приобретают характер цивилизационного отставания. Если в предшествующие исторические периоды мир не был столь тесен, то к началу XX века он оказался поделен. В плане качественных показателей социально-экономического развития на протяжении более чем 50–60 лет страна фактически топталась на месте. Отставание в политической модернизации предопределило внутреннюю слабость страны. Любое отставание, любой изъян в государственно-политическом устройстве, в социально-экономических отношениях мог оказаться причиной поражения в войне за передел мира. А уклониться от этой войны между самыми сильными державами (главным было противоречие между Германией и Англией) у российских правителей не хватило интеллекта.
Главным богатством страны была огромная территория. Земля, леса, полезные ископаемые, запасы пресной воды — ко всему этому потенциальному богатству нужно было приложить творческий, заинтересованный труд населения, которое постоянно росло. Долгое время в Сибирь отправлялись лишь служилые люди да каторжники. Помещикам, которые ссылали своих крепостных в Сибирь, засчитывали их в порядке выполнения рекрутской повинности.
Однако на протяжении ста с лишним лет правящий Дом Романовых и правившее дворянское сословие больше всего опасались того, что народ станет богаче и слишком много о себе возомнит по примеру голландцев, англичан, американцев и французов. А народ-то ведь мечтал: «Земля ничья. Земля Божья!»
1.4. «В терновом венке революций грядет… год!»: как Николай II стал лузером
Среди первых Героев Социалистического Труда в СССР в конце 30-х годов XX века оказался и последний российский император Николай II. Звание было присвоено посмертно с формулировкой «За создание революционной ситуации в России».
Советский анекдот
В Англии королю Карлу I отрубили голову 30 января 1649 года. В России всю семью Николая II расстреляли в подвале Ипатьевского дома в Екатеринбурге в ночь с 17 на 18 июля 1918 года. Между этими датами произошли революции во многих странах. Российские правители боролись с крамолой в своей стране, выступали в роли душителей свободы в некоторых европейских странах. Но тем, кто сидел на русском престоле[23], явно не хватало политической воли осуществить своевременные реформы, которые бы выбили почву из-под ног у революционеров. Российские императоры были упорными консерваторами, но не последовательными модернизаторами страны, хозяевами которой они сами себя считали.
В отличие от российских царей, которые не утруждали себя размышлениями о будущем страны, их либеральные оппоненты и революционные противники достаточно подробно и конкретно рассуждали о том, что следовало бы осуществить в стране. В отличие от практики периода перестройки и всего постсоветского периода, когда политические партии без зазрения совести заимствовали друг у друга формулировки для своих концептуальных построений и конкретные предвыборные лозунги для простодушного электората, в дореволюционный период политическое размежевание было вполне определенным и все понимали, «кто есть кто».
Но только лидер партии большевиков Владимир Ильич Ленин (1870–1924) смог «отчитаться о проделанной работе» в Актовом зале Смольного: «Социалистическая революция, о которой столько говорили большевики, свершилась!» В этом знаменитом выступлении на II-m Всероссийском съезде Советов, когда Ленин говорил о победе социалистической революции, он, конечно, заметно преувеличивал. Вся борьба, вся революция была еще впереди.
Большевики были в числе тех, кто был уверен в грядущей революции в России. Большевики активно боролись с самодержавием, используя каждую возможность для его ослабления. Вождь большевиков В. И. Ленин постоянно подчеркивал роль так называемого субъективного фактора и объяснял, что «ни одно правительство само не упадет, если его не уронят».
Но сторонники революционного обновления страны не были одиноки в своих ощущениях возможности грядущих потрясений. Грозовые тучи постепенно сгущались над страной, и очень многие понимали, что власть практически ничего не предпринимает для того, чтобы эти тучи разогнать.
Известные пророческие слова, вынесенные в заголовок, принадлежат «лучшему поэту советской эпохи». Владимир Владимирович Маяковский родился в Грузии, в селе Багдади, в семье лесничего. С 1902 года учился в гимназии в Кутаиси, затем в Москве, куда после смерти отца переехал вместе со всей семьей.
В 1908 году оставил гимназию, отдавшись подпольной революционной работе. В пятнадцатилетием возрасте вступил в РСДРП(б), выполнял пропагандистские задания. Трижды подвергался аресту; в 1909 году сидел в Бутырской тюрьме в одиночке. Там и начал писать стихи. С 1911 года занимался в Московском училище живописи, ваяния и зодчества. Примкнув к кубофутуристам, в 1912 году опубликовал первое стихотворение «Ночь» в футуристическом сборнике «Пощечина общественному вкусу».
В 1915 году В. В. Маяковский пишет первую крупную поэму — «Облако в штанах». Автор — молодой, полный сил человек. В самом начале он говорит о себе:
У меня в душе ни одного седого волоса,
и старческой нежности нет в ней!
Мир огромив мощью голоса,
иду — красивый,
двадцатидвухлетний.
Один из родоначальников литературного течения, получившего название футуризм, он остро чувствовал противоречие окружавшей его жизни с нерешенными острейшими социальными проблемами и ужасами кровавой бойни Первой мировой войны.
Начало работы над поэмой относится к первой половине 1914 года. В автобиографии «Я сам» Маяковский говорил: «Начало 14-го года. Чувствую мастерство. Могу овладеть темой. Вплотную. Ставлю вопрос о теме. О революционной. Думаю над „Облаком в штанах“. Закончена поэма была в июле 1915 года в Куоккала (под Петроградом). Вечера шатаюсь пляжем. Пишу „Облако“ („Я сам“)». Выступая в марте 1930 года в Доме комсомола Красной Пресни, Маяковский вспоминал: «Оно („Облако в штанах“) начато письмом в 1913/14 году и сначала называлось „Тринадцатый апостол“. Когда я пришел с этим произведением в цензуру, то меня спросили: „Что вы, на каторгу захотели?“ Я сказал, что ни в коем случае, что это никак меня не устраивает. Тогда мне вычеркнули шесть страниц, в том числе и заглавие. Это — вопрос о том, откуда взялось заглавие. Меня спросили — как я могу соединить лирику и большую грубость. Тогда я сказал: „Хорошо, я буду, если хотите, как бешеный, если хотите — буду самым нежным, не мужчина, а облако в штанах“».
Футуристическое изображение предреволюционной России в изображении Маяковского не всем нравилось. У поэта были все основания написать:
Я,
обсмеянный у сегодняшнего племени,
как длинный скабрезный анекдот,
вижу идущего через горы времени,
которого не видит никто.
Где глаз людей обрывается куцый,
главой голодных орд,
в терновом венце революций
грядет шестнадцатый год.
Маяковский ошибся на один год. Революция, причем, как ни странно, две революции, пришлись на 1917 год. Но Маяковский не был одинок в своих предсказаниях. Их делали люди разного социального статуса, возраста и политических позиций.
После того как 23 августа 1915 года Николай II стал главнокомандующим, председатель Государственной думы М. В. Родзянко пытался отговорить царя, но безрезультатно. «Это ужасно. Я чувствую, что это начало гибели: он приведет нас к революции», — откликнулась на этот шаг императора княгиня 3. Н. Юсупова в разговоре с женой М. В. Родзянко[24]. Через год с небольшим вокруг Зинаиды Николаевны Юсуповой закрутилась интрига, закончившаяся убийством Г. Е. Распутина. «Святой черт» тоже предсказывал крах монархии после своей смерти. И не обманул.
С критических позиций, с предсказанием революционных катаклизмов выступали не только крайне левые политики, но и наиболее дальновидные деятели правящей элиты. Так, еще в феврале 1914 года, то есть до начала Первой мировой войны, с запиской к царю обратился Петр Николаевич Дурново (1845–1915). Он происходил из рода, многие представители которого верой и правдой служили самодержавию. В свое время П. Н. Дурново занимал посты директора департамента полиции, министра внутренних дел и считался безусловным реакционером.
