было испытать. Допуск детей на аттракционы осуществлялся по росту. Чем выше был рост, тем на более сложный можно было зайти. Конечно, кроме этого, требовалось ещё и разрешение родителей. Самые маленькие важно восседали в, напоминавших сидения открытых машин, кабинках, которые медленно двигались по кругу. Подросткам из средних школ уже были доступны самые быстрые, где тележки на колёсах уже носились по рельсам. Взросление завершалось испытанием на самом крупном. В начале аттракциона рельсы имели форму крутой дуги, по которой тележку затаскивать на приличную высоту. Потом рельсы сворачивались в несколько колец и становились похожи на исполинского удава, который будто душил что-то невидимое в воздухе. Тележка скатывалась внутрь и приносилась по спирали, как пуля в нарезном стволе.
Среди романтичных парочек, желающих испытать ощущение риска и опасности ещё до начала семейной жизни, особой популярностью пользовался аттракцион под названием «Полёт». Влюблённых укладывали рядом друг с другом лицами вниз на платформу, которая была похожа на двухместные медицинские носилки, но так, чтобы края не мешали обзору. Руки и ноги продевали в лямки, похожие на парашютные, и там закрепляли. С боков платформа присоединялась к середине металлического троса, который был протянут между двух высоких вышек. Другой трос, который прицеплялся защёлкой к платформе сзади, вытягивали вверх до тех пор, пока платформа не оказывалась на высоте вышек. Вся конструкция в этот момент напоминала качели, когда сиденье замерло на уровне перекладины, перед тем как ринуться вниз. Защёлка расцеплялась, и парочка начинала качаться над прибоем с затухающей амплитудой, пока инерция движения полностью не иссякала.
Фидель и Джина встретились за час до начала фильма. После прогулки по деревянному настилу вдоль океана они засмотрелись аттракционом «Полёт». Джине не очень нравились подобного рода увеселения, просто нужна была пауза в разговоре, который не складывался. Фидель говорил коротко, явно следя за тем, чтобы не сказать лишнего. Ей нужно было, как говорится, сломать лёд между ними.
— Давай попробуем, — предложила Джина.
На платформе Фидель лежал рядом с Джиной, она показалась ему в этот момент совершенно беззащитной. Невдалеке завис альбатрос, который посматривал на них, как будто не понимал, как они могут удерживаться на такой высоте без поддержки крыльев.
Лямки сжимали ноги Фиделя, мешая любым движениям, но руки оставались свободными от локтей. Фидель протянул руку и взял ладонь Джины в свою. Его пальцы вплелись между её пальцами. В этом было столько нежности, что он захотел прикоснуться к ним губами.
— Что она сделает, если узнает о моих подложных документах? Нет, нельзя рисковать, — подумал Фидель.
Вдруг он услышал за собой шелчок, и защёлка отцепилась. В первый момент это было просто свободное падение. Потом трос стал натягиваться, движение вниз остановилось, и платформу потянуло вверх. Джина взвизгнула, а Фидель смолчал. Они качнулись ещё несколько раз, и платформа остановилась.
— Тебе понравилось! — Воскликнула Джина на испанском.
— Это было прекрасно, — ответил Фидель на Английском и осёкся.
— Ты знаешь английский?!
От растерянности Фидель не знал, что ответить, и поцеловал её в губы.
Неожиданный поступок Фиделя не ускользнул от внимания сержанта Билла и репортёра Парлсона, которые наблюдали за ними весь вечер.
Сержант Билл и Парлсон не случайно оказались в парке аттракционов. Билл командовал двумя десятками полицейских, которые бродили посреди весёлой, плотной толпы отдыхающих. Особенно внимательно они следили, чтобы никто не выносил напитки за пределы баров. Нередко полицейских можно было заметить, останавливающими людей с подозрительными стаканами в руках. Затем они прислушивались к запаху внутри стакана, проверяя наличие алкоголя.
Сержант Билл, пятидесятилетний мужчина коренастого телосложения, представлял собой бодрого вида личность с хитрыми глазами и тонкими губами, на которых мелькала едва заметная улыбка. Он стоял неподвижно рядом с крупной пластмассовой фигурой Элвиса Пресли, сам напоминая монумент. Полицейские подходили к сержанту за указаниями, и он, немного поворачивая голову к собеседнику, передавал инструкции тихим голосом. Эта сцена продолжалась до тех пор, пока сержант Билл не заметил Фиделя с Джиной. Тогда он покинул свой наблюдательный пункт и начал следить за ними издалека.
Парлсон приехал в парк аттракционов по заданию редакции. Ему поручили написать репортаж о новом аттракционе. В толпе перед аттракционом он выделялся — единственный человек без счастливой улыбки. Его грызли мрачные мысли о трудностях в репортёрской карьере. Однако, когда Джина и Фидель прошли неподалёку, в глазах Парлсона сверкнул азарт. Он сразу же последовал за ними, забыв о своём репортаже.
На следующее утро сержант Билл решил отдохнуть и встал поздно. Долгое дежурство в парке аттракционов накануне стало отличным предлогом, чтобы избежать с женой похода за продуктами. В уединении он насладился непринуждённым завтраком, даже добавив вторую чашку кофе. С некоторым нежеланием, но решительно, он поднялся из удобного кресла и начал готовиться к выходу. На повестке дня была встреча с Джулиано Капучино, — главой итальянской мафии в Томс Рива. Суббота была не лучшим временем — Капучино, в полном соответствии с итальянской традицией, регулярно посещал утреннюю мессу в этот день, но повод для встречи был важный.
Сержант Билл подсел в машину Капучино, вскоре после того, как тот покинул церковь. Капучино был старше лет на десять. Он уже переоделся в лёгкую куртку, из-под которой виднелся увесистый живот. Обычно в разговоре, Капучино неожиданно вставлял длинные паузы, словно стремясь нагнать страху на собеседника. Часто этот метод срабатывал, позволяя добиваться желаемого, не прибегая к прямым угрозам.
— Так значит, взял и поцеловал детектива в губы? — Ещё раз переспросил Капучино, когда сержант Билл закончил рассказывать.
— Да, всё точно так и было.
— Ладно, пускай трахается с кем хочет. Главное, как она докладывала лейтенанту о происшедшем на съёмочной площадке?
— Пока, как о несчастном случае. Но, ты знаешь, она упорная. Любит покопаться.
— Хорошо, не выпускай её из вида. На сегодня всё.
Сержант Билл попрощался с Капучино, пересел в свою машину и поехал домой. Впервые сержант Билл встретился с одним из самых влиятельных людей Томс Рива, почти двадцать лет назад. Тогда случилось немыслимое. Вместо, обычной войны между боссами итальянской мафии за власть, велась борьба с нарастающим влиянием МС-13 — латиноамериканской гангстерской группировки. Полиция Томс Рива взяла сторону итальянцев, и те отстояли свои позиции против латинос.
Приехав домой, Капучино поудобнее уселся в глубоком кресле, чтобы посмотреть в записи очередную серию фильма из жизни итальянской мафии Нью-Джерси — Сопранос. Тогда, в 90-х, премьера каждой новой серии была похожа на продолжении криминальных репортажей из новостей.
— Это было всего лишь двадцать лет назад, а кажется, что наша слава и могущество всё в прошлом, — подумал он с грустью.
