отобрать у меня кольцо, — сообщила Радегунда, затем они с Ранном рассказали о том, что произошло. Акил был расстроен и зол одновременно, но вида не показывал. — Может, стоит отдать им рубины и уйти из Вьюрэя? — неожиданно предложила Радегунда.
И тут Мелания подала голос.
— Я связана с этим рубином, разве вы забыли, Радегунда? Оно меня убьёт, если я с ним расстанусь!
— Ты уже мертва. Забыла? — Королева подошла к Мелании и сорвала с шеи подвеску с кольцом.
— Мама, что ты делаешь? — испугалась Галатия.
Акил также пытался остановить Радегунду, но она просто исчезла. Мелания в этот момент поняла, что свободна от чар кольца. С ней ничего не происходило. Когда Радегунда появилась снова, на неё полился поток возмущений.
— Если Брендон хочет получить рубины, — твёрдо сказала она, — пусть попробует их найти.
— Что? Ты их спрятала? — воскликнула Галатия звенящим от ярости голосом. — Но…
Ранн взял ее за руку.
— Твоя мама права. Нас не станут преследовать, потому что незачем. Мы сможем спокойно уйти из города.
Галатия промолчала, не зная, что сказать. Тишину нарушал лишь шорох башмаков Акила, разгуливающего по хижине туда-сюда. Её мысли о рубинах, уже весьма неопределенные, становились всё более беспорядочными. Так ли они важны? Ранн прав. Исчезнуть, спрятаться в тёмном месте, где их никто не найдёт, а Брендона рано или поздно настигнет неудача. Она с удовольствием посмотрит на это в своих видениях.
Вдруг Мелания напрягалась. Она стояла у входа, вглядываясь в темноту леса. К ним кто-то шёл. Акил вышел вперёд, приготовив кинжал. Силуэта было два. Из-за спины отца Галатия распознала в одном из них Бьорна. Можно было расслабиться. Он пришёл с Морлеком.
— А доноры? — встрепенулась Радегунда, обнимая его.
Бьорн и Морлек переглянулись, затем обреченно покачали головой. И так как Морлек не мог об этом говорить спокойно, ситуацию объяснил Бьорн.
— Особи ворвались в «Рен Ультио». Они уничтожили донорский дом, убили людей и всех, кто встал у них на пути. Уходя, мы видели Тристана. Это его рук дело.
— А как же Астарот и Евдем? — забеспокоилась Мелания.
Бьорн сказал, что они уже идут и заняты тем, чтобы сбить особей с пути, заметают следы к хижине. Никто не подумал о Виллоу, кроме Галатии. Она не знала, где он и не желала верить, что ее горячо любимый брат переметнулся к врагам только потому, что Мелания и Астарот объединились узами брака.
Ночь была длинной, ожидание — мучительным. Красный рассвет окропил серое небо. Утро обещало быть солнечным. Не имея рубинов, вампиры забились поглубже в темную хижину, завешали окна и двери, чем смогли. Бьорн и Нимира находились в смежной комнате. Радегунда с Галатей и Меланией сидели возле полуразрушенного камина, ибо туда не попадал свет. Морлек предпочёл страдать по донорскому дому в одиночестве, забившись в угол. Ранн негромко беседовал с Акилом.
Как бы ни напрягала слух Галатия, у неё не получалось разобрать их шёпот. Но догадаться было несложно. Наверняка Акил хотел знать, как погибла его драгоценная Дафина.
Но вдруг Ранн метнул взгляд на Морлека, а потом перевёл на Галатию. Оказывается, Радегунда по дороге в хижину призналась Акилу, что Морлек — отец Галатии, и теперь он рассказал Ранну. При мысли о том, что они с Ранном не связаны кровно, возникало двойственное чувство — одновременно надежда воссоединиться с ним и страх быть отвергнутой.
Не в силах думать об этом, она встала и скрылась в другой комнате. Там не было окон — только чёрные стены и старый потертый ковёр. Галатия упала на колени и попыталась сосредоточиться, хоть что-то увидеть, найти ответы на свои вопросы. Перед глазами появился образ Зуоры. «Он — твоя судьба», — произнесла хрипло старая особь и исчезла.
Чьи-то руки коснулись плеч. Галатия вздрогнула, но не поднялась. Ей не нужно было оборачиваться. Запах Ранна стал ей уже родным.
Он сел рядом. В полутьме она видела слабую улыбку на его лице.
— Значит, ты мне не сестра?
— Нет.
— Это хорошо.
— Наверно. — Они помолчали. Потом Галатия расслабилась и заговорила снова. — Я бежала к тебе с этой новостью, но… что-то пошло не так.
Ранн повернулся к ней, осторожно взял за подбородок и поцеловал.
Самой большой ошибкой, которую любой может совершить в своей жизни — вечной или нет — является постоянная боязнь ошибиться. Так вот, страх Галатии рассеялся как туманная дымка. Она больше не сомневалась в своих чувствах и только крепче прижалась к Ранну. Потеряв дом, она приобрела нечто большее — любовь.
ГЛАВА 3
Йодис
Ану Зигеру удалось беспрепятственно скрыться вместе с Джессикой. Из мэрии они прямиком направились к Элжерону, где повстречали Виллоу и серьёзно обговорили детали. Джессика поведала вампиру (не без тени сомнения), что задумал Брендон. Зигер упомянул Акила, и теперь Виллу в курсе того, что у отца отобрали кольцо с рубином.
Охотники сами того не желая отдали власть Виллоу. Йодис и Элжерон заверили их, что ему можно доверять так же, как и Акилу. Ничего не оставалось.
Когда Виллоу ушёл, Ан Зигер на пару с Элжероном собрал оружие для защиты, затем раздал женщинам. Йодис достался солнечный электрошокер. «Самая простая игрушка», — усмехнулся Элжерон, впервые вызвав у неё улыбку. Защитив себя, они смогли передвигаться по городу, не забывая об осторожности.
Ночь они провели в доме Джессики.
Утром Йодис поднялась самая последняя и застала троих охотников на кухне за завтраком. Присоединившись к ним, она получила свой сэндвич от Элжерона, Джессика налила ей кофе.
— Мы говорим о будущем Вьюрэя, — сказала Джессика. Она старалась улыбаться, старалась выглядеть беззаботной и бодрой, но Йодис знала, что творится внутри этой женщины.
— Считаете, у города есть будущее?
Ан Зигер вступил в разговор. За ночь его лицо обросло щетиной, волосы были взлохмачены, а вместо вчерашней рубашки на нем был свитер. Йодис догадалась, что Джессика дала ему вещи своего мужа.
— Здесь остались люди. И пока вампиры будут разгуливать по городу, они не смогут выйти наружу.
— Кто-то должен снабжать их провизией, — добавил Элжерон.
— И это будем мы?
— У нас, по крайней мере, есть оружие. И Виллоу поможет.
— На вашем месте я бы не доверяла Виллоу.
— Йодис, милая, — Джессика мягко коснулась ее руки, — мы верим, что Акил найдёт решение. Верим, что Мелания и Ранн вернутся к нам, пусть… вампирами. Душа у них осталась прежней.
Йодис задумалась. Вспомнив последнюю встречу с Ранном — холодным, равнодушным, бледным и одиноким, — она так не думала. Вряд ли теперь у него
