была душа.
Доев свой сэндвич, Йодис встала, заявив, что они могут делать, что хотят. Ей не стать охотницей, поэтому и тема эта была неинтересна.
Позже, сидя наверху, в комнате Торлейка, и разглядывая фотографии, где все они были изображены беззаботные и счастливые, Йодис вдруг услышала крик Джессики. Она звала их вниз.
— Что случилось? — спускаясь по лестнице, спросила Йодис. Все трое стояли возле большого окна.
— Сама посмотри, — сдавленным голосом произнёс Элжерон.
То, что увидела Йодис, вызвало у неё тошноту. На территории Джессики, да и на других улицах… Повсюду! Особи были повсюду! Мерзкие твари, похожие на живые трупы в грязных лохмотьях, разгуливали по городу, как у себя дома. Они подходили к окнам, стучались в двери домов. Йодис собственными глазами увидела, как один мужчина открыл и попытался выстрелить в тварь из ружья. Особь оторвала ему руку, затем впилась в шею. Девушка закричала от ужаса и спрятала лицо у Элжерона на груди.
— Дело приняло очень серьёзный поворот, — сказал Ан Зигер и двинулся наверх.
— Что ты собираешься делать? — вдогонку кричала Джессика.
— Двери никому не открывать! Ни при каких обстоятельствах! Я подготовлю оружие. У меня пять санганов. Думаю, это самое действенное оружие в данный момент.
— Подождите! — Йодис бросилась к окну. — Санганы не понадобятся. Кажется, сегодня будет солнечно.
Верхушки деревьев озарились первыми лучами солнца, и особи быстро попрятались кто куда. Одну Элжерон заприметил прямо у них на крыльце, открыл окно и включил свой санган. Яркий искусственный солнечный луч обжег особь. Та истошно взвыла, выгнулась и, изворачиваясь, попятилась назад, попав прямо под настоящее солнце. Все наблюдали, как тварь медленно сгорала.
Спустя десять минут улицы стали пустыми.
И вдруг… стук в дверь.
Йодис вздрагивала от любого шума. И сейчас она вскочила с дивана на ноги, вцепившись в рубашку Элжерона.
Велев всем оставаться на своих местах, Ан с санганом направился к двери. Очень медленно он дотянулся до ручки. Фонарь уже был включён и, когда он резко распахнул дверь, луч ударил в глаза девушке и парню. Но они не зашипели, их кожа не задымилась. Напротив, они закрылись руками. Люди!
Ан Зигер быстро втянул их в дом.
— Торлейк! — разрыдалась Джессика и бросилась обнимать сына.
— Я в порядке, мама.
Йодис, тем временем, ощупала Флоранну.
— Я уже не верила увидеть вас живыми.
— Мы вернулись, — глухо произнесла Флор. — Но Мелания больше не вернётся. Она…
— Мы знаем, — печально улыбнулась Йодис.
Девушки крепко обнялись.
Тристан вернул их, но не просто так.
ГЛАВА 4
Виллоу
«Как же так? — спрашивал себя Виллоу, шагая по городу в предрассветной тьме. — Когда дед, древний вампир, выступил против закона, Брендон встал на сторону Акила. Они вместе сражались за справедливость. Что же теперь произошло? Дядюшка захотел потешить собственное тщеславие?»
Вампиры — древние существа, образ которых к настоящему времени изменился. Они научились жить в мире и согласии с людьми, научились кормиться друг от друга или пить кровь из кубков, которую предоставляют им доноры. Виллоу было тяжело осознать, что Брендон понесёт собой абсолютное зло, собираясь подчинить людей. Неужели ему так хочется вернуть традиционных разрушающих и вызывающих страх существ? Это древние, давно забытые всеми вампиры, находящиеся вне жизненного пространства. Это холодное, воплощающее зло. Виллоу был растерян, он пока не знал, как поступить, как будет правильно.
Отбросив в сторону пустые размышления, он пересёк площадь, где обычно проходила пятничная ярмарка, и направился в сторону мэрии. С рассветом становилось ясно, и он чувствовал, что нужно поторопиться, ведь в ясную погоду солнце светит ярко.
Куда бы он ни пошёл, везде видел образ Мелании. Виллоу ещё до конца не понял, что происходит в его душе. Не то, чтобы он желал связать с ней существование. Но тогда она была человеком, и его намерения оставить ее, были оправданы. Астарот оказался проворным сукиным сыном, отобравшим то, что могло бы по праву принадлежать ему. Но и злости Виллоу не испытывал к брату.
Пожалуй, сначала стоило разобраться с Брендоном, а потом разговаривать с Астаротом. Времени у них предостаточно. Ведь даже теперь Виллоу не желал отказываться от Мелании.
Над мэрией и прилегающей к ней огромной территории висела тень.
«Брендон пустил в ход кольцо моего отца», — понял Виллоу.
Не успел он войти в холл мэрии, как перед ним оказалась Демоника.
— Вот, значит, какие у тебя дела. Вот, о какой свободе ты мне твердила, — начал наступать Виллоу, шагая на неё. Вампирша попятилась. — Объединилась с дядюшкой Брендоном против моего отца. Ну, и к чему были все те сопливые признания? Выходи замуж за Евдема и будет тебе счастье, а заодно свобода.
— Ты всё неправильно понял, Виллоу. — Она уперлась спиной в колону. — Если выслушаешь меня, то я всё объясню.
— Не думаю, что я хочу тебя слушать. Где Брендон?
— Ты должен меня послушать, — зашептала Демоника, схватила Виллоу за руку и повела куда-то вглубь здания. Они долго шли по длинному коридору, затем она толкнула железную дверь. Они очутились в тёмном и сыром помещении. Там и остановились. Демоника посмотрела Виллоу в глаза. — Во-первых, Евдем перешёл на сторону Акила. Во-вторых, я не подчиняюсь Брендону. Я что-то вроде — как там люди это называют? — шпиона. Я втерлась в его доверие, чтобы быть в курсе его заговоров. И тебе советую не ломать дров сгоряча. Будь рядом с Брендоном и узнай все его замыслы. — Она приблизила свои губы к его уху. — Держи врага подле себя.
— Почему я должен верить тебе, Демоника?
— Потому что благодаря мне Брендон не убил охотников, заявившихся в мэрию. — Это была ложь. Как и всё то, что она только что сказала. Демоника хотела всеми правдами и неправдами удержать его на своей стороне и, тем самым, вызвав гнев Акила, который посчитает его предателем. Она мурлыкала как кошка, выпрашивая благосклонности у своего хозяина. И ей удалось укротить пылающий в Виллоу огонь.
— Ты поможешь вернуть Акилу кольцо? — спросил он.
— Конечно. Но на это потребуется время. А пока нам необходимо притихнуть. Слышишь, Виллоу? Претворись. Увидишь, мы превзойдём Брендона. Ты и я. Акил вознаградит нас.
И он поверил. Поверил Демонике. Принял ее предложение не ради награды отца, но ради тех несчастных людей, которых хоть кто-то должен оберегать.
ГЛАВА 5
Люди смотрели из окон своих домов на родной город, умиротворённый и безмолвный в ярком свете утреннего солнца. Это уже другой Вьюрэй, от прежнего ничего не осталось. Мэр убит, охотники уничтожены. Путь на
