«А как же Адриан?» — Спросила Лисса.
«На минутку предоставим ему действовать самостоятельно. Займись Ридом. Врежь ему».
«Что?»
И все же она послушалась, исполненная такой решимости, которая наполнила меня гордостью. Рид оскалился, словно рычащий зверь, он был слишком уверен в своих силах, хотя еще плохо соображал и двигался неуклюже. И снова я попыталась научить Лиссу без слов, попыталась заставить ее почувствовать, что это такое — ударить кого-то. Как откинуть назад руку, как сжать пальцы, как стянуть к ним всю свою силу. После того что она делала раньше, я могла рассчитывать лишь на какое-то подобие удара; главное, не подпустить его к себе, создать новое препятствие.
И тут произошло нечто поистине прекрасное.
Лисса ударила Рида по носу. В смысле, врезала от души. Мы обе услышали, как хрустнул нос. Хлынула кровь. Он отлетел назад с вытаращенными глазами. Лисса тоже широко распахнула глаза — никогда, никогда я не подумала бы, что она способна на такое. Милая, деликатная, прекрасная Лисса.
Мне хотелось вопить и плясать от радости. Но это был еще не конец.
«Не останавливайся! Врежь ему еще раз. Нужно вывести его из игры».
«Я уже сделала это!» — Закричала она, ужасаясь делам рук своих.
Ее кулак тоже болел. Эту часть я опустила, когда давала свои инструкции.
«Нет, ты должна вывести его из строя, — сказала я ей. — Думаю, он и Эйвери связаны, и она берет свою силу у него».
Сейчас это приобретало смысл, учитывая, что он замер, когда Эйвери вытягивала силу для принуждения, и что он знал, в какой момент нужно появиться. Она использовала их связь, чтобы вызвать его.
Тогда Лисса снова набросилась на Рида, нанесла ему два удара, один из которых отбросил его головой об стену. Он раскрыл рот, лицо обвисло, взгляд безучастный. Он сполз на пол, не то чтобы полностью без сознания, но на время явно вышел из игры. Я услышала, как в стороне негромко вскрикнула Эйвери.
Лисса повернулась к Адриану и Симону. Адриан оставил всякие попытки принуждения, потому что Симон набросился на него по-настоящему. На лице Адриана явственно виднелись следы нескольких ударов; судя по всему, он, как и Лисса, никогда не участвовал в рукопашных схватках. Мне не пришлось даже ничего подсказывать Лиссе. Она зашагала к ним и снова применила принуждение. Симон удивленно дернулся — она застала его врасплох. Лисса была еще слаба, но уверенности у нее прибавилось, как я и рассчитывала.
— Помоги мне! — Закричала Лисса Адриану.
На мгновение атака Симона приостановилась, и Адриан снова воззвал к духу. Магия потекла через него — Лисса видела и чувствовала изменения в его ауре. Он тоже психически атаковал Симона, а спустя мгновение я почувствовала, как к ним присоединилась и Оксана. Мне хотелось изображать из себя генерала и раздавать приказы, но теперь это было не мое сражение.
Глаза Симона широко распахнулись, и он упал на колени. Лисса чувствовала двух других пользователей духа — присутствие Оксаны ее удивило — и то, что они пытаются добиться от Симона не совсем того, что она. Лисса принуждала его прекратить атаку и просто сидеть, не шевелясь. На мгновение соприкоснувшись с магией Адриана, она поняла, что тот пытается усыпить стража, а Оксана добивалась, чтобы он выбежал из комнаты.
Эти противоречащие друг другу посылы и в целом наплыв огромного количества силы создали такую мощную приливную волну духа, что защита Симона окончательно пала, он рухнул на пол и потерял сознание. Лисса и Адриан повернулись к Эйвери, но в этом не было нужды.
Как только волна духа накрыла Симона, Эйвери начала кричать. И кричала, и кричала без остановки, ужасающим, скрежещущим голосом, сжимая ладонями голову. Лисса и Адриан обменялись взглядами, не зная, как справиться с этой новой ситуацией.
— Ради бога… — еле слышно сказал совершенно вымотанный Адриан. — Как заставить ее заткнуться?
Лисса не знала. На мгновение мелькнула мысль подойти к Эйвери и помочь ей, несмотря на все случившееся. Однако очень быстро Эйвери смолкла сама. Она не потеряла сознания, просто сидела, тупо глядя перед собой. Ее лицо не оцепенело, как тогда, когда она призывала дух; оно не выражало… ничего. Как будто она была полностью внутренне опустошена.
— Ч-ч-что с ней? — Спросила Лисса.
Я знала ответ.
«Дух перетек от Симона к ней. Это выжгло ее».
Лисса вздрогнула.
«Почему он перетекал от Симона к ней?»
«Потому что они связаны».
«Ты же говорила, что она связана с Ридом!»
«Так и есть. Она связана с ними обоими».
Пока Лисса сражалась за собственную жизнь, ей было не до того, чтобы разглядывать ауры своих противников, зато я видела их ее глазами. Эйвери больше не маскировала свою, и она сияла чистым золотом, как у Лиссы и Адриана. Ауры Симона и Рида были почти идентичны — обычной окраски и обведенные черным. Они оба были «поцелованы тьмой», обоих из-за грани смерти вернула к жизни Эйвери.
Ни о чем больше не спрашивая, Лисса упала в объятия Адриана. В этом не было ничего романтического, просто оба испытывали отчаянную потребность в близости друга.
— Как ты догадался прийти? — Спросила его Лисса.
— Шутишь? Как я мог не прийти? Со всеми этими сражающимися духами вы пылали, точно костер. Я почувствовал его с другой стороны кампуса. — Он оглянулся. — Господи, у меня в голове тысяча вопросов.
— У меня не меньше, — пробормотала Лисса.
«Мне пора уходить», — сказала я ей.
Было грустно покидать их.
«Я скучаю по тебе. Ты вернешься?»
«Очень скоро».
«Спасибо тебе. Спасибо за то, что была здесь со мной».
«Всегда пожалуйста. — Думаю, в этот момент мое тело улыбнулось. — Ох, Лисса, знаешь что? Передай Адриану, что я горжусь им».
Комната Академии растаяла. Я снова сидела на кровати; нас с Лиссой разделяло полмира. Эйб с беспокойством смотрел на меня. Марк тоже беспокоился, но его взгляд был прикован к Оксане, лежащей рядом со мной. Она чуть-чуть напоминала Эйвери — такая же бледная и потная. Марк сжал ее руки.
— Как ты?
Она улыбнулась.
— Просто устала. Со мной все в порядке.
Мне хотелось обнять ее.
— Спасибо тебе. Огромное спасибо.
— Я рада, что оказалась полезной, — ответила она. — Но, надеюсь, никогда больше не придется делать такого. Это было… странно. Знаю, какую роль играла.
— Я тоже.
И это действительно было странно. Иногда казалось, что Оксана там, сражается вместе с Лиссой и остальными. В другие моменты возникало чувство, что Оксана как бы сливается со мной. Я вздрогнула. Слишком много разумов переплелись друг с другом.
