хотите? — спросил он и между копиями начался оживленный радиообмен, полноценная дискуссия. Вадим не вмешивался и даже не слишком вникал в суть. Первым заговорил спокойный:
— Вестник. Я хочу быть тем, кто несет слово. Кто объясняет.
— Странник, — хмуро бросил второй. — Мне тесно стоять на месте. Я хочу идти, ломать стены, не зависеть от чужих решений.
— Защитник, — сказал третий, чуть тише, но твердо. — Если уж мне выпало быть копией, пусть хотя бы защищаю то, что важно.
Вадим моргнул, а потом усмехнулся.
— А чего не нормальные имена? Коля, Олег, Ваня...
Вестник покачал головой.
— Потому что мы не обычные люди. Мы не хотим быть фальшивыми ''Ванями''. Нам нужны имена, которые отражаю призвание, я... точнее ты сам теперь Пророк для многих. Так и мы — не хотим притворяться.
Пророк хмыкнул, развел руками.
— Я не ваш хозяин, вы не мои рабы, хотите так, пусть будет. Но учтите: для народа, за пределами Питера, для тех, кого вы будете обращать, вы должны представляться Вадимами.
Странник дернул уголком губ.
— Мы прекрасно знаем, что делать. До недавнего времени мы ведь и были тобой, пока улей не снял образ сознания.
Исаев довольно потер руки, наблюдая за сценой.
— Видите? — сказал он. — Я же говорил: получились не идеальные копии. В каждом проявились собственные акценты. Один — сдержанный, другой — раздражительный, третий рвется прочь, но это даже лучше. Так будет больше гибкости.
— И в случае смерти одного остальные продолжат дело, — вставил Защитник. — Ты все же правильно делаешь, не складывая яйца в одну корзину... Пророк. Я бы также поступил.
— Начнем с распределения задач. Защитник, — Соколовский указал пальцем на самого угрюмого. — Ты пойдешь в Великий Новгород.
Тот удивленно поднял бровь.
— Почему туда?
— Там остались военные, — пояснил Вадим. — Их немного, но люди дисциплинированные. Если удастся перетянуть их на нашу сторону, то будет серьезное подспорье.
Защитник нахмурился.
— На чью именно сторону? Как им презентовать нас?
Вадим сделал паузу, словно примерял слово к будущему, и произнес:
— На сторону Единства. Так мы будем называться, это не просто орда зараженных, не община выживших. Это новый тип сообщества, где есть место всем: людям, альфам, омегам, даже тем, кто раньше стрелял друг в друга. Единство.
Клон задумчиво повторил:
— Единство... Звучит слишком громко.
— Вот и проверишь, — хмыкнул Вадим. — Хотел себе королевство? Иди и возьми. Новгород — отличное место для начала.
На лице Защитника впервые мелькнула улыбка.
— В одиночку я там ничего не сделаю.
— Не в одиночку, — Вадим покачал головой. — Каждый из вас получит в подчинение толпу зараженных, полусотню омег, оружие, технику, припасы. Без поддержки я вас не отправлю.
Клон кивнул, видно было, что сомнения еще гложут его, но решимость постепенно брала верх.
— А мы? — почти одновременно спросили Вестник и Странник.
— А вы выбирайте сами. Мир большой. Мест, где можно проявить себя, хватает.
— Сами? — уточнил Вестник.
— Сами, — твердо сказал Вадим. — Потом выйдете на связь и доложите об успехах.
Странник усмехнулся, впервые за весь разговор искренне.
— То есть хочешь, чтобы мы наощупь прокладывали дорогу, проверяли, что работает, а что нет?
— Именно, — Вадим пожал плечами. — Кто лучше справится с ролью первопроходцев, чем мои собственные отражения?
Клоны переглянулись, улыбка Странника стала шире, в его взгляде загорелся азарт. Вестник же оставался спокойным, но на лице читалась решимость, будто он уже мысленно подбирал слова для будущих речей и переговоров.
— Ладно, — сказал Вестник. — Мы поняли.
— Да, — добавил Странник. — Нас устраивает такой расклад.
Оба синхронно кивнули, и этот жест был одновременно странным и жутким, словно Вадим сам себе кивал через кривое зеркало.
Исаев, наблюдавший всю сцену, потер руки и пробормотал:
— Вот и родилось Единство. С тремя аватарами Пророка, а я их серый кардинал.
Когда Вадим представил ''малых пророков'' публике, у людей отвисли челюсти. Никто не ожидал, что Исаев с Вадимом так далеко зайдут в своих экспериментах.
В просторном зале, отведенном под склады, собрались бойцы Росгвардии, морпехи, несколько гражданских добровольцев. Они стояли в оцепенении, когда в помещение вошли три фигуры в серых хитиновых панцирях. Когда их шлемы разошлись в стороны, и под ними оказались лица Вадима — реакция была разной: от суеверного страха до явного смятения.
— Господи... -пробормотал кто-то из ополченцев. — Их... трое.
— Четверо, — поправил сержант Росгвардии, указывая на оригинала, спокойно стоявшего рядом.
— Это что за херня? — наконец прорвался один из бойцов, не выдержав.
Стасевич, хотя и привыкший к странностям последних месяцев, выглядел так, будто его сейчас удар хватит.
— Вадим... ты... это объяснишь?
Вадим спокойно пожал плечами.
— Это мои копии. Копии, которые будут действовать в других регионах.
По залу прокатилась волна возбужденного ропота. Люди переглядывались, крестились, матерились себе под нос. Только двое не выглядели ошарашенными — Исаев, сияющий довольной ухмылкой, и Дружок, смотревший на троицу скорее с любопытством, чем со страхом.
— Не дрейфьте, — вмешался Артур. — Это не какие-то там самозванцы. Они — прямое продолжение нашего Пророка.
— А если у них крыша поедет? — спросил кто-то недоверчиво. Омеги воспринимали субальф не так как истинного альфу.
— Не поедет, — с холодной уверенностью отрезал Исаев. — Я сам проверял.
Ситуацию разрядил сам Вадим. Он шагнул вперед, встал рядом со своими отражениями и сказал:
— Смотрите на них как на моих братьев. Да, они не совсем я. Но они — часть дела, которое мы начали. Если мы хотим победить Основателей, сидеть на месте недостаточно. Мы должны расширяться, они помогут нам.
Кто-то пробормотал:
— Малые пророки…
И это слово, сказанное почти случайно, моментально подхватили другие. В воздухе повисло странное напряжение, смятение еще никуда не делось, но к нему примешивалось суеверное уважение.
Тем временем началась практическая подготовка. Омеги сгружали ящики с оружием: автоматы, пулеметы, снайперские винтовки. Из арсеналов вытащили РПГ, реактивные огнеметы, ПЗРК и ящики гранат. Все добро, собранное по оставшимся складам, брошенное на улицах города.
На другой стороне зала стояли аккуратно упакованные мешки с продовольствием и медикаментами.
Каждому из клонов выделили по двадцать омег и группу из тридцати развитых, по десятку прыгунов, готовых идти за новым вожаком. На пробу их вывели в зал. Зараженные, ощутив родственный биосигнал, послушно склонили головы перед копиями.
— Вот и проверка, — усмехнулся Исаев. — Работает без сбоев.
Дружок подошел ближе, ткнул пальцем в шлем Защитника и сказал с ухмылкой:
— А если вы начнете ходить парами за ручки?
Даже Странник хмыкнул от этой реплики, но большинство людей вокруг все равно не знали — смеяться им или креститься.
* * *
В большом зале царила сосредоточенная деловая атмосфера, непривычная для тех времен, когда
