Кэрис ждала его на улице, и в глазах ее была все та же тревога и напряжение, что и предыдущим вечером. Телор понял, что девушка не сердится, когда она ласково обняла его, но его мучили угрызения совести. Кэрис вряд ли могла подумать, что он воспользовался ею и сбежал, но женщины, вне брака вступающие в связь с мужчиной, часто после близости поступали совершенно непредсказуемо. Поэтому Телор, как только увидел ее, сразу поспешил навстречу с распростертыми объятиями, и она с радостью бросилась к нему.
– Прости меня, дорогая, ради Бога, прости, – прошептал он, прижимаясь щекой к волосам Кэрис. – Я не ожидал, что лорд Уильям продержит меня так долго, и мне некого было послать, чтобы предупредить тебя. Разве ты не веришь мне? Но ведь Дери должен был сказать тебе...
– Дери верит тебе ни на йоту больше, чем я, – резко ответила Кэрис, продолжая все так же крепко обнимать Телора. – Мы оба знаем – все твои дела с лордом Уильямом закончатся тем, что все мы окажемся на виселице.
– Нет! – воскликнул Телор. – Я сомневаюсь, что лорд Уильям помнит Дери, а уж о твоем существовании он и вовсе не подозревает. И наше с ним дело касается меня одного. У меня есть, правда, небольшое поручение, которое, я надеюсь, исполнит Дери, но оно, я думаю, вовсе не опасно, тебе же во всем этом не отводится никакой роли. Как ты могла подумать, что после прошлой ночи я подвергну тебя хоть малейшей опасности?
Кэрис освободилась из объятий Телора.
– После прошлой ночи? Да как ты можешь говорить об этом, собираясь рисковать жизнью во имя какого-то безумного замысла, Бог знает для чего? Ты даже не думаешь – после прошлой ночи – что, потеряв тебя, я как раз подвергнусь самой настоящей опасности.
Телор вздохнул.
– Что бы ни случилось, Кэрис, это в любом случае произойдет не сегодня. Давай же не будем портить сегодняшний день боязнью за грядущее. Где Дери?
– С Дери тоже что-то неладно, – произнесла Кэрис голосом, в котором слышалось рыдание. – Он наверху, в спальне, чинит свою одежду.
– Ничего плохого в том, что он чинит одежду, не может быть, – запротестовал Телор, нахмурившись. – С чего ты взяла, что с Дери неладно? Он был в прекрасном настроении, когда я разговаривал с ним сегодня утром.
– Я не знаю, почему мне так показалось.
Голос Кэрис прозвучал тихо и неуверенно. Но Телор взглянул на девушку с беспокойством. Чувствовалось, что она с трудом подавляет истерический смех, который мог прорваться в любую минуту, и, казалось, Телор мог сделать ей только хуже своими заверениями. Прошлым вечером уход за лошадьми успокоил девушку. И, может быть, сейчас тоже надо дать Кэрис какое-нибудь поручение, чтобы хоть как-то ослабить ее напряжение.
– Любимая, я должен срочно поговорить с Дери, – сказал Телор поспешно. – Я хочу, чтобы он сегодня съездил в Креклейд, а день уже идет к вечеру. Пожалуйста, принеси мне немного пива. От пения у меня совсем пересохло в горле.
Вложив в ладонь девушки монетку, он нежно поцеловал ее в щеку.
– Сделай это для меня, дорогая.
Вконец отчаявшаяся Кэрис кивнула, повернулась и побрела в сторону пивной, размышляя, в чем она или ее родители провинились перед Богом, что каждая радость, которую она находила в жизни, превращалась в настоящую пытку. Она встретила, наконец, человека, с которым испытала радость, а не отвращение, доброго и щедрого человека, который не обращался с ней, как с простым кувшином, которым мог либо пользоваться, либо разбить, как ему захочется. Кэрис едва успела вкусить этой радости, а ее уже отбирали, оставляя девушку в состоянии гораздо худшем, чем прежде.
Одна ночь, одна единственная ночь полного счастья, и все кончилось. Кэрис поняла это, как только проснулась и обнаружила, что Телор уже ушел. Когда они с Дери сидели в харчевне и Кэрис завтракала, она пыталась убедить карлика, что столь страстное желание Телора поговорить с лордом Уильямом не предвещает ничего хорошего, но Дери, казалось, не понимал смысла ее слов.
В ответ он продолжал убеждать Кэрис не сердиться на Телора и, не слушая никаких объяснений, что она не сердится и беспокоит ее совсем другое, уверял, что Телор любит ее, и его уход продиктован необходимостью, а не презрением и не отсутствием любви к ней. И все время, пока карлик это говорил, в глазах его была пустота, а улыбка походила на застывшую гримасу. И продолжалось это до тех пор, пока Кэрис не закричала, что планы Телора принесут им всем несчастье. Дери словно очнулся от ее крика, быстро-быстро заморгал глазами, кивнул и нахмурился. Лицо его оживилось, когда он сказал, что Кэрис, возможно, права.
– Как нам удержать его от этого? – взмолилась Кэрис.
Но вместо ответа Дери вскочил со скамейки и бросился бежать с таким выражением лица, от которого Кэрис словно приросла к месту. Потом, когда девушка поднялась вслед за ним на чердак, карлик, не поднимая головы, продолжал чинить одежду и не ответил, когда она заговорила с ним. Кэрис боялась плакать, зная, что стоит ей только начать, и она ни за что не остановится. Она подумала даже, не наброситься ли ей на Дери с кулаками, но не сделала этого, и не из боязни, как раньше, быть избитой, а из боязни ответа, который могла услышать. Поэтому девушка спустилась вниз и принялась ходить туда-сюда по улице, поджидая Телора.
Размышляя об этом, Кэрис остановилась и оглянулась, не понимая, куда и зачем идет. Но потом слабая боль в ладони заставила ее поднять руку и разжать кулак. Монетка напомнила ей о просьбе Телора купить пива, и она поняла, что остановилась у пивной. Кэрис заказала пиво, думая только об этом, поскольку обращаться с деньгами она так и не научилась, и это было для нее очень ответственным заданием. Но когда девушка взяла кожаный мешок и отправилась назад, к харчевне, ей неожиданно пришло в голову, что довольно странно с ее стороны бояться слов больше, чем кулаков.
Вместе с осознанием, как дорога теперь ей ее новая жизнь, Кэрис охватила волна гнева при мысли, что она может лишиться ее, не приложив даже малейшего усилия, чтобы удержать и сохранить это сокровище. Глупо впадать в отчаяние, сказала себе девушка, чувствуя, как все внутри клокочет от негодования. За отчаянием скрывается еще большая опасность, нежели та, что задумал Телор. Именно отчаяние толкнуло ее в компанию Ульрика и заставило опуститься до уровня грязной, тупой проститутки. Отчаяние вызвало мысли о самоубийстве, она думала об этом, даже не узнав, живы ли ее друзья, которые спасли ее и так хорошо к ней относились, когда их пленили в Марстоне. С горящими глазами Кэрис решительно направилась к харчевне. Девушка понимала, что не в силах остановить Телора, но она уже спасла его однажды и может спасти еще раз, если будет знать каждую деталь его плана.
