спокойно. Тут главное глотку на всю поляну не драть!
— А они хотят незаметно на дерево залезть и дождаться, пока остальные за собой ящерок уведут.
Я немного полежал, обдумывая слова девочки. А что, вполне может сработать. Пристально за нами, пока в группе идём, никто не следит. И я сильно сомневаюсь, что гвоны умеют считать. Вот почему мне такой вариант на ум не пришёл? Скорее всего потому, что я раздумывал о том, как сбежать всем вместе. Оставить девочек одних в лесу откровенно страшно. Ещё схарчит кто-нибудь. И то, что мы ни одного хищника за день пути не встретили, совсем не показатель. Я бы тоже на месте хищника к этим ящеркам соваться не стал.
— Может и получится, — подал голос Герхард, давая понять, что слышит наш разговор. — Тут главное незаметно для гвонов на дерево влезть. Неизвестно, как они отреагировать могут, если увидят.
— Шанс есть, — не стал спорить я. — Только тут ключевое слово — вдвоём. Толпой на дерево не полезешь.
— Так может Дин и Маришка останутся, — высунулся с предложением Тимоха. — А мы на себя внимание отвлечём.
— Оставаться Герхард с Вельдом должны, — не согласилась герцогиня. — Их в жертву принесут.
— А вас в наседок превратить хотят, — не согласился с ней юноша. — Это похуже смерти будет!
— Правильно вой говорит. Негоже твинской герцогине местных тварей ублажать, — влез в разговор Невронд. — А нам смерти в глаза смотреть, не привыкать.
— Да не попадём мы ни в какой сераль! — возмутилась Маришка. — Вельда нас потом выручит. Ведь, правда, Вельда? — в карих глазах девочки плескался целый океан веры в своего братика.
— Выручим! — с энтузиазмом заверил её Хорт, завозившись в шкурах. — Поэтому Вельдом и Герхардом ещё и я бежать должен. Доберёмся до отряда вершителей и на выручку к вам придём.
Ну всё, понеслась телега по кочкам! Теперь до утра спорить будем; кому бежать и кому этот побег прикрывать. Только мне ни один из этих вариантов не подходит. И девчонок одних в лесу оставить, не согласен, и здесь их ни за что не брошу. Разделиться легко, вот только не факт, что потом друг друга найти получится.
— Выручу, конечно, — не стал я разочаровывать сестрёнку. — Только на дерево завтра никто не полезет.
— Почему? — начал наступать на меня Тимоха. — Я Дин этим тварям на потеху не отдам! Я....
— А потому, что опасно это очень, — со вздохом начал объяснять я. — Что-то мне Туорг идиотом не показался. Скольких людей, проникших в Выжженные земли за три столетия, эти твари поймали? Я думаю, не мало. И всех выживших затем, как и нас через лес вели. И что, никто из пленников за все эти столетия на дерево залезть не догадался? Не дурнее нас люди были. Тогда почему зверолюди так беспечны? Оставили нас под присмотром своих ящерок, а самим и дела нет. Я думаю, они либо следят за нами как-то, либо те же гвоны не так тупы, как мы думаем.
— И что они сделают, если на дерево залезть? — с вызовом поинтересовался Тимоха. — Не думаю, что они по ним лазить умеют!
— Не знаю, — пожал плечами я. — Может хозяев позовут, — выдал я пришедшую в голову версию. — А может, просто часть под деревом останется и будет сидеть до тех пор, пока ты сам с голодухи к ним в пасть не сунешься.
— И так может быть, — нехотя признал Невронд. — А у меня даже меча нет.
— С таким количеством никаких мечей не напасёшься, — проскрипел зубами Хорт.
— Эх, была бы мне магия доступна, я бы их «Выдохом вечности» приложил, — помечтал я о несбыточном. — А так.
— И что ты предлагаешь? — ткнула меня локтем в бок Дин.
— А что тут думать, — ответил за меня Герхард. — Пусть эти два наёмника на дерево лезут. А мы посмотрим. Получится, — взглянул он на девушку, — тогда ваш черёд. А нет, — пожал маг плечами. — Тогда и думать о побеге нечего!
— А мы их разве не предупредим? — удивился Невронд.
— А зачем? — в свою очередь удивился Герхард. — У них своя голова на плечах есть. И они сами риск подобного побега понимают. И нам они о своей идее не сказали!
— Тайком сбежать хотели, — согласился с ним Хорт. — Вот и пусть бегут, — зло ощерился он. — А мы поглядим, — мысль, что перед побегом можно проверить все связанные с этим мероприятием опасности за счёт других, ему явно понравилась. — Может и не будет их сторожить никто. Не похожи эти ящерки на слишком умных.
Но на что способны гвоны, мы увидели на следующий день ближе к полдню. К тому времени отряд, перевалив через небольшой, густо покрытый папоротником холм, начал спускаться в хвойный лес и замер, в десятке метров от разлапистых веток. Ящерки пронзительно заверещали, выскочив вперёд своеобразным заслоном, защёлкали пастями, сбиваясь в кучу.
— Что там? — вытянул шею Невронд, то и дело сжимая правую руку в кулак. Чувствовалось, что бывалый воин чувствует себя неуютно, не имея в руке привычного меча.
Ответ пришёл через мгновение, трансформировавшись в огромного в три метра в холке двухголового чудовища, с громким рёвом вырвавшегося из леса.
— Нерюх! — прохрипел, задохнувшись от ужаса, Тимоха. — Вот и смертушка наша пришла!
Я застыл, во все глаза разглядывая легендарное чудовище; Мощное, покрытое чешуйчатой бронёй тело, широкие, четырёхпалые лапы с загнутыми когтями на концах, длинный, словно у ящерицы хвост и две птичьи головы с крупными, хищно изогнутыми клювами. В общем, этакий гибрид из дракона и двух хищных птиц небрежно соединённых друг с другом.
Чудовище, соответствуя образу ходячей смерти, молниеносно скакнуло влево вдоль кромки леса и, одним рывком покрыв добрый десяток метров, дёрнула левой головой, выцепив из-за дерева одного из зверолюдей. Еле уловимое движение гигантского клюва и тот падает на землю двумя окровавленными комками. А чудовище , сделав ещё рывок уже в нашу сторону, теперь задействовало сразу обе головы; правой схватила одного из наёмников, левой вспахала землю, срезав вместе с небольшим деревцем сразу пяток ящерок.
— Вот ты ж! — бросился прочь
