перечисляют, за музыку, за стихи, за проекты разные. Да до хрена за что, я от большего еще отказался. Всякие там места добычи нефти, газа, кимберлитовых трубок и так далее. Да и просто майору спецназа и Герою Советского Союза идет очень хорошее жалованье.
На днях Истомин из управы позвонил, просил подъехать. Съездил, делать пока было нечего. Учеников пока новых не везут, да и будут ли они теперь? Хотя, думаю, будут, просто в гораздо меньшем количестве, зато это будут действительно отличные стрелки – элита. Сомнения об учениках не просто так возникли. Фронт уже на немецкой земле. Батов уже обходит территорию Германии с севера, двигаясь прямиком в Голландию и Данию, отсекая Рейх от моря уже навсегда. Попутное освобождение этого будущего рассадника толерантности, вот же противное слово, почти не представляет собой какого-то труда. Очаги сопротивления немецкой армии просто заваливаются бомбами и снарядами, да, тяжеловато в городах. Но тут все-таки еще не додумались о массовых взятиях в заложники мирного населения, поэтому обходимся малой кровью, я имею в виду кровь именно мирного населения. Бесчеловечно? А на войне по-другому не бывает. Жертвы были всегда и будут впредь. Из-за Ла-Манша пищат, конечно, не без этого, но наши пока дипломатично посылают лесом. Пищат-то ведь не из-за массовой гибели гражданского населения, плевать лимонникам и янки на всех, они не могут ничего сделать с нами, не могут остановить продвижение Красной Армии. Мы скоро к проливу выйдем, они же всю свою жизнь боялись, что мы сразу на них нападем, а подумать просто – нахрена нам это, видимо, не могут. Они там писают кипятком, проклиная и Союз, и Гитлера, но сделать ничего не могут. Пиндосы на Тихом завязли по-серьезному, получают регулярно от япов люлей и уговаривают Сталина прислать войска на восток. Сталин, так же как и наши дипломаты, тактично посылает. А в Европе наглы ни хрена не могут продвинуться даже в Италии. В той истории им там янки помогали, а тут американцам не до них. Японцы регулярно обстреливают побережье Калифорнии, их отгоняют, но они опять возвращаются. Там и флот, и камикадзе активно используются, а после Перл-Харбора и нескольких поражений у островов флот США находится не в том положении, чтобы как-то переломить ситуацию. А мы, тем временем накопив достаточно сил за зиму, пошли вперед, да как! Немцы уже совсем выдохлись, авиации просто нет, танки не успевают выпускать, хотя и придумали хорошие. Какая-то новая «Пантера» уж больно хороша вышла, хреначит наши ИСы только в путь, но их еще просто очень мало, буквально один новый танк на десяток старья. А у нас ведь тоже производство не стоит на месте. Обкатывают на полигоне стабилизатор для танкового орудия, усовершенствовали двигатель, трансмиссию. Радиосвязь сейчас вообще песня, идет активное подавление связи противника. Наша давно работает на других принципах, и немчура сколько ни пытается, нашу задавить не могут. Новые системы залпового огня показались противнику огнем из преисподней.
Страна работает, люди строят дома и целые города. Новые заводы растут один за другим. Частная инициатива не наказывается, а поощряется на государственном уровне, другое дело, что когда людям с головой на плечах хорошо платят за работу, скажем на заводе или стройке, он не больно-то и задумывается о своем собственном бизнесе. Зачем, в магазинах сейчас все больше и больше товаров, тут и я, надо сказать, руку приложил. Еще в сорок втором активно теребил Берию насчет того, что люди могут обходиться, конечно, картошкой и макаронами, ватником и кирзачами, но это – утопия. Надо дать людям возможность почувствовать себя людьми. Если человек может пригласить другого в гости, или, скажем, сходить в кино или театр, надеть костюм или хорошее платье, пальто, то что же в этом плохого? Если люди могут все это себе купить, они не будут думать о преступлениях, заговорах или еще о чем-то противозаконном. Нет, уроды-то есть, конечно, которые не хотят покупать, а хотят взять, но этих скоро просто раздавят, всех.
Винтовка как всегда твердо лежала в руках. Прицел выставлен на пристрелянные накануне триста метров, взять упреждение и сделать поправку на движение авто не проблема. Фигура, в так полюбившейся во время войны всем чинушам полувоенной форме, вплыла в зону поражения.
Да, не думал я, что когда-то придется мне целиться в членов партии и правительства, но уж так вышло. Меня подставили, подставили так серьезно, что была даже мысль, что появился еще один попаданец. Во время празднования Дня солидарности трудящихся совершено покушение на товарища Сталина. Прямо во время парада на Красной площади. Сталин был на трибуне Мавзолея, и в него стреляли. Стрелял очень хороший стрелок, так как выстрел был произведен с семисот метров примерно. Я даже видел вспышку при выстреле. И почему мысли, что это все мне ужасно знакомо, появились только после выстрела в меня одним из телохранителей Сталина. При чем здесь я? Так это я, по версии НКВД и других спецов, произвел выстрел с целью убийства товарища Сталина. Я сначала думал так же, как и все, ну то, что выстрел был в Иосифа Виссарионовича, пока не узнал, кто был убит. А произошло вот что. Находящийся рядом со Сталиным посол Гарриман получил пулю в грудь и скончался на месте. США тут же завопили о преднамеренном убийстве их посла, а наши в ответ кричат, что кто-то хотел убить нашего вождя. А я вот подумал о своей жизни в другом времени, и сразу всплыла в голове хорошая книга. Один американец писал. Там ситуация была именно такой. А теперь я уверен, что меня сыграли очень красиво.
Неделю назад мне позвонили из Москвы от Власика и попросили приехать в столицу. Я, естественно, приехал. Явившись в службу охраны вождя, был включен в состав группы по предотвращению покушения на товарища Сталина. А вы бы отказались? Мне дали сведения о снайпере, который готовится выстрелить в вождя во время парада. Я сразу объявил, что парад надо отменить, но мне доходчиво объяснили, что Сталин отверг эту идею, лишь заявил, чтобы работали лучше. Дескать, узнали о покушении, найдете и недоброжелателя. Тогда я со всем рвением погрузился в работу, ни о чем не подозревая. Излазил и осмотрел все окрестности в радиусе двух километров от Красной площади, в поисках места, с которого могут нанести удар. Отметил для себя, что если бы я готовил преступление, оно бы точно удалось. И дурак, так и сказал Власику. Мне же невдомек,
