— Где-где имелись повреждения? — продолжал язвить Алекс. Он по-прежнему считал своего давнего друга ловким шарлатаном, делающем бизнес на чужих проблемах.
— Иронию-то свою оставь. Я серьезно. При диагностике я всегда наблюдал сходную картину поражений, которые блокировали центры волеизъявления и разрушали человека в целом. На Востоке такие проклятия считаются смертельными и неснимаемыми. Например у нас на Кавказе местные колдуны таким образом защищали свой народ от захватчиков, обрекая тем самым их на страшные муки, отнимая у них смысл существования и волю к жизни. Всякое проклятие доходит до цели лишь в том случае, если насылающий его убежден в собственной правоте и, доведя себя до состояния ненависти и ярости, источает его в сильнейшем душевном порыве. В состоянии аффекта. Но ежели у кого-то очень могучая карма, то его сразу может проклинать хоть сотня колдунов, но все минует или бумерангом вернется обратно к наславшим проклятие.
— Так ты помог тому офицеру?
— Помог, это же моя работа, — с напускной скромностью сказал колдун.
— И как потом сложилась его жизнь? Удачно?
— Да, проклятие с него и с его семьи я снял, сейчас у него очень хорошая работа, а сын выздоровел и учится в университете. Естественно, нужно восстановить обессиленную энергетику и настроить человека на иной уровень, для этого я делаю талисман, в котором есть все производные ключи к движению вперед. Он накапливает в человеке ту энергию, которая необходима для движения жизни. Ведь счастье нужно не только притягивать, его надо предохранять и сберегать, собственно, оттого работа мага и становится такой эффективной. Особенно опасны проклятия сохранившиеся с древности и не утратившие силу до наших дней.
— Страсти какие! И часто такое у тебя случается?
— Достаточно часто. Возьми, к примеру, проклятие «Кара Небесная», которое группа раввинов, по слухам, наслала на Ариэля Шарона за его политику по выводу поселений из Газы. Этот обряд действительно существует, причем испокон веков. Его свершают, как мне известно, для того, чтобы возбудить гнев Божий и направить возмездие на конкретного человека. После такого обряда несчастный может очень серьезно заболеть, умереть или случайно погибнуть при странных обстоятельствах. Более того, человек-то умирает, но и его родные тоже остаются обреченными, и их настигает та же ужасная кара. Особенно опасны предметы с мест захоронений. Иногда — смертельно опасны! Примерно то же самое случается и со многими нашими глупыми туристами при посещении гробниц фараонов в Египте. Ведь мало кто из туристов обладает столь сильной энергетикой, чтобы воспротивиться некротическим воздействиям! Вот они и приезжают домой не только с серьезными осложнениями, но и с установками на разрушение своей жизни… Такова сила посмертных проклятий давно умерших правителей мира сего.
— Жуткое дело! — не то серьезно, не то с подковыркой отозвался Алекс. — А как же археологи, историки и антропологи? Их тоже может задеть проклятие?
— А то! Об археологах разговор особый, но вот в моей будничной практике весьма нередки эпизоды, когда обломок какой-нибудь посуды, взятый «на счастье» туристом в одном из священных мест, инициировал мощное древнее проклятие, принося своему владельцу жуткие горести и несчастья. Так, кто-то из моих клиентов просто наступил на могилу одного из мудрецов Востока и взял с собой мелкий камушек — обломок надгробия. А уже в течение года разрушилась не только его частная жизнь, но и все пошло кувырком на работе. Как по сценарию — одна лажа последовала за другой, возникли или обострились всякие хронические болячки. Проверил я его, обследовал энергетику. Причину отыскать оказалось довольно-таки просто, но вот на построение новой успешной линии судьбы я затратил много труда и сил. Моего труда. Сейчас он уже здоров и счастлив, а жизнью полностью доволен. Но удачу свою он оберегает при помощи талисмана — пентакля, который я для него сделал. Недавно написал мне, что работает мерчендайзером в одной очень известной торговой фирме…
— Слушай, как удачно! — обрадовался Алекс. — Всегда хотел знать — кто есть мерчендайзер? Википедия дает на сей вопрос какой-то невнятный ответ. Это кто — человек, профессионально занимающийся торговлей?
— Да как тебе сказать… Вообще-то мерчендайзер — человек, занимающийся организацией торговли. Но у нас все по-другому. Подробности я знаю только из рассказов своей подруги, она работала мерчендайзером в одном из отделений Роспечати. Ну, вот смотри, допустим какое-то издательство заплатило дополнительные бабки, что бы во всех киосках его издания выставляли у самого окошка или, наоборот, в самом верху витрины. И эта моя знакомая приезжала и проверяла, была ли в продаже продукция этого издательства и на нужном ли месте она стояла. Потом был какой-то перечень товара, что в этих киосках можно продавать, а что нельзя, вот она и за этим следила. Такая проверка для киоскеров, а на нее еще другие проверяющие приезжали, смотрели, как она там проверила, и на нужном ли месте стоит тот или иной журнал или книжка. А если стоит, но не там, значит, работу свою она не знает, а раз так, то — штраф. Короче, работа во многом сродни курьерской, только с большей головной болью. Подруге иногда приходилось объезжать восемь-десять точек в день, и это в самых разных концах города. В больших супермаркетах мерчендайзерам проще, там они тупо товар выставляют на полки, и все.
— Спасибо, теперь буду знать. Но что-то ты выглядишь кисло. Почему? Или это камера так искажает? Освещение такое?
— Да как-то не так все… — Пухов расстроено махнул рукой.
— А как? И это мне говорит великий колдун и целитель! Ты что? Давай я угадаю. Работа не в радость, семья в тягость, настроение дает сбои, да? Вот и истончается счастье, пропадает то, что мы именуем комфортабельным существованием. Советовать — нечего, жалеть — унизительно, а сочувствовать бесполезно. Только вот где-то сбоку от мозга появилась какая-та инородная льдинка. Может это и есть сопереживание? Но не мне — эгоисту и цинику — судить о таких вещах, поскольку неведомы мне подобные эмоции. Зато есть у меня одна знакомая с эльфийскими глазами…
— А с эльфийскими глазами — это как?
— Ну, эльфийские глаза — это, как я понимаю, такие большие длинные раскосые с вселенской скорбью… Так вот, есть у меня подруга. У вас, в Питере живет. Вот она мне прямо так и сказала, что я серьезный, солидный дядя, а какая-либо романтика мне глубоко чужда и противопоказана.
— Ладно, не будем об этом, все равно мир не изменишь.
— Нет, конечно! Да и стоит ли? — заметил Алекс.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
