— Свидетели, останьтесь… насмерть… кажется…
— Мама! Мы ее что, убили? Она что, умерла? — срывающимся голоском закричала маленькая девочка впереди от меня.
Все вышли, а рядом с автобусом, на обочине, лежала девушка. Асфальт под ее головой уже окрасился пролитой кровью. Лица погибшей девушки я не увидел, зато я хорошо запомнил лицо ее спутника, ее парня, которого автобус не задел. Он… он рыдал, а его окровавленные руки обнимали безжизненное тело подруги.
— За что? — кричал он. — Как же ты так ехал? — обращался он к водителю.
Тот молчал, а мне стало не по себе, я просто отвернулся и зашагал в сторону ближайшей остановки, чтобы продолжить свой путь. Спать уже совсем не хотелось. Чувствовал я себя тогда на редкость тошнотворно и гадостно. Весь оставшийся день у меня на душе скребли кошки: только тогда я задумался над тем, что каждый день я так же десятки раз перехожу дорогу, и если такая же неожиданность произойдет со мной, если и моя жизнь внезапно прервется, то обо мне всплакнут только пара-тройка человек, да и то вряд ли. Но что вообще изменит моя жизнь? Или смерть? Да ничего! Что я оставлю кому-то после себя? Зачем я вообще живу? Но жить-то надо, а если жить, то так, чтобы после моей смерти другие сказали или хотя бы подумали, что я что-то для них сделал хорошего и нужного, что я что-то после себя оставил умного, полезного и необычного.
Следующий рейсовый автобус подошел довольно скоро. Это оказался новый современный autobus без живого водителя, поэтому оставшийся участок дороги я проскочил быстро и без каких-либо проблем.
Билл меня уже ждал. Он заказал нам пива, несколько порций сушеных кальмаров, я положил все это в дегроновый пакет, мы расплатились и вышли. Говорят, что этих кальмаров японцы выращивают на своих морских фермах специально на экспорт, причем кормят какой-то гадостью для ускорения роста. Сами жители Страны Восходящего Солнца таких кальмаров не едят, предпочитая биологически чистых. Не знаю, правда, или нет — сам не видел, а говорю то, что слышал.
Метров через двадцать начинался лесопарк. Справа от входа стояла пустая будка охранника и огромный щит, с предупреждениями и правилами нахождения на территории парка; а слева — бак для мусора. Лес был красив и притягателен: наверно даже на дороге в ад можно встретить много удивительного и прекрасного, главное внимательно смотреть по сторонам. Несколько минут мы шли молча, а когда в поле зрения появилась скамейка, сели на нее.
— Знаешь друг, — сказал Билл, — у тебя серьезные трудности. Не бойся, тут нет прослушки, я проверял. Лес все-таки, и от Города далеко.
— Ты только для того меня сюда и притащил? — удивился я. — Это давно уже не секрет ни для кого. Мог бы и позвонить, или на работе зайти, зачем такая конспирация?
— А знаешь, что у нашего дорогого шефа на тебя вырос огромный зуб? Как у графа Дракулы? Почему — не знаю, но дело обстоит именно таким образом, и Старик под тебя серьезно копает. Это он распорядился тебя нафаршировать жучками и отправил на ту дурацкую стажировку. Кроме того, на тебя вечно кого-то натравливали. Часть ловушек ты просто обошел, часть не заметил, а из некоторых легко вывернулся…
— Это из каких?
— Ну, я, как ты понимаешь, знаю немного, но учитывая твою любвеобильность…
— Да ладно тебе! — отмахнулся я.
— …тебе постоянно подкладывали разных баб. Но ты удивительно ловко обходил все препоны…
— А, так вот значит, почему ко мне последнее время стабильно липнут какие-то шлюхи!
— …а из ловушек выскальзывал быстро и без потерь, — невозмутимо продолжал Билл. — У тебя же помощница погибла? Эта твоя негритяночка?
— Откуда тебе про нее-то известно?
— О, парень, по-моему, ты перетрудился в этом своем отделе, и работа скверным образом сказалась на твоих мыслительных способностях. Я про тебя знаю почти все, только самые мелкие подробности недоступны. Во-первых, мы родственники, во-вторых — ты отработал под моим началом сколько лет? Ну, а в-третьих — эту девушку очень трудно было не заметить! Ну, признайся — ты же с ней спал? Или просто так трахал? И как она? Не бойся, я никому не скажу, и жена ничего не будет знать.
— Ну, вот ты мне не поверишь…
— А знаешь, я только один раз спал с африканкой! Вернее — одну неделю. Меня послали на стажировку в Бангкок, а там, как тебе известно, все местные девушки — тайки, и доступную можно найти без проблем. Маленькие такие, мяукающие и жутко прилипчивые. И вдруг вижу — идет этакая стройная, высокая, черная, как ночь в новолунье! Осанка — гордая, будто у королевы! Она как из аспидного фарфора была отлита! Оказалось — коллега из Камеруна, тоже на стажировке. Так знаешь, что она делала? Она рычала, как львица, когда со мной трахалась! Наши-то бабы стонут все и охают, а эта — рычала! Я тогда просто офигевал… Но у нее стажировка закончилась через неделю после моего приезда. А у тебя что было? Молчишь почему? Я тебе все рассказываю, а ты?
— Ты же мне сказать совсем не даешь. Ничего у меня не было с ней, совсем! Не веришь? А вот тем не менее! Только одна работа и все, да я и подписку давал, как и ты кстати…
Тут нас грубо прервали.
— Э, господа! Почему нарушаете правила поведения в лесопарке? Едите тут, выпиваете? — Рядом с нами возник невысокий красномордый крепыш в форме лесной службы. — Платите штраф, и быстренько идем на выход!
— Спокойно, коллега, мы здесь по делу, — сказал Билл, показывая леснику какое-то удостоверение. — Кроме всего прочего, мы проверяем работу вашей организации. Хорошо среагировали, оперативно. Так и напишу в отчете, только дайте мне ваши координаты… А мусор мы за собой уберем, не надо беспокоиться.
Лесник снял с пояса свой сканер, проверил удостоверение Билла, потом молча передал ему какую-то карточку, кивнул и ушел.
— Зря ты засветился, — проворчал я. — Столько сложностей, а теперь он будет знать…
— А я ему «липу» подсунул, — важно сказал мой зять, запихивая карточку вместе с удостоверением в карман. — Полезная вещь, вполне надежная, настоящий документ кстати. Оформлено на вполне реального человека, он на меня даже похож немного… Но мы отвлеклись. Слушай и внимательно запоминай. Я знаю нашего Старика давно и хорошо…
55. Алекс
Закончив содержательную беседу со своей питерской приятельницей, Алекс приступил к тому, из-за чего чуть было не попал под круто навороченный джип. Он достал флешку, вставил ее в USB-порт и вызвал заказанные в Исторической библиотеке скан-копии книг. Первой в его наборе шла практически новая книжка, «Магия в современном мире», которая представляла собой постперестроечное издание девяносто какого-то года. Имя на обложке — некоего Алексея Пономаренко — абсолютно ничего не говорило Алексу. Довольно фривольным и несколько развязным языком автор излагал свои мысли на колдовство, магию и прочие оккультные науки в человеческом обществе конца Двадцатого века:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
