— Господи, только не говорите мне, что… — произносит Рид, но с досадой закатывает глаза, чувствуя дуло между лопаток. — Гляди… не пристрели меня случайно… Оружие-то ты… держать не умеешь.
— Не умею, — соглашается Кирихара. — Так что не делайте лишних движений.
Бирч упирается рукой в захламленную этажерку. К ботинку натекает кровь. Она стоит перед Ридом, Кирихара стоит за Ридом, они зажимают его в бутерброде из напряженных взглядов. Она такая серьезная, что не получается сдержать смешок. Впрочем, осаживает себя Рид, скорее всего, это нервное. Как-то он… не ожидал, что его маленькая разведка настолько выйдет из-под контроля.
Других агентов — Арройо и второго, Капитана Америку, — не видно.
— Ой, это вы, мэм. Простите, не признал. — Рид на всякий случай поднимает руки. — Неловко получилось.
Леди и джентльмены, он в живописной заднице. Прямо загляденье. Возможно, не ворвись сюда начальство, Рид смог бы отделаться малой кровью…
А с другой стороны, это не самая безвыходная ситуация в его жизни.
Он подмечает: она без оружия. А судя по слегка помятому виду и крови в волосах, ее сюда привела не легкая прогулка: видимо, по пути у нее случился с кем-то неромантичный тет-а-тет. Возможно, она вообще спустилась сюда не за Ридом и Кирихарой, а уходила от преследования.
Значит, сейчас она не полностью контролирует ситуацию.
Выход один виднеется. Вопрос только в том, хватит ли Риду сноровки в него протиснуться.
У него в голове работают шестеренки, у нее в голове тоже работают шестеренки — их звук почти слышен.
Бирч ведь тоже нужно взвесить всё и только потом решить, что с ним делать, — не одной секунды дело. Хотя, может быть, для нее и одной: она ведь мегабосс. Мегабоссы обычно быстро решают экстремальные проблемы. Остается надеяться, что командование шайкой монструозных вояк тоже делает Боргеса мегабоссом и он успеет прибыть, покуда не произошло непоправимое.
Рид любовно спрашивает:
— Так какие у нас планы на вечер?
Он все еще сдается: вот его левая рука — открытая потная ладонь, вот правая — судорожно сжимает ручку саквояжа. Да, да, того самого. С отпечатками крови будущего главы Картеля Раджаямы Чандера и — определенно! точно! стопроцентно! — настоящими оттисками внутри.
Приманка срабатывает.
— Отдайте сумку, — приказывает Бирч. — И мы вас отпустим.
— А какой вам толк меня отпускать? — все так же дружелюбно уточняет Рид.
— У вас есть выбор? — Бирч ведет бровью: четкое, красивое движение, будто бы в их супергеройском университете для спецслужб есть курс по лаконичным гримасам.
— Ну, я немножко за себя переживаю. Может, вы меня сдадите в руки Картелю, как в прошлый раз. Как тебе идейка, — спрашивает он, слегка поворачивая голову, — а, Кирихара?
Кирихара не отвечает, а после паузы Бирч вздыхает:
— Эйдан Рид.
И это звучит привычно. Так вздыхают все, кто имел с Ридом дело, — он знает этот вздох. И поэтому то, что она произносит потом, он предсказывает почти дословно:
— Если честно, я от вас уже немного устала.
— Тю! — хмыкает он. — Да мы знакомы всего ничего, мадам.
Прикиньте, каково тут остальным.
— А давайте так: я отдаю вам скрижали, — предлагает Рид, делая именно то, из-за чего от него устают люди, — а вы мне — вашего самого бесполезного. Как вам сделочка?
— Прекратите, — сдавленно говорит Кирихара за его спиной.
— Вы очень чувствительны для наемника-головореза. — Глаза Бирч становятся уже. — Будет ли вам легче, если я скажу, что это я приказала ему уходить?
— Нет, — улыбается Рид. — Знаете, мадам, я придерживаюсь кредо «всегда думай своей головой».
— Это я знаю, — она кивает. — Вы ведь думали своей головой, когда три года назад забрали деньги своей организации и покинули Джакарту?
Настает очередь Рида понимающе сощурится. Ага, значит, копнула чуть глубже, да? Это не та информация, которую можно найти в полицейских сводках. Интересно, кто твой информатор, дамочка.
— Очень странно слышать о добросовестности от человека, — продолжает она, — который первый продаст коллег за тридцать сребреников…
Рид бы мог ее переубедить: все было не так, и вообще, да я, да всё это обстоятельства… Но, во-первых, не перед ней ему расшаркиваться: не ее это собачье дело. А во-вторых, их обычно молчаливый босс впервые произносит столько слов вслух в его присутствии и ему на самом деле интересно, что еще она такого скажет, чтобы выбить его из равновесия.
— …И от человека, которому не доверяют даже собственные соратники. Вы производите впечатление, умеете расположить к себе, хорошо ориентируетесь в поведении людей вокруг вас, — Бирч смотрит на него с легким пренебрежением, будто уже поняла о нем все и он не представляет для нее интереса. — Кажется, вы даже способны на альтруистичные поступки. Но на самом деле? — Она качает головой. — На самом деле вы просто обычный преступник. И, как и любой преступник, вы убиваете, воруете, обманываете и делаете все ради своей выгоды. Что бы вы там о себе ни думали, вы не лучше любой картелевской собаки или другой мелкой швали в этом городе. Вы такой же, как они. Может, чуть поболтливее. Чуть посмекалистее.
И слегка пожимает плечами:
— Вот и вся правда, Рид.
Она умна. Не просто умна, как и сам Рид, — она хорошо видит людей, ловит самое важное, выцепляет суть.
Ладно, возможно, она действительно слегка выбила его из равновесия.
— Да, это я. Эйдан Иуда Рид. Приятно познакомиться, леди.
Она не говорит что-нибудь вроде «невзаимно», или «прикольная шутка», или «отдавай оттиски». Вместо этого она теряет к нему интерес и говорит:
— Кирихара, нам пора. Заканчивай.
— Прошу прощения? — замявшись, выдает тот.
Рид схватывает куда быстрее пацана. Единственное оружие в этой комнате — это пистолет в руках у Кирихары и пистолет Рида, валяющийся в горе обрезков профилей для гипсокартона.
Стерва решила, что отпускать его слишком небезопасно, да?
— У нас больше нет времени. Там, наверху, скорее всего, уже разобрались, что к чему. — Бирч оглядывается на дверь. — Стреляй. Нам нужно уходить.
— Что, прямо так? А как же представить все как случайность? — иронично кривит губы Рид. Но Бирч не реагирует,
