отлетают к моему свитеру. Я остаюсь в чёрных трусиках, ёрзая на кровати от возбуждения. Его рука берёт меня за запястья и захватывает их над головой.
— Не ёрзай, Тереза. Ещё одно движение, и я прекращу, — предупреждает он и его слова накатывают на меня холодной водой, я киваю, унимая разливающее по телу возбуждение.
— Прикоснись ко мне, — хрипло выдаю я и он качает головой.
— Я сам решу, — даже в блаженной ситуации он играет роль человека, в чьих руках власть. А сейчас в его руках я. Мокрая. Возбужденная. Желающая. Мой искуситель.
Его взгляд сталкивается с моим, и он ведёт свою руку вниз, медленно, в самой извращённой пытке. Моё тело хочет поддаться ему, возбужденный центр хочет потереться, но я помню его приказ и не двигаюсь. Он ухмыляется и облизывает нижнюю губу, смотря на очертания моих трусов. Медленно его палец касается края и в таком же темпе он стягивает их, пальцами проходя по ногам. Я дрожу, кусаю губу, лишь бы в наслаждении не выгнуться в его направлении. Ему нравится не только управлять мной, ему нравится пытать меня. Медленные движения выжидающе наблюдают за реакцией моего тела, будто он хочет выяснить насколько быстро я ослушаюсь его приказа. Но я упряма и стойка, лишь туманно смотрю на очертания его красивого лица. Дьявол во плоти.
Когда трусы с характерным звуком падают на пол, я слышу только своё сердце и частое шумное дыхание. Его глаза полностью сосредоточены на розовой впадинке внизу живота, а потом он легко проводит пальцами по влажности возбужденной коже. Я вздрагиваю, но он продолжает наблюдать, как его пальцы смотрятся на моём мокром месте. Смазка хлюпает на его пальцах.
— Перестань, — шепчу я, смущенная внимательным взглядом Харриса. Он улыбается уголком губ, облизывая пухлую нижнюю губу и наклоняется. Мои ноги такие податливые и мягкие, что ему не составит труда раздвинуть их и протиснуться между ними. Боже, его вид между моих ног. Я готова перерисовать эту картину и повесить над кроватью, чтобы в самых грязных мыслях утопать в ней. Его ледяные голубые глаза с пылким жаром рассматривающие моё тело под новым ракурсом сводят меня с ума. Я с трепетом втягиваю воздух и выгибаюсь, когда его губы касаются внутренней стороны бедра, одновременно поглаживая мой живот. Он целует, посасывает кожу и наблюдает, как быстро мурашки ползут по коже. Я на пределе, черт возьми. Мне казалось от одного прикосновения его руки с моим центром, и я смогу кончить. Но то, что он сделал после, окончательно отправило меня в Ад и на Небеса. Его горячий язык протиснулся сквозь влагу, жадно собирая стекающие по бедрам соки, принадлежащие ему. Я смешалась с пылающими адскими тянущими ощущениями и протяжно застонала. Черт возьми, я автоматически схватилась за его волосы. Харрис умелыми движениями языка рисовал узоры, изводя меня. Я закатила глаза, казалось, увидев звезды в своей черепушке. Звёздочки порхали над головой, смыкаясь с ритмом моего учащенного сердцебиения.
— Твой вкус мой главный десерт, — промурлыкал Харрис, заставив мои пальцы потянуть его волосы вверх. Он издал гортанный звук и его язык встретился с пылающей точкой моего тела. Как только это произошло, моё тело в содрогании задрожало, и я получила мощнейший ударный оргазм, вскруживший мою голову.
— Боже, девочка, насколько же сильно ты хотела этого, — его завораживающий нахальный голос между моих ног заставлял погрузиться в обволакивающие воды. Я обезумела, расслабилась и растаяла на кровати перед ним.
— Я даже не применил алфавит, — он хрипло рассмеялся и придя в себя, я искоса глянула на него в вопросе. Харрис сделал обворожительный жест языком в воздухе, профессионально выводя букву «А» и я закатила глаза в смехе.
— Сколько же у тебя навыков, — мой голос после блаженного оргазма дрожал.
— Это заставляет меня желать продолжить, Тереза. Сколько за ночь я смогу заставить тебя кончить? — от ухмыляющегося голоса я раскрыла глаза и посмотрела на него. Идеальный. Его идеальное место там, между моих раздвинутых ног.
— Пожалуйста, — взмолилась я. Не смотря на то что я только что получила оргазм, моему телу было мало и буквально секунду времени, я стала такой же возбужденной. Зудящее чувство внизу живота не прекращалось, не смотря на его язык. Я хотела большего, я хотела больше Харриса. Я тяну Харриса за рубашку к себе, но он не поддается и качает головой.
— Я не закончил с дегустацией, девочка, — и Харрис ласкает меня, надавливая большим пальцем руки на клитор, круговыми мягкими движениями приближая меня к концу. Я горела изнутри, моё сердце готово было вырваться и улететь далеко за границы дозволенного, но это был не конец. Харрис пригладил мой лобок своей ладонью и надавил своей рукой на низ моего живота, продолжая языком входить в меня, ласкать и посасывать. Давление на низ живота оказывало двойной стимулирующий эффект удовольствия. Я выгнулась, в крике выгибаясь над кроватью. Честное слово, у меня будто появились крылья.
— Мхм, Харрис, — выдавила я, готовая вот-вот закончить во второй раз. Я была настолько возбуждена, что становилось больно. Его язык проскользнул вглубь меня, рука надавила на низ моего живота, и я освободилась от тянущего чувства, отдавшись оргазму во второй раз. Отдышка, звездочки на белом потолке, свет серебряной блестящей луны ослеплял и кружил голову. Я растянулась в настоящей улыбке наслаждения и устало приподняла голову. Харрис облизывал свои губы, часть моей смазки размазалось по его лицу, и я ощутила свой запах, когда он приблизился к моим губам.
— Я подарю тебе твой собственный вкус, чтобы ты поняла настолько ты лакомая и медовая внутри, — сказал мужчина и поцеловал меня мягкостью своих губ. Я застонала, расслабляясь в его объятиях. Разочарование накатило на меня так же быстро, как и возбуждение, когда в голове поселилась мысль, что Харрис сейчас же уйдет. Покинет меня, и я останусь одна. Я сжала его предплечье, раскрывая глаза и привела в порядок своё дыхание.
— Я хочу большего, — прошептала я, намекая на стояк между его ног, который касается моего обнаженного живота. Глаза Харриса тёмные от возбужденного зрачка, но он в моменте качает головой.
— Ты ошибка, Тереза, я ни за что не трахну тебя, — говорит серьёзно, отвлекаясь на мои пухлые мокрые губы. На моих губах мой же вкус и я облизываю их.
— Тогда я
