свой рассказ и покинув место свидетеля, достойная хозяйка всем своим видом дала понять – она не сомневается в виновности Фодио. Это впечатление, насколько могли судить коронер и присяжные, полностью подтверждалось ее запутанными показаниями.
Затем вызвали доктора, и он поведал: покойный был убит ударом топора где-то между четвертью и половиной одиннадцатого. Смерть, по его мнению, наступила мгновенно, покойный просто спал и был разбужен шумом, когда в комнату проник убийца. Топорик, несомненно, в спешке схватили со стены за письменным столом, где висели образчики туземного оружия.
Потом через переводчика допросили Нгвама, но он сказал лишь, что весь вечер просидел взаперти в погребе и о случившемся узнал только наутро. Он был благодарен мистеру Уэлдону за доброе отношение и никогда бы не убил его. Нгвам сообщил, что об амулете знал, но в жизни не осмелился бы прикоснуться к такому священному предмету. В похищении амулета он мог заподозрить разве что Фодио, потому что слышал: когда-то «Нечто» принадлежало племени умбиди.
Элисон, чей бледный взгляд вызывал симпатию, рассказала: ее отец был дружен с Фодио, а в последнее время враждебно относился к мистеру Меркеру. Фодио действительно хотел вернуть амулет для своего племени, но, по мнению свидетельницы, никогда бы не украл его, так как она считала его человеком в высшей степени порядочным. У него была назначена встреча с ее отцом на девять часов, и он явился вовремя. Отец знал, что представители черной расы желают получить «Нечто», потому что для них этот камень – святыня. Но, находясь в Англии, он никак не ожидал, что, храня амулет, может навлечь на себя опасность. Проблемы могли возникнуть, будь он в Нигерии, но никак не в Англии. Она не имела представления, кто мог убить ее отца, но амулет безусловно исчез из ящика туалетного столика. Видимо, убийца искал его, когда отец проснулся, – и нанес смертельный удар.
Инспектор, подумав, решил, что будет не лишним допросить Меркера, и тот рассказал: он заходил к мистеру Уэлдону до девяти, поссорился с миссионером из-за неких сплетен, а потом ушел перед появлением Фодио. Свидетель показал, что сам был бы рад заполучить амулет, потому что интересовался вопросами туземных суеверий, но, поскольку мистер Уэлдон не захотел расстаться с ним, от этой мысли отказался. По мнению свидетеля, взять амулет и убить миссионера мог только Фодио, ибо он был последним, кто видел мистера Уэлдона живым. Находясь в комнате, он мог запереть дверь спальни изнутри и сбежать через балкон по хранившейся в комнате веревке, как сказала миссис Ботторт, на случай пожара. Показания Меркера тоже давали присяжным понять, что виновен Фодио.
Нетрудно угадать, какой вывод был сделан. Коронер произнес короткую речь, отметив, что Фодио хотел заполучить амулет и был последним, кто видел покойного живым. По сути, коронер обобщил показания исследователя и озвучил сомнения миссис Ботторт. Убийство, отметил он, было явно непреднамеренным, ведь топор схватили со стены только потому, что покойный проснулся, когда убийца искал амулет. Коронер рассказал и многое другое, а потом обратился к присяжным – пусть выносят вердикт на основании полученных доказательств.
Присяжные проявили единодушие, хотя в защиту Фодио говорило многое. Но его отъезд на континент настроил присяжных против него, и они вынесли вердикт о совершенном им умышленном убийстве.
– Никакого другого вердикта не могло и быть, – ликующе заключил Меркер.
Глава XI
Истинная дружба
Показания, данные в ходе дознания, опубликовали в газетах, и все сомнения в виновности Фодио отпали. Высказывались мнения, что цивилизовать дикаря, увы, невозможно. Молодой вождь умбиди получил образование в Кембридже, его обратили в христианство и всеми способами старались приучить к тому, что закон и порядок – это хорошо. Но из-за суеверного поклонения перед камнем, которому вопреки логике приписывают сверхъестественные способности, он убил того, кто пытался ему помочь. Миссионерские общества были потрясены этим провалом и громко, как и пресса, требовали схватить Фодио и наказать. Однако сказать легче, чем сделать, ведь молодой негр все еще находился на континенте. Расследование в Париже показало: он просто заехал в великий город и покинул его в неизвестном направлении. Но Скотленд-Ярд уже связался с полицией разных стран, где мог находиться Фодио, и с немалой степенью вероятности можно было сказать: рано или поздно его арестуют. Замолвить слово за несчастного могли только два человека.
Можно было предположить, что эти двое будут настроены против предполагаемого преступника наиболее рьяно: одна из них – дочь убитого, другой – ее жених, лейтенант Карвер. Но ни Элисон, ни Джим не согласились с приговором, хотя улики свидетельствовали о вине Фодио. Карвер знал вождя несколько лет, был обязан ему жизнью и просто не мог поверить, что этот храбрый человек, его друг, мог совершить столь жестокое убийство. Элисон знала негра меньше, но ее суждение о нем было таким же, как и у ее возлюбленного. Если верить косвенным уликам, Фодио, несомненно, был виновен. Но сердце девушки подсказывало ей обратное. Надо признать, что и Элисон, и Джим не понимали, почему Фодио отсутствует. Даже если считать, что он не сильно жаловал газеты, как английские, так и иностранные, он наверняка уже слышал о преступлении. А раз знал, что мистера Уэлдона жестоко убили, то не мог не догадываться, что его имя упомянуто в деле, не обязательно в качестве главного обвиняемого. Возлюбленные знали: Фодио прекрасно осведомлен, что Меркер его ненавидит и, следовательно, не упустит возможность навредить ему. Однако вождь не оставил адреса, связаться с ним Джим никак не мог, и они могли лишь терпеливо ждать его возвращения. А если он так и не объявится в Англии? Тогда Элисон, при всем своем пристрастном к нему отношении, будет вынуждена согласиться: преступление совершил он.
Разумеется, имя Фодио было запятнано, и молодой вождь уже не стоял на пути Меркера. Не было сомнений в том, что звезда исследователя восходит, его кандидатура на пост правителя земли Акпам была благосклонно встречена власть имущими. Меркер белый, показал себя прекрасным администратором. Смел, решителен, деятелен, дипломатичен и изобретателен – такой наверняка сумеет навести порядок в землях, то и дело подвергающихся набегам Ибено. Правда, пока что предводитель бандитов удалился в свой разрушенный город и пребывает в мирном расположении духа. Но рано или поздно он возобновит свои разбойничьи вылазки, и для борьбы с ним понадобится сильный человек. Фодио возложенных на него надежд не оправдал, значит, есть Пол Меркер, вполне подходящая кандидатура. Его поддержали даже миссионерские общества, и Меркер обрел популярность. Убийство нигерийского миссионера привлекло к Нигерии внимание общественности, в результате к концу лондонского сезона Меркер обрел статус чуть ли
