class="p1">Фодио улыбнулся и кивком поблагодарил ее за подобную поддержку.
– Если вдуматься, мисс Уэлдон, не стоит удивляться, что она считает меня виновным. А раз так, она, естественно, желает, чтобы меня посадили под замок – ведь преступление под ее крышей наверняка разорило ее.
– Так и есть, – быстро ответил Джим, – все жильцы сбежали, как крысы с тонущего корабля. Через два дня, как только уладим некоторые юридические дела, я отвезу мисс Уэлдон к ее тетке в Брайтон и сразу вернусь, чтобы помогать тебе.
– Я знал, что так и будет, Карвер, – спокойно ответил вождь. – Я никогда не сомневался в твоем обо мне мнении. Ты не из тех, кто называет нас черномазыми и считает нас злобными варварами.
– Ты спас мне жизнь, – просто ответил Карвер. – Хочу отплатить добром за добро.
Фодио посмотрел на Карвера с благодарностью.
– Но расскажите же, – с нетерпением сказала Элисон, – что произошло в тот страшный вечер?
– Я пришел к вашему отцу в девять, – лаконично ответил Фодио, – и покинул этот дом в половине десятого. Беседа была короткой, ваш отец что-то писал и хотел поскорее вернуться к своим занятиям. Он попросил меня съездить в Париж и повидаться с неким французским миссионером, который много лет назад работал с ним в Конго.
– Зачем мистеру Уэлдону понадобилось посылать тебя к этому миссионеру? – с любопытством спросил Джим.
Фодио ответил не сразу.
– Боюсь, отвечать на этот вопрос сейчас некогда, – сказал он после небольшой паузы. – Вот-вот придут миссис Ботторт и инспектор. Но мое поручение было связано с некоторыми делами, относящимися к мистеру Меркеру. Я отправился в Париж, но оказалось, что миссионер уехал в Бордо, поэтому я поехал туда. Таким образом, я узнал об убийстве, только когда вернулся в Англию.
– Но французские газеты?..
– Я их не читал, – быстро ответил Фодио. – Как ты знаешь, Карвер, я и английские почти не читаю. Но в Дувре я купил еженедельную иллюстрированную газету и прочитал сообщение об убийстве, дознании и похоронах.
– Парижская полиция следила за тобой, Фодио?
– Наверняка, хотя тогда я этого не знал. Однако судьба оказала мне услугу, и я избежал ареста. Не скажу, что я этого хотел, ведь я невиновен, но лучше пусть меня схватят в Англии, чем во Франции. Очень хорошо, что я ускользнул от ареста, – мне удалось поговорить с вами и понять, что у меня есть два надежных друга.
– Как вы можете доказать, что невиновны? – быстро спросила Элисон.
– Очень легко. У меня есть алиби. После встречи с мистером Уэлдоном я заглянул в ресторан на Оксфорд-стрит, выпить чашку кофе. Было около десяти, а раз преступление свершилось после этого времени, значит я ни при чем.
Джим с облегчением вздохнул.
– Я знал, что ты невиновен, – возликовал он, ибо считал себя перед Фодио в неоплатном долгу и был крайне рад, что тому ничего не угрожает. – Но кто тогда виновен?
– Это я и намерен выяснить, друг мой. Я могу убедительно доказать, что меня не было в доме, когда мистер Уэлдон получил роковой удар, но, чтобы люди поверили в мою невиновность, нужно арестовать настоящего преступника. Кроме того, – добавил Фодио, еще больше помрачнев, – придется считаться с мистером Меркером, ведь он сделал все для того, чтобы меня повесили.
– Думаешь, он имеет отношение к убийству? – усомнился Карвер. – Ведь он вышел из дома прежде, чем ты туда вошел.
– Пока ничего не могу об этом сказать, просто не знаю. Подождем, пока мое дело рассмотрит мировой судья. Тогда и решу, как быть дальше. Но у человека, убившего мистера Уэлдона, есть «Нечто», – сказал Фодио напористо. – Я объявлю за него награду, так мы и узнаем, кто виновен.
– Что же, виновный ради награды согласится отдать «Нечто», а сам пойдет на виселицу?
– На награду может клюнуть его сообщник. Десять тысяч фунтов – есть ради чего рисковать.
Элисон вскрикнула, и Карвер изумленно ахнул:
– Неужели ты готов заплатить такую огромную сумму?
– За «Нечто» я бы заплатил и вдвое больше, – сказал Фодио. – Видишь ли… – он замолк и странно улыбнулся. – А вот и инспектор, пришел меня арестовать.
Его слова подтвердились: едва он их произнес, дверь распахнулась, и на пороге возник отвечавший за дознание инспектор, а за ним – два полицейских и миссис Ботторт. Вид у хозяйки был испуганный, бледный и постаревший. Она указала на негра.
– Вот он. Вот он, – дрожа всем телом, объявила она.
– Отман Фодио, – произнес инспектор, кладя руку на плечо вождя, – именем короля вы арестованы за преднамеренное убийство Александра Уэлдона.
Глава XII
Предложение
Арест Фодио вновь привлек внимание общественности к убийству в Бан-хаусе, поскольку никто не сомневался в виновности вождя. Но когда выяснилось, что негр вернулся в Англию специально, чтобы сдаться, многие стали задумываться – а он ли совершил преступление? Вождь так быстро и бесследно исчез наутро после смерти миссионера, что все решили: он уклоняется от правосудия. И его неожиданное возвращение в пасть льва свидетельствовало в пользу его невиновности. Ко времени появления Фодио перед мировым судьей для предварительного слушания общественное мнение было весьма взбудоражено. Но слова или мысли общественности мало волновали молодого вождя. Больше всего ему хотелось наказать Меркера за его подлое поведение.
Что до исследователя, тот был слегка обескуражен скорым возвращением Фодио – Меркер и представить не мог, что вождь отважится противостоять столь веским косвенным уликам. Эта явка раздражала его – ведь если Фодио признают невиновным, миссионерские общества наверняка возьмут его сторону и поддержат его кандидатуру на управление землей Орах, а возможно, и Акпам. Меркер, при всем своем презрении и ненависти к миссионерам, никак не мог сбросить со счетов их значительное влияние в этом деле. Между тем, поскольку вина или невиновность вождя умбиди все еще оставалась под вопросом, на стороне исследователя было много искренних и верующих людей. Меркеру, беспринципному авантюристу, ничего не стоило сделать вид, что он хочет обратить туземцев Нигерии в истинную веру, и он стал вполне ревностным апостолом христианства. На карте стояло многое, и для достижения своей цели Меркер был готов говорить и делать что угодно.
У интригана нашелся влиятельный сторонник в лице его тети, леди Уорби, эта богатая и агрессивно набожная старуха занимала видное положение в религиозных кругах. Раньше она считала племянника достойным сожжения на костре, но, когда о нем заговорили как о способном первопроходце империи, она смягчилась и пригласила его в свой довольно унылый дом. Меркер, человек неглупый, нащупал ее слабину и притворился, что ее доводы его убедили, в итоге в глазах леди Уорби он переродился и стал пригоден для того, чтобы озарять светом Евангелия тьму в
