class="p">
Не ищи меня. И, пожалуйста, отпусти.
Синий
Глава 38
Вайолет
Сначала я слышу хруст гравия, и мои пальцы замирают на вышивке, прежде чем я опускаю ее на маленький диван.
Я отдергиваю занавеску, выглядываю в окно и вижу, как Далия выпрыгивает из машины, пытаясь удержать коробки в руках.
Меня переполняют две противоречивые эмоции: горькое облегчение и сокрушительное разочарование.
Это я сбежала неделю назад, но каждый раз, когда приходит Далия – а приходит она три раза в неделю, потому что слишком сильно переживает, – меня охватывает чувство парализующего ожидания и страха.
Надежды, что это может быть кое-кто другой.
Даже после того, как я написала стоп-слово и мне пришлось вытирать слезы, чтобы он не увидел их на бумаге.
Боже, я скучаю по нему. Очень сильно.
Без него я чувствую себя опустошенной.
Я встаю и направляюсь к двери.
Место, которое я попросила Лоренса для меня найти, – один из его тайных убежищ, расположенный всего в часе езды от Грейстоун-Риджа в забытом, менее богатом городке.
По словам Лоренса, Джуд не станет меня здесь искать и решит, что я уехала на другое побережье.
Под моими ногами скрипит деревяный пол, когда я иду к двери, и пространство наполняется запахом затхлого дерева и нетронутого воздуха. Здесь все неподвижно, и глубокая тишина давит на уши. Стены окрашены в мягкий, приглушенный серый цвет, и это должно вызывать чувство уюта, но не вызывает.
В гостиной мало мебели: бежевый диван, деревянный журнальный столик и лампа, которую я почти не включаю. От деревянного пола у меня ноги мерзнут даже в носках, пока я прохожу по комнате, разглядывая нетронутые столешницы на кухне, холодильник, забитый едой, которую забываю есть, и пустую раковину, потому что не готовлю столько, чтобы пачкать посуду.
Я потеряла желание готовить, когда некому разделить со мной трапезу.
Открывая дверь, я вижу, как остатки зимы цепляются за все вокруг – клочья старого снега тают на влажной земле, деревья все еще голые в ожидании, когда весна вернет их к жизни.
Все ждет.
Возможно, как и я.
— Ви! — Далия бросает коробку на крыльцо и обнимает меня. — Ух, как же я по тебе скучала.
— Ты была здесь два дня назад.
— И уже соскучилась, — надувает она губы. — Это отстой. Я предложила выгнать Джуда вместо тебя, и Кейн посмотрел на меня очень недовольным взглядом.
При упоминании его имени мое сердце сжимается, но я беру себя в руки.
— Никто меня не выгонял. Я сама решила уйти, Дал.
— Знаю, знаю, — она отстраняется и берет коробку с моими вещами, которую я попросила ее привезти.
Когда я пытаюсь помочь, она в шутку ударяет меня, прежде чем войти в дом и поставить коробку на стол.
Перед тем, как закрыть дверь, я бросаю взгляд вдаль, словно ожидая – или, может, надеясь – увидеть знакомый черный мотоцикл, который в последнее время вижу во снах.
Или, точнее, в кошмарах. В конце которых мотоцикл весь в крови Джуда.
Впервые я жалею, что мамин демон больше не сидит у меня на груди. Что угодно лучше этих зловещих образов.
Я наливаю Далии кофе, и мы устраиваемся на диване. Нам обеим неуютно. Этот дом не ощущается как дом.
Он вообще не вызывает никаких чувств.
— Тебе одиноко, Ви? — тихо спрашивает она.
— Все в порядке. Скорее всего, мне придется заново пройти программу этого года в новом университете, и мне правда нравится вышивать.
— Врешь. Ты работала над этой вышивкой целую неделю. И все равно почти в ней не продвинулась. И не думай, что я не заметила, что ты почти не ешь. Ты не можешь пить только имбирный эль.
— Приму это как вызов, — я ухмыляюсь, пытаясь разрядить обстановку.
— Я серьезно, — она хмурится. — Я правда волнуюсь за тебя. Не знаю, что, черт возьми, ты нашла в этом грубияне Джуде, но мне нравится видеть на твоем лице улыбку, когда ты с ним, чем это грустное выражение лица.
Я поджимаю губы.
— Мы не можем быть вместе.
— Почему? Ты ушла от него сама, так что можешь просто к нему вернуться. Кроме того, он всю прошлую неделю был сам не свой. Честно, Ви. Кейн сказал, что потеря тебя и Престона сильно подкосила Джуда.
— Он потерял Престона как раз из-за меня.
— О боже. Ты поэтому ушла?
— И из-за меня он снова начал убивать, — я касаюсь своей татуировки. — Я видела, как он убивал, чтобы отомстить за свою мать, и знаю, что это уничтожило что-то внутри него. Я не… хочу стать еще одной версией Сьюзи Каллахан. Не хочу стать причиной того, что он в конце концов сойдет с ума и уже не сможет прийти в себя.
— Ладно, я тебя понимаю. Но эти парни убивали с юных лет и, вероятно, будут продолжать это делать до конца своих дней. Думаешь, мне нравится, что Кейн этим занимается? Конечно, нет. Поначалу я даже этого боялась, но это просто часть его личности, с которой мне пришлось смириться. Потому что я люблю его и знаю, что он любит меня и готов убить ради моей защиты. Он уже это сделал. Возможно, Джуд чувствует то же самое. Убивать, чтобы защитить тебя, может быть его языком любви. Не хочешь посмотреть на все под таким углом?
— Дело не в этом, — я делаю глубокий выдох, чувствуя боль в груди. — Это из-за меня он потерял и Марио, и Престона. Что, если в следующий раз убьют уже его?
— О, Ви, — Далия берет меня за руку, и я понимаю, что по моей щеке катиться слеза.
Я вытираю ее тыльной стороной ладони.
— Я веду себя глупо.
— Нет. Твои чувства обоснованны. Но ты не должна чувствовать себя виноватой за то, что выжила, Ви. Ты всегда выживала и была самой сильной женщиной из всех, кого я знаю.
— Перестань. Это ты, а не я.
— Нет. Ты. У меня были любящие родители, а у тебя нет, но ты не позволила этому сломить себя. Ты молча взяла себя в руки и двигалась дальше. Всякий раз, когда становилось слишком тяжело, ты не сдавалась. Ты всегда вставала и находила решение, чтобы преодолеть все трудности, и даже пыталась
