Миссис Левод прижалась щекой к плечу мужа и прошептала:
— Это слишком прекрасно, чтобы быть правдой. Это сон. Это сон…
Эдуард поцеловал Эльзу в золотые волосы и спросил:
— Венчание прошло превосходно, не правда ли?
— Конечно, — выдохнула она.
Час спустя молодая семья в изнеможении упала на мягкий диван, продолжая тихо переговариваться.
— Поздравляю! — произнес негромкий мужской голос над ухом Эльзы.
От неожиданности Эльза вскрикнула и резко обернулась. Рядом с ней сидел довольно ухмыляющейся Кристофер, с любопытством разглядывая командора Левода.
— Что ты здесь делаешь? — резко спросил Эдуард, отвечая презрительным взглядом.
— Я пришел по приглашению, — отозвался Крис.
— Что за чушь! Вас никто не приглашал.
— Эд, — тихо произнесла его жена. — Это я его пригласила.
— Что?
— Он меня спас. Кэти хотела меня отравить, ей почти это удалось. А мистер Эскью меня спас.
Кристофер выпрямился и довольно усмехнулся.
— Почему вы мне ничего не сказали?! — возмутился Эдуард.
— Вы всегда были заняты. То бегство Яна, то церемония награждения, то венчание. Когда говорить? — раздался женский голос позади дивана.
Все трое быстро обернулись. В двух шагах позади дивана стояла Сесилия в великолепном кремовом платье, с красивой прической, украшенной лентами в тон платью. Сев рядом с Кристофером, миледи Вэндэр поздравила пару. В этот момент в дальнем конце зала Эдуард заметил своего друга и поспешил подойти поздороваться с ним. Оставшись втроем, Кристофер неловко улыбнулся и скованно произнес, обращаясь к Сесилии:
— Вот и все. Спасибо за праздник. Мне пора. Думаю, мы больше не встретимся. Желаю вам счастья!
— Куда ты пойдешь? — тоскливо спросила миледи Вэндэр.
— Не знаю. У меня много идей.
— Не попадись Эдуарду, — грустно пошутила она.
— Обещаю, — с этими словами он встал. — С Патриком я уже попрощался. Я пойду, прощайте.
Сесилия грустно вздохнула и, встав с дивана, обняла доктора, тот похлопал ее по плечу. Эльза тихо всхлипнула. Кристофер смущенно опустил глаза.
— Вы же знаете, мне здесь не место.
— Да, — отозвалась миледи, — и все же, мне жаль расставаться с тобой. Спасибо за все. Береги себя.
Кристофер кивнул и, галантно поклонившись Эльзе, поспешил к выходу из дома сэра Левода, стараясь, чтобы Мэри не увидела, как предательски блестят его глаза и как крохотная слезинка стекает по его щеке.
Миссис Левод посмотрела на Сесилию и тихо произнесла:
— Миледи Вэндэр, простите меня, — голос ее задрожал и сорвался.
— За что? — опешила та, все еще провожая Кристофера взглядом.
— Я… Я считала, что вы поступили со мной жестоко… Я думала, что вы… простите, но если не скажу, я себя не буду уважать. — Эльза всхлипнула. — Я думала, что вы — предательница, раз тогда на «Победе» так плохо разговаривали со мной. Я думала, что никогда больше не назову вас подругой…
— Тихо, тихо, — успокоительно проговорила Сесилия, медленно присаживаясь рядом. — Что было, то прошло. Прости меня, если я тебя обидела. До этого момента я даже представить себе не могла, что чем-то оскорбила тебя.
Эльза часто заморгала, достала накрахмаленный кружевной платочек и стала прикладывать его кончик к глазам. Сесилия с горечью ударила себя по колену и полушутя-полурасстроенно сказала:
— Если хочешь, можешь и дальше считать меня последней дрянью, только прошу, не плачь.
Миссис Левод слабо улыбнулась и слегка сжала пальцы Сесилии:
— Я никогда так не думала и не посмею думать.
Миледи Вэндэр мягко улыбнулась и обняла молодую жену за плечи.
Вскоре к ним подошел Эдуард и, присев рядом, довольно сообщил:
— Миледи Вэндэр, вы знаете графа Улварда?
Она кивнула. Командор продолжил:
— Так вот. Этот граф на одном из балов заявил, что молодая жена милорда Вэндэра — известная разбойница, Рыжая Мэри. Гости, естественно, ему не поверили. Тогда граф и его жена рассказали историю вашего путешествия.
Выдержав напряженную паузу, он продолжил:
— Все это приняли за неуместную шутку. Когда граф стал уверять, что весь рассказ — правда, его попросили удалиться.
Миледи Вэндэр облегченно вздохнула. В этот миг к ним подошел Патрик. Забыв о правилах приличия, он эмоционально заговорил:
— Я только что узнал про Ридженайта и еще одного эсквайра, что побывал на «Победе». Они покинули пределы Англии. А пять пожилых дам, которые начали рассказывать про наше путешествие, признали сумасшедшими. Остальные же, узнав об их судьбе, предпочитают молчать.
— Наверное, для них так лучше, — усмехнулся Эдуард.
— И для нас, — протянула Сесилия.
— Но это еще не все, — продолжил Патрик, — стало известно, что Кэти направилась во Францию. Не знаю, зачем, но скажу откровенно: я рад ее отплытию.
— А что известно про Ванессу? — с интересом осведомилась Эльза.
— Она отправилась к тетке в Уэльс, — отозвался Эдуард, поднимаясь и приглашая свою супругу на новый танец.
Эпилог
Три месяца спустя. Французская тюрьмаЯн стоял возле маленького окошка размером не больше кулака и смотрел на кроваво-алое заходящее солнце. Рваные фиолетовые облака обрамляли заходящее светило, словно торопясь скрыть его. Уже появилась слабая и тусклая луна, испуганно глядевшая на яркое солнце. Ян тяжело вздохнул.
— Сэр, вы будете есть? — с почтением спросил Батлл, приближаясь к капитану и неся ему вечерний ломоть хлеба.
— Я же велел не беспокоить меня, когда я думаю! — зло выкрикнул тот, резко оборачиваясь и заставляя Батлла отступить.
— Простите, сэр, — промямлил пират, поспешно вставая рядом с Арданом.
Ян сухо кивнул и, посмотрев на первого помощника, произнес:
— Рыжая Мэри пожалеет, что родилась на свет. Когда мы выберемся, она и все те, кто помог ей, будут ползать у меня в ногах, умоляя о смерти.
— Чтобы мстить, нам нужно сначала выбраться, — сухо заметил Ардан.
— Терпение — и мы выберемся.
— Надо было заплатить Франсуа. Тогда бы мы были уже на свободе, — вставил Батлл.
— Ты, червь, смеешь напоминать о моих ошибках?! — закричал Ян, угрожающе наступая вперед.
От расправы и гнева капитана разговорчивого пирата спас скрип засова на тяжелой двери. Суровый тюремщик зашел в камеру.
— Ян, на выход. К тебе посетитель, — приказал он и отступил в сторону.
Капитан изменился в лице. Удивление было настолько велико, что, не произнеся ни слова, он покинул камеру. Пройдя по длинному коридору под конвоем четырех охранников, он зашел в маленькую комнату, где кроме голых стен ничего не было. Один из конвоиров зашел следом. Дверь за ними громко захлопнулась, заскрипел ключ.
