просьбой о помощи, и тогда полиция вступит в борьбу и извлечет из этого выгоду, арестовав всех причастных.
Так что Патрицию и Ораса Вельмона, можно сказать, и не искали. В Сюрте было решено «дать делу дозреть» и позволить подозреваемым до поры до времени тешиться иллюзией безопасности.
В результате Патриция и Орас Вельмон вместе со старушкой Викторией и юным Рудольфом получили возможность насладиться четырьмя неделями спокойного отдыха в очаровательном поместье Мезон-Руж с его обширным тенистым парком. Главная аллея, с каменными вазами и мраморными статуями под сводом аккуратно подстриженных лип, тянулась до самой Сены, а за рекой открывалась прекрасная панорама цветущих лугов и фруктовых садов.
Вельмона радовал покой этого уединенного уголка. Натура позволяла ему отвлекаться от самых серьезных проблем и жить очарованием настоящего момента. И в этом полном счастья ощущении здесь и сейчас он, тщательно оберегая себя, даже не вспоминал о Маффиано. Бандита для него как бы не существовало. Вельмон полюбил Патрицию. Он не говорил ей об этом, держась с ней по-дружески. Но общество молодой женщины, чьи обаяние, ум и жизнерадостность он ценил все больше и больше, ему очень нравилось. Ему было приятно видеть каждый день маленького Рудольфа, так похожего на мать. Играя с этим очаровательным мальчишкой, Вельмон вновь чувствовал себя ребенком. Патриция смотрела на них и улыбалась.
И однако, как мы уже видели, Вельмон не терял бдительности. Сразу по прибытии в Мезон-Руж он внимательно осмотрел «линии обороны» и не менее внимательно пригляделся к нанятым Викторией слугам. Орас, чувствительный к женским чарам, сразу выделил молодую крестьянку по имени Анжелика. Эта здоровая и энергичная девушка отличалась какой-то особой грацией.
Вельмон, увлеченный Патрицией, любовался Анжеликой искренне и без всякой задней мысли. Она была так забавна, так хороша собой! Свежий румянец, чистая кожа, стройная гибкая талия, облегающий черный бархатный лиф со шнуровкой сзади – вылитая субретка из комической оперы. Живая, легкая и подвижная, она поспевала везде: собирала овощи в огороде, срывала фрукты в саду, складывала в корзинку только что снесенные курами яйца. На лице всегда играет улыбка, глаза полны бесхитростного веселья, движения гармоничны и размеренны.
– Виктория, как тебе удалось найти это прекрасное создание? – спросил Вельмон в первый же день.
– Анжелику? Ее привел один поставщик.
– А рекомендации?
– Отличные. Она служила в замке по соседству.
– В каком замке?
– Видишь высокие деревья, вон там, слева? За ними находится замок Корнейль.
– Отлично, моя старушка. Всегда приятно видеть красивых девушек! А откуда взялся Фирмен, камердинер?
Разузнав подробно обо всем персонале, Вельмон занялся другим, а именно позволил себе развлекаться.
Стояла прекрасная погода, за городом было восхитительно. Неподалеку протекала река. Почти каждый день Вельмон, Патриция и ее сын катались на лодке или плавали. Маленький Рудольф, который все больше привязывался к Орасу, часто с воплями восторга забирался на его широкие плечи.
Они проводили целые часы и дни в непринужденной болтовне, их близость делалась все тесней, и Патриция проникалась к своему спутнику все более нежным доверием.
– Что вы так смотрите на меня? – спросил он однажды, когда они остались в лодке вдвоем.
Вельмон, сидевший на веслах, уже некоторое время чувствовал на себе пристальный взгляд Патриции.
– Простите, – сказала она. – У меня есть нескромная привычка разглядывать людей, пытаясь выведать их тайные мысли.
– У моих мыслей есть только один секрет. Я просто пытаюсь вам понравиться, – ответил Орас, добавив: – А вот ваши мысли сложнее; вы думаете: кто этот человек? Как его зовут? Действительно ли он – Арсен Люпен?
Патриция возразила:
– Я в этом не сомневаюсь. Вы и есть Арсен Люпен… Это ведь так, да?
– Я могу быть или не быть им. Как пожелаете.
– Даже если бы я хотела, чтобы вы были кем-то другим, это не помешало бы вам быть Арсеном Люпеном, если вы – это действительно он.
Он тихо признался:
– Это действительно я.
Молодая женщина слегка покраснела; от его слов у нее перехватило дыхание.
– Тем лучше, – сказала она через мгновение. – Уверена, вместе мы справимся… Но я боюсь…
– Боитесь чего?
– Будущего. Ваше желание понравиться мне не вяжется с чисто дружескими отношениями, которые установились между нами.
– В этом плане вам нечего бояться! – сказал он, улыбаясь. – Пределы нашей дружбы всегда будут такими, какие вы сами установите. Вы не та женщина, которую можно заполучить обманом или соблазнить исподтишка.
– И… это вас радует?
– Мне в вас нравится все.
– Все?
– Да, все, потому что я люблю вас.
Она в смущении промолчала.
– Патриция… – продолжал Орас.
– Что?
– Обещайте, что ответите на мою любовь… или я брошусь в воду! – заявил он с серьезным видом, хотя в глазах его плясали веселые огоньки.
– Этого я не могу вам обещать, – ответила она шутливым тоном.
– Тогда я бросаюсь.
Орас так и сделал. Он опустил весла, встал и прямо в одежде нырнул в Сену. Патриция увидела, что он энергично плывет к лодке, которая двигалась впереди справа. В лодке сидел сутулый мужчина с седыми волосами и бородой. Казалось, это старик, но мощные и быстрые взмахи веслами свидетельствовали об энергии и решительности. Субъект был явно в расцвете сил, но зачем-то использовал парик и фальшивый горб.
– Привет! – крикнул Орас Вельмон. – Привет, Маффиано! Значит, ты уже обнаружил наше убежище? Отличная работа!
Маффиано, бросив весла, поднял револьвер и выстрелил. Пуля попала в воду в нескольких дюймах от головы пловца.
– Чертовски неуклюже! – с хохотом отреагировал Орас. – Маффиано, у тебя дрогнула рука. Может, передашь мне свою пукалку, чтобы я научил тебя пользоваться ею?
Насмешки привели сицилийца в ярость. Встав в лодке, он взмахнул веслом, пытаясь ударить им противника. Но тот стремительно нырнул и исчез из виду. Через мгновение лодка Маффиано покачнулась и у левого борта показалась голова Ораса Вельмона.
– Руки вверх! – угрожающе крикнул он. – Руки вверх, или я стреляю!
Потрясенный Маффиано не стал гадать, каким образом противник, только что проплывший тридцать метров под водой, может выстрелить в него. Он поднял руки. И в тот же миг от толчка Вельмона лодка опрокинулась, накрыв сицилийца.
Вельмон издал триумфальный возглас.
– Победа! – кричал он. – Враг отступает! Маффиано и мафия тонут! Ты хоть плавать умеешь? О, несчастный, ты плаваешь как дохлый козел! Держи выше голову, придурок! Иначе наглотаешься воды из Сены и если не утонешь, так отравишься… Ладно! Выпутывайся как знаешь. А вот и помощь тебе подоспела.
Двое мужчин прыгнули в воду и поплыли к сицилийцу, лодку которого уносило течением. Но прежде, чем они смогли подобраться поближе, Орас, опытный пловец, успел добраться до берега. Обыскав одежду этих типов, оставленную ими на насыпи, он
