— Хорошо бы найти этого В, — сказала Антарес, — Может, это он предложил Бодлеру договор?
— Не похоже, — возразил Джек, вспоминая пугающий голос, говоривший устами Криса Маэды, — Но он многое мог бы прояснить. Только, боюсь, добраться до него не в наших силах.
— А жаль. Маэда бы его разговорил, раз он на такое способен, — вздохнул Мишин и поднялся, — Пойду проконтролирую сержанта Дабо.
— А я переоденусь, — оглядев свой гражданский наряд, сказал Джек.
Когда он вышел в коридор, его остановила Антарес.
— Командир, — позвала она, появляясь следом за ним в дверях камбуза, и догнала Джека, чтобы не говорить громко, — Он слышал наш разговор, да?
Она имела ввиду, что Крис Маэда был на корабле и незаметно присутствовал при их беседе в камбузе.
— Да, — подтвердил Джек.
Антарес нахмурила тонкие брови, напряженно глядя в одну точку где-то за плечом Джека.
— И… как он воспринял?
— Расстроился? Да, — кивнул Джек, — Но сказал, что переживет.
— Это очень хорошо, — сказала Антарес голосом, далеким от радостного, часто закивала головой и пошла по коридору в другую сторону.
Джеку было жалко смотреть на ее поникшие плечи, он досадливо мотнул головой. «Достали своей несчастной любовью, — сердито подумал он, — Почему нельзя просто радоваться тому, что они есть друг у друга»? На самом деле ему было завидно. Крис хотя бы знал, что любимая девушка существует, даже если не отвечает взаимностью. А свою Джек видел только во сне.
Утро продолжилось обычными заботами. Деверо был в рубке и вместе со штурманом Тольди просматривал летные карты, когда на мониторе связи появилось лицо техника ван Берле, дежурного по грузовой палубе.
— Командир, к вам тут полиция.
— Кто? — переспросил Джек.
Его первая мысль была о том, что что-то случилось с Крисом. Но потом он подумал, что никто, кроме друзей не может знать об их встрече с Маэдой и о том, что они вообще знакомы.
— Полиция, — повторил ван Берле, — Очень хотят вас видеть. Говорят, пассажира этого нашего — Рудольфа Олафсона…убили.
Последнее слово было сказано шепотом. Джек озадаченно моргнул, глядя в монитор на техника. «Уплыли денежки», — подумал он и сам себя отругал за циничность этой мысли.
— Убили? — ахнула Сильвана Тольди, минуту назад как раз рассуждавшая, до чего это глупо и жадно запихивать пассажиров на непассажирские суда ради лишних денег, — М-да, уплыли денежки.
Как военный, пусть даже и бывший, Джек Деверо недолюбливал полицию. А уж этот бестолковый детектив, одетый в штатское, его просто бесил. Но по сдержанным манерам и спокойному лицу Джека заметить это было трудно. Дело было не только в привычке контролировать эмоции. Еще Джек понял, что полицейский очень ждет, что он начнет нервничать. По его горящим глазам было видно, как он рассчитывает на это.
— Это обязательно, ехать с вами в офис полиции? — спросил Джек.
— Разумеется, это официальный допрос, — подтвердил детектив, переминаясь с ноги на ногу от нетерпения.
В виду его хамского поведения сесть ему не предложили, поэтому приходилось стоять рядом с письменным столом в капитанской каюте, в то время, как сам капитан Деверо стоял с другой стороны стола, глядя в иллюминатор на космические корабли в посадочном отсеке.
— Разве нельзя допросить меня здесь? — удивился Джек.
Детектив с глубокомысленным видом кивнул. Этот вид ему совсем не шел, но он продолжал делать умное лицо и выдерживать загадочную паузу. Джек подумал, что полицейскому скучно здесь, на орбитальной космической станции, и он очень хочет поиграть в великого сыщика.
— Капитан, а где вы были сегодня ночью? — наконец изрек великий сыщик.
Антарес Морено, молча стоявшая спиной к ним обоим у другого иллюминатора, порывисто обернулась.
— Со мной, в моей каюте, — отчеканила она.
— Кхм-кхм, — сказал великий сыщик; решительность молодой женщины произвела на него впечатление.
— Антарес! — укоризненно ахнул Джек, не ожидавший, что помощник так ринется на его защиту.
Хотя, прикрыть еще надо было и Гвидиону, и Криса. Последнего особенно.
— А что, кого-то удивляет, что между капитаном-мужчиной и помощником-женщиной могут существовать личные отношения? — с вызовом спросила Антарес.
— Ну, об этом не обязательно, — промямлил Джек, не испытывая восторга от того, что Антарес ради него поступилась своей репутацией.
— Нет, видимо, обязательно, — возразила Антарес, — Вы что не видите, он вас в чем-то подозревает? Только набивает себе цену и не говорит в чем.
— Мадемуазель, я попросил бы вас, — строго промолвил детектив, задетый ее пренебрежительным тоном, — А что касается подозрений, то вы правы. И они очень существенны. Взгляните сюда.
У детектива с собой был небольшой плоский кейс, похожий на футляр для ноутбука. В нем был визор для просмотра фотографий и видеозаписей.
— Рудольф Олафсон был убит сегодня ночью между девятью и десятью тридцатью. Застрелен в своем номере, — сказал полицейский, поставив визор на письменный стол, — В комнате следы борьбы, и все выглядит как ограбление, но ничего не пропало. А вот запись камеры в гостиничном коридоре перед дверью номера. Этот человек вам никого не напоминает?
На записи, которую показал визор, был виден слегка затемненный коридор и дверь в конце. На ней светились синими огоньками цифры. По коридору прошел человек, одетый в летную форму, открыл дверь и вошел. Спустя какое-то время дверь номера открылась, и тот же человек вышел обратно в коридор. Он прошел очень быстро, глядя в сторону. Было понятно, что он отворачивается от камеры.
— Никого не напоминает? — повторил детектив и перемотал запись, чтобы можно было посмотреть еще раз.
Джек медлил с ответом, удивленно вглядываясь в экран визора. Рост, осанка, фигура человека на записи, его стрижка, даже уши — все напоминало…
— Это как будто я, — проговорил Джек в изумлении.
— Но это же невозможно, — многозначительно промолвила Антарес.
Джек и сам знал, что этого не может быть. Даже если бы он и приходил ночью в отель к Рудольфу Олафсону, то был бы одет иначе. В джинсы и свитер, а не…
— Форма на этом человеке черная, военная, — сказал он, пристальнее вглядевшись в запись, — И знаки отличия майорские. Думаете, я где-то прячу мундир майора Военного космического флота и в нем убиваю своих пассажиров? Даже если и так, то в чем заключается мой мотив?
Великий сыщик закусил губу. Он рассчитывал произвести впечатление своими видеодоказательствами и был обескуражен невозмутимостью Джека. Блеснуть умением вести допрос ну никак не получалось!
— Да уж, и мне хотелось бы это знать! — многозначительно изрек детектив, стараясь не сдавать позиции.
Джек еще никогда не видел такого болвана на службе в полиции. Он досадливо повел бровями, продолжая следить глазами за видеозаписью, которая все крутилась на экране визора в режиме многократного повтора. Человек в военной форме был так похож на Деверо, что ему казалось, он видит сон.
— А можно поближе? — попросил Джек.
Неизвестный майор, раз за разом проходя по коридору, делал характерное движение рукой — потирал шею справа ниже уха. Недовольно сопя, детектив кивнул и укрупнил изображение.
— У него раздражение от воротничка, — сказала Антарес, приглядевшись.
— Долго не носил военную форму, — понимающе кивнул Джек.
— Покажите шею, — сурово сдвинув брови, приказал детектив.
Джек расстегнул высокий ворот мундира и показал шею в нужном месте. Он пожалел великого сыщика и сдержал улыбку, хотя твердо знал, что кожа у него чистая и никакого раздражения нет.
— М-да, — мрачно промычал полицейский, так внимательно изучив шею Деверо, что едва не ткнулся в нее носом.
— Не думаю, что раздражение могло пройти к утру, — как можно более серьезно заметил Джек, — Значит, его просто не было. Значит, человек на пленке не я.
Удрученный его железной логикой, детектив понуро кивнул головой, выключил визор и убрал его в кейс.
— Хорошо ли вы знакомы с кем-либо из тех, кто присутствовал вчера на деловых переговорах Олафсона с Атом Идо? — спросил он, изо всех сил стараясь сохранить непринужденный вид.
Уж в чем, а в старании не терять самообладания этому горе-профессионалу отказать было нельзя.
— Только со своим навигатором капитаном Софи Ковалевски, — ответил Джек, — Она тоже под подозрением?
— Она ведь биоробот? — продемонстрировал осведомленность детектив и с сомнением повел бровями, — Можно забыть об этом.
«На редкость убедительные выводы», — мысленно усмехнулся Джек, подумав, как удивился бы полицейский, узнай он всю правду о Софи.
— А у остальных-то есть алиби? — вмешалась Антарес.
Детектив строго взглянул на нее.
— Я не могу с вами это обсуждать, — важно заявил он, — Ведется работа.
