Тихоня рассмеялся сквозь зубы.
— Обижаться? — переспросил он, повернулся вместе с креслом, и Ги сквозь спинку кресла и сквозь одежду увидел его покрытую шрамами спину, — Думаешь, я обижен?
— Мне, конечно, очень жаль, — поспешно проговорил Ги, отводя глаза от этого зрелища, — Но ведь, ты понимаешь, что это не доставило мне никакой радости. Более того, это была вынужденная мера. Ты сам меня вынудил. Мне нужно было твое согласие, а ты не хотел его давать. Поэтому я должен был прибегнуть к нетрадиционным методам убеждения. Но личной неприязни я к тебе никогда не испытывал.
— Правда? — Тихоня придал своему хитрому азиатскому личику выражение искреннего наивного изумления, — Я тоже всегда прекрасно к тебе относился. В связи с этим я рассчитываю на то, что мы сейчас поговорим откровенно. А то, представь только, что будет, если и я прибегну к нетрадиционным методам убеждения?
— Ну, если я могу чем-то помочь, — пробормотал Ги и наконец смог дойти до кровати и присесть, — Но я понятия не имею, что ты хочешь от меня узнать.
— Не я. Мой друг задаст тебе несколько вопросов, — Тихоня отодвинул занавеску, и второй высший телепат зашел в комнату.
Бодлер увидел высокого, худощавого, но мускулистого молодого человека в джинсах и коричневом свитере. Он узнал темно-русые волосы, голубые глаза и крупные, правильные, будто выточенные из камня, черты лица.
— Капитан Деверо? — ахнул Ги, не веря своим глазам, — Вот кого я почувствовал в баре «Розовый слон»!
— Я тоже рад знакомству, — без особого воодушевления проговорил Деверо, встав рядом с креслом Тихони, — Ну, что поболтаем?
Ги посмотрел поочередно на Тихоню и на Деверо. Находясь рядом, эти двое производили впечатление очень дружных и преданных друг другу сообщников. Ги даже на минуту забыл страх и ухмыльнулся. Он меньше всего ожидал, что у Тихони могут быть друзья. Правда, улыбка тут же сползла с лица Бодлера, когда он подумал, что эта преступная парочка не оставит его в живых теперь, когда он видел их, да еще вместе.
— А есть ли резон мне говорить с вами, славные юноши? — силясь выглядеть спокойно, спросил он, — Я ведь должен буду рассказать в организации о том, что ты объявился, Сато, да еще не один, а с таким ценным экземпляром.
— Успокойся, ты не расскажешь, и поэтому будешь жить, — ответил Тихоня.
Бодлер понял, что его загипнотизируют, чтобы он не проговорился, а, значит, убивать действительно не будут. От облегчения Ги даже пробила дрожь. Он громко и хрипло вздохнул и провел ладонями по лицу. Деверо наблюдал за ним холодно, Тихоня с нескрываемым отвращением. Ги решил, что хорошо запомнит это брезгливое выражение на лице Тихони и когда-нибудь… Об этом он старался не думать, не то Тихоня мог и забыть о своих милосердных намерениях. Чтобы обезопасить себя, Ги оставалось только прикинуться окончательно раздавленным, что было не так уж трудно.
— Вольно же вам справиться со мной! Даже и поодиночке, а уж тем более, вдвоем, — проговорил он, — Что вы хотите?
— Зачем двадцать лет назад 14 мая 3197 года вы прилетали на космическую платформу «альфа-Ганимед»? — спросил Деверо, выступая вперед и приближаясь к кровати.
— В 3197 году? — переспросил Ги, — Да вам это зачем? Мне тогда было лет семнадцать всего.
— Не тогда, когда вам было семнадцать, — возразил Деверо, — А в вашем теперешнем возрасте.
Ги кольнуло внутри. То, что Деверо знает о его недавнем визите на «альфа-Ганимед» двадцатилетней давности, его неприятно удивило. Он поднял глаза на капитана, пытаясь изобразить недоумение.
— У меня есть видеозапись, а на ней вы, — спокойно заметил Деверо.
Ги почувствовал, как воля Деверо вторгается в его мозг, приказывая отвечать. Он был явно самоучкой, но как хорошо у него получалось!
— С вами был темнокожий мужчина с Плутона. Он руководил людьми, которые хотели выкрасть капитана Вальдеса, — добавил Деверо, — Вы замешаны в этом?
Меньше всего Ги хотел говорить об этом, но…
— Я… я наломал дров в одном деле и хотел все исправить, — с силой выдавливая из себя слова, признался Ги, — Мне нужно было устроить все так, чтобы Вальдес не встретился двадцать лет назад со мной семнадцатилетним. Я выбрал день накануне моего прилета на «альфа-Ганимед» и пытался забрать Вальдеса в будущее. Для этого и договорился с тем человеком. Он все устроил.
— Кто он? — спросил Деверо.
— Понятия не имею, — мотнул головой Ги, — Все зовут его просто В. Он из Института времени, у него там своя какая-то кафедра, на которой он проводит эксперименты. Но он не ставил свою контору в известность. Мы договорились в частном порядке.
Тихоня и Деверо переглянулись.
— Ты был прав, — заметил Деверо и снова повернулся к Ги.
Тихоня не вмешивался в допрос, но и от одного только Деверо у Бодлера раскалывалась голова. Все-таки он был сильнее Люциуса.
— А как люди из Института времени перемещаются? — заинтересованно спросил Деверо, — У них что, машина времени, как в романе Герберта Уэллса?
— Нет, у них какой-то там пространственно-временной передатчик. Аппарат такой вроде старомодной портативной радиостанции. Не знаю, что за прибор, как он действует, — Ги не очень любил показывать, что ему не известно то, в чем хорошо разбирается кто-то другой, и он недовольно скривил рот.
— И что произошло? — спросил Деверо.
— Все пошло не так, — поморщился Бодлер, вспоминая случившееся на «альфа-Ганимеде», — Люди В не смогли справиться с Вальдесом. Он оказался слишком прыток. А повторить попытку не было времени. Вся операция итак была рискованной: из-за сильного искажения времени и пространства космическую платформу и прилегающий участок космоса могло разбросать в разные стороны по эпохам и расстояниям.
— Искажения времени и пространства, — повторил Тихоня, — Значит, твой капитан пропал случайно. Это был побочный эффект.
Деверо недоверчиво качнул коротко стриженной головой.
— Капитан Самсон Полубояров имеет отношение к тем событиям, когда вы пытались похитить Вальдеса? — спросил он.
— К тем нет, — Ги понимал, проговориться для него сейчас лишь вопрос времени, и лучше сразу покончить с этой пыткой для мозгов, но был не рад, что и эту тему въедливый Деверо собирается затронуть, — В то время, когда я летал на «альфа-Ганимед», в мае нынешнего года, его должны были убить на Китаре. Но Полубояров испарился, не долетел до планеты.
— Убить? — Деверо явно встревожился.
Бодлер кивнул. Он не знал, не передумают ли приятели оставлять в живых его самого, но справиться с телепатическим воздействием Деверо и промолчать не мог.
— Мы виделись с ним в Марселе, когда я искал у вас на борту Суламифь Ройзман. Я опасался, что мы можем опять случайно встретиться, и он меня узнает.
— Узнает? — переспросил Тихоня.
— Вы не были у нас на борту, — возразил Деверо.
Ги не знал, кому отвечать. Вопрос Тихони был очень не кстати, и он решил говорить с Деверо.
— Я был на «Катрионе», но под личиной. Помните, у командира телепатов было невзрачное серое лицо? Когда внешность не запоминается, это значит, ее прикрывают с помощью внушения.
— Так это вас Гвидиона обманула, сказав, что пси-излучение исходит от нее? — удивился Деверо, вспоминая подробности того дня.
— Ранианская дрянь, — пробормотал Гийом.
Он почти не сопротивлялся, но ему становилось все хуже. Эти двое были слишком сильны, чтобы даже просто находится с ними обоими в одной комнате.
— Когда Нора Зегер на Эринии говорила со мной, с ней был майор Керн тоже очень «серый», — вспомнил любопытный Деверо, — Он тоже был под личиной?
— Керн засекреченный агент, его не должны видеть посторонние, — уж кого-кого, а Керна Гийому было не жаль, и сдав его он не испытал мук совести.
— Учтем, — мрачно усмехнулся Деверо, — Так в связи с чем Полубояров мог узнать вас?
Ги скрипнул зубами с досады. Он надеялся, что Деверо уже упустил нить его рассказа и не станет об этом спрашивать. Потому что ответить он не мог. Не мог физически.
— Откуда он знал тебя? — спросил Тихоня, видя, что Бодлер медлит.
Этот вопрос был еще опаснее. Они подбирались все ближе, и Ги чувствовал себя все хуже.
— Виделись раньше, — процедил он сквозь зубы.
— Где? Когда? — Деверо подошел к кровати и склонился над сидящим Бодлером.
Ги только замычал в ответ. В его мозгу блеснула предостерегающая вспышка. Запретный порог был уже близко. Если они продолжат спрашивать…
— Чего примолк? — недовольно спросил Тихоня.
— Я не…
Гийом нервно рассмеялся.
— Не виляй, — отрезал Тихоня, но у Гийома его грозный тон вызвал новую порцию истерических смешков.
Высшие телепаты переглянулись. Пока они глядели друг на друга, отвлекшись от него, Ги смог передохнуть. У него в глазах расплывались круги, которые становились все чернее.
