Неудобно.
— Давай выйдем и поговорим. Не хочу портить атмосферу этого прекрасного заведения.
Главное, не зареветь. На что я могла надеяться? Что он за все эти годы исправится? Или попробует хоть что-то узнать про меня?
— Мы вышли, давай. Что ты хочешь мне сказать?
— Винс, дорогой. Ты хотя бы пытался узнать, что было со мной после того полёта? Узнавал ли про мою жизнь?
— Ну, я следил за новостями…
— Знаешь, в новостях не напишут, что я тогда потеряла ребёнка от тебя! Молодая, глупая… была готова продолжать летать с тобой и воспитывать нашего ребёнка на корабле. Когда случилась авария — я не испугалась, ведь рядом был ты. А ты…
Моя выдержка кончилась, на глаза навернулись слезы.
— Я так-то пытался выбраться оттуда, — Винс явно был ошарашен тем, что узнал.
— Да, первую неделю. А что потом? Завис под наркотиками!
— Ну, я не подозревал, что наши навигаторы любили эту хрень… — продолжал лепетать и даже отступать под моим напором.
— А также и то, что полюбил её ты? Я ведь пыталась тебя вернуть, приходила, уговаривала. Но ты не хотел возвращаться. И я ушла. Думала, что выращу его одна. А потом не стало и его. Когда нас, наконец-то, спасли, я полгода лежала в больнице. И ты сейчас мне говоришь, что мне не за что тебя ненавидеть?!
— Я… я не знал… Прости…
— Ты даже не пытался со мной поговорить всё это время. Пытался меня купить. А потом я же и зажралась. Бросаешь мне обвинения в лицо, даже не пытаясь выяснить, почему мне не нужны твои предложения. Винс, я уже не маленькая девочка, влюбленная в красивого капитана. Я хочу спокойствия и семью. Мне предложил это Артемис, а ты можешь быть свободен. Я больше тебя не держу!
— Прости… Я действительно больше не знаю, что сказать… И не могу уже ничего исправить…
Да, исправить он уже больше ничего не мог. Я вряд ли его до конца когда-нибудь прощу, но и злиться больше не могу. Устала. Мне осталось дождаться Артемиса и его последний полёт, чтобы свалить отсюда к чертовой матери. Прости меня, мой Турбо-Иисус, за такое богохульство.
***
Станция Клондайк
Май 23, 2523 г.
Сутки прошли как в тумане. Я пыталась покушать, а затем поспать… ничего не получалось. Одевшись, отправилась бродить по станции посреди ночи. Было откровенно безлюдно. Ноги сами собой принесли меня в редакцию, где нашлась хоть одна знакома душа — мой бывший Шеф. Ответила невпопад на вопрос, который даже не расслышала, схватила рюмку богемского стекла, наполненную брусничным ликером и опрокинула ее в себя. Красивая рюмка! Аккуратно ее поставила назад, на светло-зеленый камушек геометрически правильной огранки. Очнулась от редких аплодисментов — Дон Альберто улыбался и хлопал.
— Скажи мне, Ханни. Я тебя когда-нибудь обманывал?
— Ну что вы, Шеф. Никогда.
— Я и сейчас скажу тебе правду… — Главный редактор смотрел на меня своим фирменным сосредоточенным взглядом. Сопротивляться невозможно, он привлек все мое внимание. Я ждала, как самое главное событие, что скажет тот, кого безмерно уважала долгие годы.
— Он вернется.
И тут я окончательно разревелась.
После этого получилось уснуть, организм переволновался и требовал отдыха, проснулась лишь к обеду. На станции — все также пусто. Душ, макияж, туалет, прическа — все на автомате. Куда пойти? В казино.
Время словно остановилось. В голове был шум. Новостей не было от слова совсем. Что там происходит? Встретили ли они пиратов? Или молчат, потому что уже все мертвы? Где же вы, мои коллеги, когда так надо знать новости об этой высадке…
— Мисс Спарк, вас явно покинула удача. Это всё причины того, что вам так удачно сделали предложение?
— Надеюсь, всё потому, что она сейчас находится в другом месте, мистер Тарано. Выигрыш в карты мне совсем не нужен. И зачем предложение, если не за кого будет выходить замуж?
— Да, удача вашему избраннику нужна гораздо больше.
Наконец-то сообщение в профиль: «Мы вернулись!». К черту карты, лечу в док к «Ястребу», надеясь, что он там. Облегчение. Жив. И вся команда тоже. А дальше…
— Кхм, Ханни. Тут тебя наш капитан ждёт.
— Он собирается сделать тебе предложение!!!
Бардак и Лана были в своём репертуаре. Где-то сзади маячил уже покрасневший Артемис.
— Я хотел бы сделать это наедине!
— Нет! Капитан, делайте это при всех, ну же! Вставайте на колено. Это романтично!
— Но я не хочу! Я не публичный человек!
— Зато хотим мы!!!
Артемис смутился ещё больше и шепотом спросил меня:
— А на какое колено вставать?
Я ответила также шёпотом:
— Я не знаю. Мне ещё ни разу не делали предложение. Может, на правое?
Он опустился на колено и, наконец-то произнёс то, ради чего всё это затевалось:
— Ханни, ты выйдешь за меня?
— Да!
— Ура!!! Ханни, ты же напишешь про вас статью?
— Я уже уволилась и ничего не буду писать. Тем более я уважаю мнение Лейстера и его нелюбовь к публичности. Поэтому не пишите и вы!
После этих слов я оказалась в объятиях своего будущего мужа.
— Спасибо… Это был наш последний полет. А теперь мы летим… куда?
— На Кандидат.
_____
[1] Обладатель свободной лицензии сам решает, когда необходимо раскрыть и применить свои полномочия.
Глава 40. Планы на войне
Лакайль-9352
Май 23, 2523 г.
Пробуждение от глубокого сна проходило под грохот разрывов, сотрясения корпуса, хлопки декомпрессии. Одного взгляда на экран было достаточно: «Моана» всплыла не с той стороны крохотной местной луны, прямо вблизи пиратской станции! Пиратов это не обрадовало, судя по всему, они уже знали о готовящемся ответном вторжении.
Первое, что сделал Йорген — отправил ложемент Кейи в предаварийную готовность. Теперь он изолируется в отдельной спасательной капсуле и отстрелится при нарушении конструкционной целостности — так на языке инженеров называлась ситуация, когда корабль начинает разваливаться на куски.
Второе — маневрировать! Не обращая внимание на сотрясения от попаданий, Йорген запустил двигатели, яхта начала набирать ускорение, постоянно рыская туда-сюда по курсу.
— Йорген, во имя Творца, ты что вытворяешь?
— Выполняю контракт. Ты нанял меня, чтобы попасть на ту станцию, так что заткнись, Синклер, или язык откусишь.
— Ошибка в расчетах! Мы не там всплыли!
— Заткнись! И готовь свои тостеры, скоро они понадобятся.
