— Москва — очень красивый город, она тебе понравиться. Потом в Ленинград съездим, я тебя повожу по музеям и театрам. А потом там начнутся "белые" ночи, будем гулять по городу, мосты "разводить"…
— Как это — "белые" ночи?
— Так это. Можно всю ночь напролёт читать книги, вовсе не зажигая света…. Поехали? Тебе понравиться в России. Я тебя научу осенью грибы собирать, зимой — кататься на лыжах. Поступишь в специальную школу при ГРУ, научишься всяким полезным штукам. По миру поездим…. А потом я уговорю руководство, чтобы нас с тобой отправили в Аргентину на стационарную работу…. Конечно, не получится — отвечать только за Аргентину. Придётся курировать всю Южную и Центральную Америки. Работать бок о бок с кубинскими товарищами, Чили посещать, Колумбию. Тебе понравится, моя небесная сеньора, втянешься, детей мне нарожаешь — сколько захочешь…
Марта хмурилась, то, соглашаясь уехать в СССР, то наотрез отказывалась. И настроение у девушки менялось очень резко и кардинально: то она беззаботно и радостно смеялась, то надолго замолкала, хмуро размышляя о чём-то…. Денис не торопил невесту, понимая, как трудно даются такие глобальные решения, переворачивающие всю устоявшуюся жизнь.
Они много гуляли по Буэнос-Айресу, посещали музеи и театры, ходили по ресторанчикам и крохотным кафе, пили местные сухие вина, танцевали медленное и тягучее танго, потом возвращались в свою крохотную квартирку-студию и до самого рассвета занимались любовью.
На душе было светло и радостно, но, одновременно с этим, и безумно тревожно. Он чувствовал — каким-то шестым чувством — что в самое ближайшее время случится что-то очень важное, могущее безвозвратно всё и навсегда изменить…
Этот зимний июльский день ничем не отличался от череды других.
Голубое безоблачное небо, холодный южный ветер, с утра на градуснике было всего плюс восемь градусов по Цельсию.
— Поедем за город, — сонно предложила Мартина, нажимая на кнопку будильника. — Погуляем по тихой зимней пампе, подышим свежим воздухом, позапускаем воздушного змея…. Когда мы с Иваном были маленькими, то с отцом часто ходили в пампу, запускали в небо змеев — каждый раз нового…
В пункте проката Денис взял в аренду нежно-голубой, почти новый "линкольн". Наскоро перекусив в ближайшем кафе, они выехали из города.
На заправочной станции он залил полный бак бензина, купил большую картонную коробку со сборным воздушным змеем. Через два с половиной часа они проехали городок Талар, ещё минут сорок медленно колесили по ухабистому жёлтому просёлку. Когда машина забралась на очередной высокий холм, Денис нажал на тормоз и заглушил мотор.
Пампа встретила их чистой и звенящей тишиной. Марта вытащила из багажника толстый шерстяной плед, расстелила его на пожухлой бурой траве, позвала:
— Иди ко мне, ложись рядом, будем смотреть в небо.
Целый час они пролежали, обнявшись, нежно поглаживая друг друга. Просто лежали, смотрели в голубое бездонное небо, вздыхали горьковатый и тревожный воздух пампы, молчали…
Высоко над их головами крохотными точками кружили орланы.
— Мы же совсем забыли о воздушном змее! — оживилась Мартина. — Давай-ка, записной лентяй, поднимайся! Будем заниматься делом!
В картонной коробке, кроме отдельных деталей, обнаружились вспомогательные инструменты и материалы: клей для деревянных и бумажных частей, ножницы, короткое ножовочное полотно.
— Отдай, неумёха! — понаблюдав три минуты за неуклюжими действиями Дениса, Марта отобрала у него деревянные бруски и рулон тонкой, но прочной разноцветной кальки. Похоже, уроки, полученные в детстве, не прошли для девушки даром, уже через двадцать минут воздушный змей был готов к полёту: большой трёхцветный ромб со смешной мальчишеской рожицей посередине.
— У нашего сына будет такая же добрая улыбка, — уверенно заявила девушка, поглаживая рукой свой плоский живот.
— Ты что, хочешь сказать, что уже…, - начал заикаться Денис.
— Вот именно, уже! — радостно сообщила Мартина. — Через семь с половиной месяцев ты, идальго, умеющий драться на навахах, станешь счастливым отцом.
Денис, держа змея в высоко поднятой правой руке, побежал по гребню холма — навстречу сильному южному ветру. Отпустив конструкцию, принялся потихоньку стравливать верёвку, змей начал уверенно набирать высоту…
Подошла Марта, положила ему на плечо свою сильную и тёплую руку.
Воздушный змей уверенно парил на пятидесятиметровой высоте.
— Какой красивый! — восхищённо вздохнула Мартина. — Как наша любовь…
Неожиданно один из орланов заинтересовался новым летающим объектом. Гигантская птица несколько раз неторопливо облетела вокруг змея, поднялась вверх, после чего резко спикировала вниз, бросаясь в решительную атаку. Последовал безжалостный удар мощными лапами, и обломки воздушного змея разлетелись по сторонам…
— За что? — Марта спрятала заплаканное лицо на груди у Дениса. — И с нами так будет. Кто-нибудь чёрный и злой — подкрадётся сзади — и ударит…
Настроение было безнадёжно испорчено.
Несмотря на все усилия Дениса, Мартина откровенно захандрила и запечалилась, а ещё через полчаса попросила:
— Поехали домой, любимый! Сегодня пампа какая-то неприветливая, неуютная, злая….
По дороге домой они заехали на Пласа Италия, пообедали в баре "Милонга".
Седой тапёр неторопливо поглаживал кончиками старческих пальцев чёрно-белые клавиши рояля, и, чуть грассируя, негромко напевал:
Дождик, хрупкие плечиДрожат под моими ладонями,Тихий сиреневый вечер.Помню…Синий колючий ветерЛомает ветки шиповника.Наша давняя встреча.Помню…
— Пойдём домой, — тихо прошептала Марта. — Пойдём быстрей, а то я опять заплачу…
Доехали до пункта проката машин, припарковались в общем ряду, Денис вернул неприметному служителю ключи и документы.
Неожиданно пошёл аргентинский дождик — мелкий, противный, хмурый.
К дому они шли под одним чёрным зонтом, крепко обнявшись. Часто останавливались и исступленно целовались…
В Буэнос-Айресе не было парового отопления: зачем, собственно, если даже в самые холодные месяца года среднесуточная температура редко когда опускается ниже плюс восьми градусов по Цельсию? Денис затопил маленький камин, потом прошёл в ванную комнату, открутил до упора кран, рукоятка которого была выкрашена в ярко-красный цвет.
Через пятнадцать минут из крана потекла относительно тёплая вода.
— Эй! Ты первая будешь мыться? — прокричал Денис в полутёмный коридор, ведущий на крохотную кухню.
