Леа повернула голову, отметив про себя, что Рикквед пришел со стороны водопада, что у него мокрые волосы и, самое главное, что за его спиной стоит царевна азанагов с такими же мокрыми волосами. И не скрывает своего счастья.
Похоже, Гуалате не пришлось ждать два долгих года – крепостные стены, которые пытался возвести его светлость Рикквед, пали при первой же атаке юной красавицы.
Саха между тем серьезно ответил:
– Конечно, он полностью поддержал мое решение и дал карту, благодаря которой я сюда и добрался.
Еле сдержав готовую сорваться фразу, что отец княжича такой же ненормальный, как он сам, ее высочество с досадой бросила, обращаясь к своему родственнику:
– Нам придется задержаться еще на один день. Лошадь Сахи не сможет следовать за остальными животными.
– Я готов идти пешком, – тут же отозвался оснириец, за что получил очередную шпильку от предмета обожания.
– Вижу! Действительно готов. Приблизительно так же, как кабанчик на вертеле! – резко сказала принцесса, но тут же сбавила тон. – Искупайся и приходи к жрице. Она займется твоими ожогами. Позже решим, как нам быть.
* * *
Жрица без лишних слов напоила Саху лечебным отваром, а потом заставила лечь. И пока Нэру колдовала над княжичем, залечивая ожоги юноши и снимая опухоль, остальные воины блаженствовали, радуясь короткой передышке.
Леантина долго наблюдала за довольной подругой, ожидая рассказа, но Гуалата молчала, поэтому принцесса не выдержала первой:
– И? Ты собираешься мне рассказать, почему лежишь с видом довольной сиу, словно только что побывала в курятнике?
Гуалата, рассмеявшись, ответила:
– Ну, «петушок» был очень вкусный.
– Так ты…
Царевна томно улыбнулась, повернулась с живота на спину и сказала, искоса глядя на подругу:
– Да, Леа, да! Я соблазнила твоего дядю.
Воительница потянулась, став на миг действительно похожей на лесную кошку:
– Чтобы тебя успокоить, могу сказать: он не особо сопротивлялся.
– Гуалата, да разве сейчас время для любви? Ведь любой из вас может погибнуть, – грустно улыбнулась девушка, глядя на шальную подругу.
Гуалата моментально стала серьезной:
– Леа, мне казалось, уж ты-то должна понять. Мы, азанаги, всегда готовы к смерти и всегда помним, что «завтра» может не быть. Именно поэтому умеем достойно встретить не только смерть, но и любовь!
– Тебе хоть понравилось? – слегка покраснела принцесса.
Царевна улыбнулась:
– Все прошло именно так, как я ожидала. Твой дядя удивительно нежен с женщинами. – Леа еще гуще залилась краской, а царевна, видя ее смущение, поддразнила: – Может, и тебе не стоит теряться? Мне понравился этот Саха. Или тебя больше интересует северянин?
– Я ненавижу Тиара! – сразу отрезала девушка, но Гуалата только рассмеялась:
– Я имела в виду не короля, а его рыжего подданного!
– Ну и шуточки у тебя! – рассердилась Леа. – Он мой товарищ!
– Одно другому не мешает, – глубокомысленно заявила воительница и успела вскочить за секунду до того, как Леа дотянулась, чтобы шлепнуть насмешницу. Исключительно в воспитательных целях.
* * *
Оранжевое пламя отбрасывало блики на лица людей. Гуалата, сидя на корточках, деловито пекла лепешки на раскаленном камне. Они вздувались круглыми шариками, чтобы через секунду опасть, снова став плоскими. На широком пальмовом листе уже высилась целая аппетитно пахнущая горка.
Леа наблюдала за ловкими движениями подруги, но мысли ее высочества витали далеко. Она вспоминала о последней встрече с Верховной жрицей.
Через два дня после изгнания Тени из разума медорца жрица пришла в комнату принцессы, чтобы поговорить с нею наедине. Выглядела Арзила постаревшей и очень усталой. Леа сразу обратила внимание, как осунулось лицо женщины, углубились морщины, а взгляд потерял присущее ему спокойствие.
– Тревожные вести, ийаду?
– Да, девочка моя. У нас осталось совсем немного времени. Нам готовят войну, и, если мы не найдем эти Врата, выиграть ее не получится, – жрица нахмурилась. – Я думала, нежить проникает к нам через Телгет, но, увы, Телгет всего лишь первая жертва. Похоже, темные боги и их приспешница сильно поумнели со времени последней битвы. Теперь они не идут напролом, а разъедают государства изнутри.
Леа кивнула, соглашаясь с Арзилой, – девушка тоже так считала.
– Вам придется проникнуть в страну, название которой упоминается лишь в самых древних легендах. Если бы не твое пребывание в Кенлире, боюсь, мы не вспомнили бы о ней. Названия Ураст или Уразта исчезли из наших книг. – Арзила стиснула сапфир на рукояти. – На наше счастье, кенлирцы хорошо помнят врагов. Северянам удалось разрушить единственную дорогу, соединяющую их страну с Урастом, а боги позаботились о стражах, но до сей поры королева Нейман приходит во сны кенлирцев, не давая забыть прошлое.
– Ийаду, разве она властна над ними?
– По счастью, нет, но их земли ближе всего к ее стране. Не на пустом месте, Леа, в Кенлире столько опасных тварей. Не все проникает в тот край через озеро. Иногда тень колдовства уродует самых обычных зверей. Как и души людей.
– Ийаду, в библиотеке Тиара я нашла одно предание… Она ведь была когда-то обычным человеком, эта Нейман… Она даже не настоящая правительница Ураста, а всего лишь бывшая наложница младшего сына короля… И звали ее по-другому. Нейман – это имя богини, властвующей над путями умерших. Было… когда-то.
Жрица вздохнула:
– Знаю. Жажда власти и бессмертия могут превратить обычного человека в монстра без всяких богов. А на всеобщее несчастье, честолюбивая девица нашла способ проникнуть к месту их заточения. Новые господа даровали ей вечность в обмен на обещание свободы… Для начала лишив такой обузы, как жизнь и сердце. И теперь опасность освобождения темных богов реальна, как никогда. Не уверена, что получится это предотвратить, зато в наших силах лишить их бессмертия и части могущества! – Арзила немного помолчала, потом посмотрела девушке в глаза. – Леа, ты должна знать. Это очень опасный противник, будь осторожнее. И позволь задать тебе еще один вопрос… Почему ты ни разу не посмотрела на младшую сестру?
Леа вздрогнула:
– Это вам родители сказали?
Она действительно избегала Милены. Леа было сложно внятно объяснить жрице, что удерживает ее от такого шага. Просто долгое время девушке казалось, что малышка заняла не только ее комнату, но и место Леа в сердцах родителей.
Жрица, словно прочитав ее мысли, укоризненно покачала головой:
– Леа, поверь, Милена нужна тебе не меньше, чем ты ей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
