тобой, Карой и Бетани после инцидента с Бекки».
«ОК», — сказала она очень тоненьким голосом. — «Мелани позвонила мне вчера. Она сказала то же самое, по сути. Что я вмешалась не в свое дело и причинила тебе боль».
«Она права. Мелани — это тот человек, с которым ты можешь поговорить. У нее были свои проблемы в прошлом, и она справилась с ними. Она направит тебя в нужное русло».
«Ты все еще хочешь быть со мной в эти выходные?»
«Да. Я знаю, что нужен тебе, и я сам хочу быть с тобой. Вот что я тебе скажу? Как насчет того, чтобы завтра угостить тебя завтраком?»
«Да! Да! Ты мне нужен, старший брат! Да!» — Она бросилась ко мне и крепко обняла, потом быстро отпустила, понимая, что нас могут увидеть стоящими на веранде.
«Мне нужно сделать несколько дел, а потом забрать Кару на обед. Это будет трудный разговор, Мелкая».
«Я знаю. Если ты хочешь, чтобы я поговорила с ней сегодня, просто приведи ее. Я сделаю это за тебя».
«Спасибо.»
Я пошел в свою комнату и поменял комбинацию на коробке, в которой лежал мой дневник. Я ненавидел это делать, но у меня действительно не было выбора. Я позвонил в Чикагский университет и поговорил с кем-то из студенческого отдела, который дал мне названия нескольких крупных агентств недвижимости, с которыми я должен буду поговорить, когда буду в Чикаго. Я забронировал номер, решив выехать утром 23-го и вернуться домой 29-го. Катт дала мне специальный код для семей соревнующихся, который снижал цену до половины обычной цены в отеле Интерконтиненталь в Чикаго.
Я пошел в кабинет и уточнил с отцом даты и планы, а также то, что Стефани все еще разрешено поехать со мной. Он был немного обеспокоен тем, что я продлил поездку на четыре дня, но после обсуждения согласился, что она все равно может поехать. Он напомнил мне, что моя мама была категорически против этой поездки и что нам со Стефани нужно избегать любой конфронтации. Я рассказал ему о визите Карин и о большой вероятности того, что я останусь в доме Спенсеров на той неделе.
«С каждым днем твоя жизнь становится все сложнее и сложнее! Я бы хотел, чтобы ты серьезно подумал о том, чтобы не ехать в Чикаго. Я не предлагаю тебе остаться дома или ходить в колледж здесь, просто тебе стоит пересмотреть свои планы, поскольку все они более или менее зависели от Дженнифер».
«Я думаю, все будет хорошо. Как я уже сказал, мы с Элис будем жить в одной квартире, хотя и с двумя спальнями. Она и моя подруга Кэти будут рядом, а Бет, Бетани и моя подруга Пэм тоже будут относительно близко. И серьезно, это не далеко, так что я смогу приезжать сюда, чтобы время от времени видеть Кару, Джойс, Ларри, Стефани и тебя. То же самое касается Пита и Мелани в Колумбусе. Я не позволю Дженнифер все испортить».
Он выглядел довольным и я пошел одеваться, чтобы пойти на обед с Карой. Мы договорились о гастрономе, так как мне нужно было увидеть Андреаса. Пока Ким готовила нам ланч, я сидел с Андреасом в его офисе. Мы поговорили о моем предстоящем переезде в Чикаго и он сказал, что свяжет меня с кем-нибудь там. Он знал о нескольких местах, которые могли бы использовать те же программы, что я написал для него и Дона, и что кампусы колледжей — хорошие места для поиска людей, ищущих деньги на обучение.
«Я полагаю, ты не против того, чтобы возить Джоуи», — сказал Андреас. — «Не хотел бы ты делать это более регулярно? Я думаю, что ты более надежен, чем другой парень, который это делал, хотя тот парень — итальянец».
«Конечно. Ехать, ждать, а потом ехать обратно — не такая уж большая проблема».
«Ты ведь понимаешь, что в какой-то момент тебе, возможно, придется сделать больше?»
«Да, все, что ты попросишь, Андреас. Ты знаешь это. Я сказал то же самое дону Джозефу».
«Хорошо. Иди пообедай со своей девушкой! Я буду на связи».
Мы с Карой ели наши сэндвичи внутри, потому что моросил дождь. Я надеялся посидеть снаружи и поговорить, но пришлось подождать. Она была терпелива, что я оценил. Когда мы закончили, я спросил, можно ли идти в квартиру, она улыбнулась и сказала «да». Сначала мы заехали в магазин Fazio's и купили несколько вещей, которые мне нужно было пополнить, затем поднялись на холм и припарковались. Мы зашли внутрь и разложили продукты. Я принес каждому по бутылке колы, и мы сели на диван.
«Кара, мне нужно объяснить пару вещей о Карин. Это довольно странно, и есть новый поворот, о котором я тоже должен тебе рассказать».
«Я слушаю».
«Я рассказал тебе о встрече с Карин, когда я ездил в Швецию, и о том, как она помогла мне преодолеть мое горе по Биргит и, наконец, полностью смириться со смертью Биргит. Мы с Карин понравились друг другу, но у нас так и не завязались отношения. Мы стали хорошими друзьями с некоторым интересом друг к другу, но это было все. Когда я был в Швеции, мы договорились, что будем общаться каждую неделю, а следующим летом я поеду в Швецию. Мы встретимся и посмотрим, есть ли между нами какая-то химия. В то время мы с Дженнифер были врозь, и я не знал, как все сложится, когда я вернусь домой. Дженнифер знала все о Биргит, и я думаю, она чувствовала, что Карин представляет собой большую угрозу. Вот почему она сделала то, что сделала».
«Должно быть что-то еще», — сказала Кара. «Я не вижу в этом большой угрозы».
«Вот где все становится сложным и странным. Когда я был там в декабре 1979 года, я все еще пытался полностью смириться со смертью Биргит. Мы с Карин посетили могилу Биргит и я был расстроен. Однажды ночью, когда я лег спать, я заснул, и мне приснился сон, что я занимаюсь любовью с Биргит, зову ее по имени и так далее. Это казалось таким ярким и реальным. Когда я проснулся на следующее утро, стало ясно, что это был не сон. Карин пришла ко мне ночью и занималась со мной любовью, как будто она была Биргит».
«Странно — это даже не описать! Похоже, она психически больна!».
«Как бы странно это ни казалось, я так не думаю.
