Арди вспомнил тот волшебный щит, напоминавший змеиную чешую, которым себя окружил Глеб во время дуэли.
— Пока не спился, — продолжил Март. — Бары, бордели и светские мероприятия, как бы ни были приятны, до добра не доводят — запомни это парень.
Ардан кивнул, а маг снова приложился к бутылке.
— И, знаешь, я даже не хочу знать, что там случилось с Глебом. Только с дворянами мне проблем не хватало.
— А разве всем магам не присуждают дворянский титул?
— Ты про титул этида? — хмыкнул Борсков. — Он имеет такой же вес, как и бумага, на котором выписывается постановление о его присвоении. И используется исключительно в юридических плоскостях. Спросишь в каких — отвечу сразу, что понятия не имею. Никогда не был силен в крючкотворстве. В любом случае — де-факто никто не считает этидов дворянами.
Такого в учебнике по общественному строю, разумеется, не рассказывали. Впрочем, насколько успел понять Ардан, там вообще не так чтобы много полезного содержалось, если речь касалась не теории, а практики.
— Хотя, иронично кончено, — протянул Март, снова прикладывался к бутылке. — Сперва поддержал Тею Эмергольд, а затем…
— Тея Эмергольд? — непроизвольно перебил Арди.
Борсков сперва посмотрел на него, как на идиота, а затем спохватился.
— Точно… ты же не знаешь ни хрена… — он немного поворчал и хрустнул шейными позвонками. — Если в двух словах, то далеко не все в Метрополии согласны с обязанностью носить регалии и плащи. Особенно «не все», это всякие модники и модницы или просто дворянские детки. И лет восемь назад, на ежегодном балу в честь Нового Года, Тея Эмергольд, видная исследователь в области Лей-линий, увидела, как дочь какого-то то ли Великого Князя, то ли герцога, колдует без регалий, и никто ей не делает замечаний и, уж тем более, не вызывает стражей правопорядка. С этого началась забастовка Эмергольд, которая отказывалась носить регалии во время колдовства. Ну и пары дней не прошло, как к ней присоединилось некоторое количество других наивных магов. Все, разумеется, закончилось так, как и всегда заканчиваются подобные глупости.
Арди выжидательно молчал. Март же немного грустно улыбнулся и щелкнул пальцами по горлышку бутылки, заставив ту издать мелодичный звон.
— Всех, кто бастовал, оштрафовали. Кто не дворянин по рождению или без тугого кошеля — тех упекли в тюрьму на пару месяцев, чтобы головы остудить. А потом сослали из столицы. А высокородные и богатеи… ну а что они. Они как всегда. Делают, что хотят.
— Но Глеб…
— Да и срать, что там Глеб, — отмахнулся Март, чей язык начал немного заплетаться. Видимо сказывались алкоголь, стресс и бессонная ночь в обществе вампира, что, в целом, тоже можно отнести к стрессу. — Язык у него без костей. И руки чесались все время. Когда полиция, вместе с Плащами, явилась разгонять забастовку Давосу-младшему показалось замечательной идеей начать с ними махаться. В результате он отправил к Ангелам, без малого, какого-то майора полиции. За такое его вообще должны были или на границу с Фатией отправить, чтобы землю жрал и говном умывался, либо за решетку лет так на дцать. Но братья и папенька подсуетились и организовали сынку местечко в оперативном отделе второй канцелярии…
По мере того, как Март заканчивал с рассказом, то он все сильнее растягивал слова и говорил только медленнее. А затем еще раз посмотрел сперва на Арди, затем на Плащей и маршалов, которые уже заканчивали с делами, а потом опять приложился к бутылке.
— Нет, ну теперь понятно, почему он у тебя посох с книгой забрал, — хмыкнул Март. — Как же — слава братьев покоя не давала. Думал, наверное, что найдет что-нибудь тянущее на монографию или хотя бы статейку. А там, глядишь, и Гильдия подсуетится и вернет в столицу такой ценный кадр.
— Гильдия?
— Да чтоб тебя, парень! — чуть ли не взвыл Март. — Гильдия Магов. Такая же, как Гильдия Строителей, или там, не знаю, портовых грузчиков например.
— Звучит…
— Нормально звучит, — с нажимом перебил Борсков. — Уже пару лет как в парламенте обсуждают идею переименовать их в профсоюзы. Ну, вроде как, прогрессивнее звучит. Но, думаю, это все из-за того что пост министра экономики занял бывший посол из Конфедерации Свободных Городов. Вот и тянет всякие заморские новшества в наш дом. А как по мне, парень, без разницы как этих воротил называть — суть-то от ярлыка не поменяется.
Арди ничего из выше сказанного в принципе ни о чем не говорило, да и…
Юноша осекся, посмотрел на то как Март качал бутылкой вина и что-то бурчал себе под нос и повернулся к Алькаде. Там, в небольшом городке, где жили в основном ковбои, лесорубы и шахтеры, самым большим его переживанием оставалось — как заработать пару эксов, не ввязаться в драку с пьяными посетителями салуна и… Анна.
Его не волновали драконы в горах Скальдавина; вампиры, разъезжающие с Плащами из второй канцелярии, да и о Метрополии он слышал разве что это столица и она, по сравнению даже с Дельпасом, казавшимся далеким и гигантским — еще более… далека и велика.
А теперь…
Теперь все стало так близко и так реально. Вот рядом с ним сидел маг, рассуждавший о странах, чьи названия Арди видел лишь на карте в пыльном школьном кабинете. Март пил вино откуда-то из центра мира и сетовал на то, что не затащил в постель красотку с берегов противоположного края света. И все это не волшебные, сказочные истории дедушки, а самая настоящая реальность.
Ардан повернулся на юго-восток.
Там, где-то за холмами и широкими степями, лежал, оказывается, целый мир и он совсем не ограничивался предгорьями Алькады, пусть и родными и такими любимыми.
И впервые за, наверное, всю свою жизнь Арди стало интересно не только, что на следующей странице книги или учебника, но и что там — за холмом. За излучиной тропы. За поворотом реки. За лесом и…
— Надеюсь мое скромное смертное существо не нарушит планов вашей светлости, о великий маг, — совершенно бесшумно и незаметно подкравшийся Йонатан картинно поклонился и широко махнул своей шляпой. — Мы, тут, видите ли, отправляемся в путь, но, разумеется, только в том удивительном случае, если вы нам позволите. Правда, увы, — Плащ отодвинул… плащ и похлопал ладонью по рукояти револьвера. — не думаю, что у вас есть выбор.
Арди повернулся было к Марту, но на месте мага лишь неспешно покачивались шторки вагончика, изнутри которого слышалось вялое копошение.
— Да, кон…
Йонатан разве что не вплотную к Арди подошел из-за чего почти уперся лбом в его подбородок.
— Еще раз попробуешь спорить со мной при моих подчиненных — прострелю колено. Возможно, даже, повыше бедра. Ну, знаешь, там, где у тебя яйца. И видимо очень большие, раз ты такой храбрый.
Арди молча кивнул. Ему не требовалось заглядывать в глаза странного человека, чтобы понять, что тот не шутит.
— Ну и отличненько, — улыбнулся Йонатан и, крутанувшись на пятках, сделал было шаг и замер.
— Девке помог? — спросил он не оборачиваясь.
— Помог.
Плащ надел шляпу и провел пальцами по полам.
— Уважаю, — тихо произнес он и куда громче добавил. — но яйца твои все еще в опасности.
Глава 25
' Здравствуй, матушка.
Пишу тебе из… наверное, глупо так начинать письмо. Но я, пожалуй, именно так и начну.
Пишу из вагончика Марта Борскова. Это хороший человек, пусть и много пьет и еще больше — треплется. В дождь, он разрешает мне переждать непогоду у него под крышей.
Когда ты рассказывала истории про прерии и степи, матушка, я часто сравнивал их со сказками дедушки. Как это может быть — ровная земля от горизонта до горизонта и небо, как единственный спутник. Но сейчас, когда над головой клубами дымов поднимаются грозовые тучи и в раскатках грома я слышу выстрелы старого охотничьего ружья, то понимаю, что ты была права.
Здесь, в глубине степи, у меня даже по первости кружилась голова. Представляешь — на сотни километров вокруг нет ничего, за что цеплялся бы взгляд, а редкий холм служит ориентиром для проводников и…
