Ну да, ты, конечно же, знаешь. Как знаешь про местные ветра, несущие с собой ароматы трав и полей. И про то, как широко дышит грудь, а запах безграничной свободны дурманит голову.
Хотя это может быть из-за вина Марта.
Нет, матушка, я воздерживаюсь и не пью. Знаю, что ты бы не одобрила.
Мы в пути вот уже одиннадцатый день.
Все в порядке — не переживай.
Я помню, что ты предупреждала нас с Эрти об опасности прерий и степей, но мы не встретили ни бандитов, ни волшебных монстров. Март часто говорит, что первые опасаются Плащей и маршалов, а вторые, скорее всего, Цасары. Это вампир. И, пусть она все время и говорит, что у неё мертвое сердце, но, порой, мне кажется, что я редко когда встречал тех, у кого оно более живое…
Цасара всегда старается помочь переселенцам и, даже, иногда играет с их детьми. Те её совсем не боятся.
А еще, представляешь, Март рассказывает мне много интересного. Он рассуждает о том, что здесь должны были быть не прерии и степи, а такая же пустыня, как в Священных Эмиратах Ал’Зафиры. Все это из-за того, что Лей-линии на нашем континенте пролегают слишком близко к поверхности и меняют, как сказал Март, магнитные поля. Что это такое, «магнитные поля» — я не знаю. Но, вроде как, из-за их изменения на нашем континенте Север и Юг запутались и переплелись. И зима у нас, поскольку мы в южном полушарии, должна быть летом, а летом — зима. Как на восточном материке. А в Метрополии и вовсе — джунгли, как в Каргааме и ЛанДуоХа.
Представляешь? Зима летом, а летом — зима!
Март порой рассказывает, что бывал на реках этих стран в таких местах, где деревья, непохожие на наши, растут так плотно, что между ними, порой, даже руки не просунуть!
Удивительно, да?
Март рассказывает, что все это связано с Лей-линиями и тем, как они влияют на климат и…
Прости. Повторяюсь.
Меня, немного, занесло.
Со мной все в порядке. Сплю, ем, иногда вместе с Плащами езжу в дозор, но кроме бескрайних просторов степи мы ничего не находим.
Йонатан, так зовут главу Плащей, этому рад.
Я тоже.
А еще небо здесь красивое, матушка. Не такое родное, но красивое. Наверное — так должно выглядеть море?
Я теперь понимаю, почему ты иногда скучала по этим местам…
Тоскую по тебе.
Люблю.
Твой сын,
Арди.
P. S. Скорее всего ты получишь это письмо вместе со всеми остальными, но… не знаю как сказать… пусть их будет много.
P. P. S. Как вы? Добрались до Дельпаса? Как дом? Как здоровье Эрти? С вами все в порядке?
P. P. P. S. Надеюсь, что после Нового Года…'
— Проклятье, — щелкнул зубами Март, слезая с козлов и забираясь внутрь вагончика. — Как из ведра прям.
Арди сложил недописанное письмо и убрал в дорожную сумку к десятку других. Он отодвинул край парусины и посмотрел на небо. Там тучи сражались могучими сине-черными волнами, наползая одна на другую. И яростная буря высекала искры змеистых молний, прибивая траву к земле раскатистым рокотом грома.
Капли не просто мерно барабанили по их нехитрому своду, а, казалось, и вовсе пытались пронзить крышу насквозь.
Март отряхнул кожаный плащ-дождевик и, трясущимися руками, вытащил из своего бездонного чемодана очередную бутылку. Зубами выдернув пробку, маг приложился к горлышку и сделал несколько шумных глотков.
— Тебе уже даже и не предлагаю, — отмахнулся он от Арди.
Судя по тому, что их перестало трясти — караван встал якорем на привал. Но оно и понятно. Дождь, за последние полчаса усилившийся до ливня, мог размыть даже самые, с виду, надежные участки земли, а в таких можно не только увязнуть, но, не приведи Спящие Духи, рессору сломать или, того хуже — колесо.
— Не помню, чтобы у Матабар алкоголь запрещался так же строго, как и у орков, — Март качнул бутылкой и уселся на сундуках.
— Матушка, — коротко ответил на неозвученный вопрос Арди.
— Воцерковленная?
— Не то, чтобы, — пожал плечами юноша. — Но верит в Светлоликого и, по возможности, старается не нарушать заповедей.
— Светлоликий и его заповеди, — фыркнул Март. — у него уже столько конфессий наплодилось, что и не разберешься. Где-то можно пить алкоголь, где-то нельзя. У одних разрешено многоженство, у других разрешены однополые связи. А третьи и вовсе — строят церкви на костях неверных.
— А это у кого такие…
— Теократия Энарио, — скривился маг и, покопавшись в сундуке, достал две карты. На одной были изображены страны — примерно такая же, только с чуть устаревшими границами, висела в школе. А вторая — там, на первый взгляд, красовалась путаница из обозначений климатических зон, лесов, рек, ледников и болот — именно на ней Март объяснял Арди теорию взаимосвязи природы и Лей-линий. — Вот, смотри.
Маг, стянув зубами влажные перчатки, начал вести пальцем по бумаге.
— На юге от Ральских гор, ниже по течению реки Эвы. Теократия Энарио, — Арди посмотрел на маленький клочок земли, который на школьной карте обычно просто заштриховывался. — Поганое местечко, о котором не любят говорить в Империи.
И действительно — Ардан помнил, что в учебнике истории этому месту было посвящены всего несколько абзацев.
— А поч…
— Потому что по зубам надавали, в свое время, — засмеялся Март. — Нет, им, конечно, в этом помогли Кастильцы и Селькадо, но сути того не меняет. Гребаные фанатики смогли месяц держать оборону против тогда еще не особо окрепшей империи. Ну а затем — Инцидент Госпожи Талии поставил точку в экспансии на этом направлении.
— Что еще за инцидент?
Март глотнул вина, вытер губы рукавом, и возвел горе очи.
— Ох уж это поселково-деревенское образование… реформу провели, количество предметов вам до городского подняли, но, небось, учителя по три предмета сразу ведут?
— По два, — поправил Арди.
— По два, — снова фыркнул Март. — Что-нибудь про Сержанта Мендеру слышал?
— Только то, что благодаря ему и его отряду, Галес смог выкрасть у Фае особое пламя, с помощью которого победил в войне.
— Ну, если опустить некоторые детали, то так оно, в целом, и было, — кивнул Март. — В общем, Галес понахватал земель, стал империей, но на тот момент еще, как бы это сказать — не укрепился сам и свою власть на местах. И одним таким участком стала, как раз, граница с Энарио.
— А зачем…
— Я не историк, Ард. И не политик. Мне-то откуда знать, зачем империи потребовался этот забытый Ангелами клочок земли?
Ардан еще раз посмотрел на карту. Он тоже не видел особо критичной важности в расположении Энарио. Но, как верно подметил Март, они ведь не историки и не политики.
— Пару лет империя налаживала свой быт, а затем решила отправить Мендеру с его подчиненными и госпожой Талией в Энарио. Мол — восстановить отношения, — Март хмыкнул и щелкнул пальцами по карте. — Как итог — госпожа Талия пропала без вести. Мендера погиб от рук своих же подчиненных, а вместо восстановления отношений… видишь эту серую зону на севере, прям рядом с горами, и еще одну на юге?
Арди присмотрелся к карте. На ней действительно, если хорошо присмотреться, можно было обнаружить две серые кляксы.
(прим.автора: карту в высоком разрешении можно найти в доп.материалах к книге)
— Мертвые Края.
— Мертвые края?
— Ебу…еся Ангелы! — не сдержался Март. — И на что уходят наши налоги, парень! Чтобы вас там в школе вообще ничему не учили⁈
Ардан немного нахмурился. Его школьные учителя может и не обладали учеными степенями и не учились в университетах и институтах, но ответственно подходили к своему делу.
