— Молчи, — Миша прикусил мочку моего уха. — Что захочу, то и буду делать с тобой.
— Господин, — нашу идиллию прервала Катя. Я сразу же встрепенулась. — Принести вам второе блюдо?
— Да, несите, — кивнул супруг, крепко держа, дергающуюся меня, за талию. — Сиди смирно, — цокнул Миша, когда девушка отдалилась.
— У вас такие странные обращения дома, — неожиданно сказала я. Меня всегда поражало то, как служащие особняка обращаются к хозяевам и как изначально собирались обращаться и ко мне. — Как-будто вы из девятнадцатого века.
— Это еще от деда пошло, — объяснил Миша и притянул мою тарелку супа к себе. — Это ничего для меня не значит, но я никого не исправляю.
— Значит, тебе это нравится, — констатировала я. Мои руки покоились на его плечах, и Миша сам приблизил ложку с грибным супом к моему рту. — Если не исправляешь.
— Я об этом не думал, — почесав затылок, ухмыльнулся он. — Скорее мне безразлично, нежели нравится.
Миша не выпустил меня с рук, пока я не доела всю тарелку грибного супа. Вечером он оставил меня, читающую книгу с чашкой горячего какао, в гостиной у елки, а сам отправился в свой кабинет. Немного ломило тело, вероятно от неудобной позы, в которой я заснула в самолете, но я все равно была безумно счастлива.
— Насть, — внезапно мой муж возник в гостиной, рядом с моим диваном. — У меня много дел, давай я уже отнесу тебя наверх.
Говорят, что к хорошему быстро привыкают. Это абсолютная правда. Кивнув, я вытянула руки, привыкшая за несколько дней к его заботе и теплым объятиям. Миша отнес меня осторожно по лестнице наверх, в нашу спальню и аккуратно уложив на кровать, отдалился.
— Если тебя нужно в ванную, — ласково обратился он. — Я уже набрал ее.
— Спасибо, — радостно улыбнувшись, я стала снимать с себя одежду.
Миша так же, как и в номере в Сочи, отнес меня в душистую, теплую воду с ароматной пеной. К сожалению, у него были какие-то дела, и оставив меня наедине с самой собой, он вернулся лишь спустя минуть двадцать, когда я почти завершила уход за волосами. Муж сразу же завернул меня в халат и опустил в свежую, расстеленную постель.
Собственно, травма стопы не делала меня немощной, но как же приятно было чувствовать то тепло и ласку, которой меня окружил этот мужчина. Поцеловав меня в лоб, Миша снова отстранился и вернулся к себе в кабинет.
Осторожно встав с постели, я с трудом достала из шкафа первую попавшуюся пижаму, ту самую, с котятами, которую подарила мне Агата. Сняв с тела халат, переоделась в теплый костюм. В его, точнее уже в нашей, спальне, как всегда было немного прохладно. С улыбкой отметила, что Миша добавил некоторую мебель в свою спальню ради меня. Подойдя к зеркалу, села за высокий стол, так как стоять долго у меня не получалось. Я нашла в полке у туалетного столика свой фен и подсушив свои волосы, нанесла немного защитного масла на кончики. Миша еще работал в своем кабинете, а я, досадливо вздохнула, ведь мне совершенно не хотелось ложиться в постель без него. Просто до мурашек невероятные чувства переполняли меня в ту секунду, когда я оглядывалась по сторонам. Это — наша с ним комната.
Я решила подождать мужа, разместившись с пледом у окна рядом с едва греющей батареей и продолжив свое чтение. После полуночи начали слипаться глаза от бесконечной вереницы терминов по юриспруденции и, безнадежно выдохнув, все же решила лечь в постель, как вдруг, в комнату, вошел мой муж.
— Еще не спишь, — заметив меня у окна с книгой, слабо улыбнулся он. Миша был уставшим: темные круги под глазами и залегшая, глубокая складка на лбу говорили сами за себя. — Я приму душ. Подожди меня, хорошо?
Я радостно кивнула и спустя секунду, как он уединился в ванной, сон как рукой сняло. Намазав ароматный лосьон с жасмином на шею и плечи, о которых я благополучно позабыла сразу же после душа, я надела ночную рубашку обратно, похлопала себя по плечам и вернулась в кресло. Шум воды прекратился и из ванной комнаты вышел мой муж: по пояс обнаженный, с полотенцем на талии. Его волосы были влажными, по груди стекали капли воды, и хоть я видела эту картину уже несколько раз за последние два дня — все равно не могла отвести от него глаз. Миша подошел к комоду, посмотрел на часы, а затем бросил на меня изучающий взгляд.
— Что это на тебе? — грозно спросил он.
Вздрогнув от тона его вопроса, я осмотрела себя с ног до головы.
— Пижама… — ответила тихо и схватила край одеяла.
— Сними ее, — нервно процедил он, другим полотенцем подсушивая свои короткие волосы. — Ты что, всерьез собиралась ложиться в мою постель в… этом? — презренно добавил мой муж, указывая пальцем на мое тело.
— Ладно, — послушно кивнула, чувствуя, как пылают мои щеки. Да что с ним такое? — Сейчас надену что-нибудь другое.
— Настя, — обратился он громко. — Ты ничего не наденешь, — констатировал он, глядя на меня. — Ложись голая, — приказным тоном продолжил супруг. — Не хватало еще, чтобы моя женщина в моей постели была в идиотской пижаме.
Как же красиво звучало его обращение «моя женщина» по отношению ко мне. Я расплылась от радости, позабыв обо всем на свете. Даже о его внезапной вспышке гнева из-за моей пижамы.
— Если хочешь, носи ее дома, чтобы прикрывать от посторонних глаз свое тело, — из моих мыслей вырвал меня недовольный голос Миши. — Но не в спальне.
