все операции, дергая за энергетические нити и закрыв глаза. Шевелиться все равно нестерпимо больно. Я так увлеклась, что не заметила, что Стефан сумел подняться. Он вырос сзади
Король махом и на полминуты сразу перекрыл мне кислород, воспользовавшись тем, что мои потоки были так же доступны и открыты, как и его собственные. Маг подошел ближе и разрешил дышать.
— Ты все равно теперь не жилец, — выдавила я из себя, пользуясь тем, что он молчал. Видимо, изучал повреждения. — С одной стороны я проделала очаровательное отверстие, обеспечив магпотерю. А другое, на энергетическом уровне, будет вытягивать из тебя силу в обратной воронке и отдавать ее брату. Ты теперь, как решето, Стефан.
Глава 100
Похоже, у меня было всего несколько секунд на добивание. И я промахнулась. Почему я не тренировала меткость, редко принимала приглашения князя на полигон… Но кто же знал… Ни я, ни Родерик — уж точно.
— Рад познакомиться, Оливия, — почти светским тоном выдал король. — Я так понимаю, ты больше не притворяешься и брата мне затмить не удалось. Ты повернута на нем ровно так же, как он на тебе. Приятно сознавать, что хоть в чем-то обстоятельства сложились в мою пользу.
Судя по голосу он подозрительно быстро оправился. Разглядывать его, выдавать свою неуверенность — обойдется. Тем более, как бы он ни напитался моей энергией, прорехи такого уровня ему не закрыть. Рано или поздно, энергия хлынет из него в никуда, а также в Родерика.
Мой план увечен на обе ноги, но отказываться от него я не собиралась. Я потеряла любимого, ребенка от князя тоже не будет. Зато я умру, как подобает опозоренной дочери дворянина, которая умудрилась подтащить своего обидчика к самому краю.
Так что слова короля я проигнорировала. Наскоро соорудила между нами преграду из огня — самое простое решение, потому что сейчас ему доступны все те же маглинии, что и мне, — подняла погнутую дугой трубу и наставила на себя. Получился острый разящий двузубец.
Последний приказ, и я замерла, ожидая, что металл через мгновение разорвет живот. Останется только расширить обе раны. Воздушное заклинание тоже на губах. Иначе я рисковала переключиться на боль и не вспомнить его сразу. И… Двузубец улетел в противоположную стену, разбив зеркало где-то над головой.
— Так, Оливия, героизм расходуем только во славу трона, то есть меня. Достаточно. Еще одна идиотская попытка не засчитана.
Стефан приподнял меня над полом и завернул в свой халат. Конечности окаменели. Вот это уже полное и бесповоротное обездвиживание.
— Это чтобы не взять тебя еще раз. Сейчас не до забав. Так совпало, что я готовился выпить ту девочку из Загота, которой ты помогла сбежать. Был уже в ударе, не в состоянии сосредоточиться, и твой фокус удался. Больше никаких ошибок.
Теперь я даже глазами двигать не могла. Он, наверное, втащил сюда кресло. Уселся. Я же рассматривала кусок водопроводной системы, вмонтированный в стену и прикрытый драпировкой. Апатия захватила внезапно и целиком.
— Ты, конечно, знатно нагадила, но и польза от тебя огромна. Если продолжать подпитываться извне, то сегодняшней порции мне хватит лет на пятьдесят. Ошеломительная мощь в какой-то девчонке. А я еще не верил тестам… Крак с ним с Колесом. Риски сдохнуть были велики. Можно не связываться с Родериком сейчас. Отправить его гнить на очередную бессрочную войну. К тому же непонятно, как подействует перекрученная тобой воронка.
Тщетно я пыталась связывать его слова в единое целое. Суть ускользала. Голова падала на грудь. Он передумал нападать на Родерика? Король усилился или ослаб?
— Чем же ты меня так мощно шарахнула… Я чувствую огромную силу, но она и убывает с безумной скоростью. Придется держать тебя про запас, догоняться другими. Неделю исполин, а через месяц калека… Ты же должна перестать делать глупости, Оливия. Ты нужна мне живой, с большим интересом к жизни и связанная по рукам и ногам. Я сейчас превосхожу Родерика в несколько раз. Осознаешь, что это значит?
Он потряс меня за ноги. Я не откликалась. Захоти я пошевелиться, ничего бы не вышло.
— Тебе нужно будет снова спасти моего брата. Объяснить, что ты к нему охладела. Причем так, чтобы он поверил.
Неожиданно для самой себя я вынырнула из забытья:
— Родерик не должен погибнуть. Мы больше… Больше не будем вместе. Он заслужил нормальную семью, а не вот это все. А тебя, мр… зь, я уничтожу. Только немножко посплю.
Измученным телом я ощутила, как он нырнул в магпотоки, изучая меня, словно видел впервые. Наверное, и, правда, час назад был не в себе. Иначе бы закрыться тогда не вышло.
— Ого-го-го. Подправлю-ка я тебе память, деточка. Выкинем оттуда интрижку с братом и сегодняшнюю битву в постели. Таких боевых у меня было раз, два и… ты. Я вложу тебе воспоминания тех, кто сдался сразу. Они делали все, чтобы выжить… Тем более, кто в здравом уме отказывает королю… Ты растеряешь спесь и станешь умолять убрать это из твоей головы. На коленях приползешь. Один из многих крючочков, который свяжет нас надолго… Падать в мои объятия каждую ночь. Как тебе?
Я бы желала, чтобы он убил меня на месте. Чтобы пришел в ярость. Источал разочарование, ту звериную злобу. Вместо этого он чуть ли не шутя комбинировал, как славно заживет со своей новой изуродованной магией… Его величество не держался за жизнь. И, вероятно, не любил никого, а себя — меньше всех.
— Младший брат когда-то отобрал любимую куклу, Стефан? Ваша нянька наказывала тебя чаще, а мать не целовала перед сном? Не веришь, что достоин внимания сам по себе? Давит украденная у брата корона? Из зеркала всегда смотрит ублюдок. И с этим ничего не подел…
Он все-таки швырнул меня вслед за куском трубы. Я ударилась спиной о пустую раму, а потом свалилась вниз, на осколки. Темнота стала вязкой. Еще более черной, чем тьма под сердцем обоих Конрадов. Как же я ее ждала…
И все равно какие-то звуки пробивались сквозь толщу ваты. В комнате снова говорили. Незнакомец покашливал почти через каждое слово.
— Там лорд Бланш, сир. Пришел за дочерью. Утверждает, что она активировала именной пропуск от королевы. Рвется сюда, уложил троих. Не желает верить, что ее нет во дворце.
— Разберитесь. Не мне вас учить, — бросил Стефан.
— Но Бланши — из ближнего круга Ее Величества Клавдии. Лорд не обвиняет вас напрямую. Орет, что по всему городу этим вечером искали беглого каторжника. Просит проверить и ваши покои.
