наклоняюсь к ней: – Джинны спасли часть книг из Александрийской библиотеки. Так что больше тебе не придется оплакивать их потерю.
– Почему ты мне в прошлый раз не рассказал? – Она бьет меня в бок и, очевидно, уже не очень сильно злится.
– Тогда я еще недостаточно хорошо тебя знал. – Я кладу ладонь ей на спину, не в силах противиться желанию дотронуться до нее, и подталкиваю вперед. – Как тебе в женских покоях?
– Исида первым делом всполошила всех остальных обитательниц. Судя по всему, она местная знаменитость. Думаю, ее забавляет то, как все взволнованы. И да, я совсем иначе ее себе представляла.
– В нашем мире она почти так же известна, как в твоем – королева.
– Но намного лучше разбирается в моде и в целом вроде как покруче. Она просто делает то, что ей нравится.
– Так и есть. Кстати, я бы никогда не позволил себе свести личность женщины до ее одежды.
– Ну конечно.
Нефертари вроде как слегка придвигается ко мне, и теперь при ходьбе наши тела соприкасаются.
– У меня телефон не ловит. Так не пойдет. Я должна быть в любой момент доступна для Гарольда и Малакая. – Ее голос, в котором буквально мгновение назад слышалось веселье, теперь звучит встревоженно.
– Я об этом позабочусь. Не переживай. – Мне очень хочется поцеловать ее в висок, но вместо этого я лишь успокаивающе поглаживаю девчонку по спине большим пальцем. Сквозь тонкий лен блузки чувствуется ее теплая кожа.
Вздохнув с облегчением, она замедляет шаг. Однако мы уже достигли небольшой лестницы, ведущей к широкому возвышению, где стоит огромный письменный стол. Королева не сидит за ним, а, прислонившись к столу, слушает рассказ Исрафила. Данте периодически вставляет замечания. У Саиды с первым высшим ангелом натянутые отношения. Не то чтобы королева не терпела связи того с ее сыном, наоборот, она рада, что рядом с Данте есть тот, кого он любит. Но насколько толерантны джинны в своих гетеросексуальных отношениях, настолько же нетерпимы к однополым парам. Я, кстати, никогда не понимал причин. Королева пытается мягко изменить взгляды народа, не в последнюю очередь потому, что желает видеть Данте своим преемником. Однако он никогда не сможет править рука об руку с высшим ангелом, а Исрафил вряд ли смирится с тем фактом, что Данте заведет детей от одной или даже нескольких женщин-джиннов. Если однажды Саида отречется от престола, то королевой станет сестра Данте. Что, в свою очередь, невозможно у ангелов, где женщина не может стать высшим ангелом. Но зато мы, в отличие от джиннов, максимально моногамны, если любим. Будь по-другому, я мог бы…
– Азраэль, очень рада тебя видеть. – Мы приближаемся к королеве, она берет меня за руки и в знак приветствия расцеловывает в обе щеки. – Хорошо выглядишь.
Так было не всегда. После того как отбыл наказание, я превратился в настоящую развалину. Она приказала здешним врачам вылечить меня. Саида единственная из аристоев, кто не винил меня в затоплении Атлантиды. Она воспринимает меня еще одним сыном, хотя имеет немало биологических детей. У ангелов нет матерей и отцов, а она заполнила эту пустоту. В отличие от богов и джиннов, мы не размножаемся естественным способом. Ангелы всегда возникают из света.
Я обнимаю королеву. В человеческом обличье у нее мягкие округлые формы, в волосах седые пряди, а вокруг глаз разбегаются морщинки от смеха. И как обычно, от нее пахнет медом и кунжутом. Это она когда-то научила меня готовить. Саида считала, что мне необходимо какое-то толковое занятие, чтобы отвлечься от размышлений. Судя по всему, пару тысячелетий назад я был довольно мрачным.
– Значит, это и есть та девочка? – тихо интересуется королева. – Она справится?
– Я почти уверен. – Отстранившись от королевы, я поворачиваюсь к своей спутнице: – Позволь представить тебе королеву. Саида, это Нефертари де Вески. Она найдет наши регалии.
– Скипетр, – поправляет меня Нефертари. – Я ищу только скипетр.
А потом протягивает руку Саиде, ничуть не впечатленная тем, что перед ней королева и к тому же джинн. Наверное, она часто появляется перед королевой, ведь принадлежит к аристократическому роду.
– Это начало. – Саида принимает ее ладонь и слегка пожимает. – На самом деле я думаю, что ты смогла бы отыскать и весь ковчег, если бы захотела.
– Я все нахожу, – как обычно, нескромно соглашается Нефертари, и я прячу улыбку. – За соответствующее вознаграждение.
Саида негромко смеется.
– Тогда надеюсь, что ты заключила хорошую сделку и не позволила себя обмануть.
Я едва заметно вздрагиваю. Саиде, как и всем остальным, известно о договоренности.
По лестнице поднимаются Сет и Гор, а Энола и Кимми следуют за ними. Обмен приветствиями с Гором проходит почти так же душевно, как и со мной. Сет лишь коротко кивает Саиде, в то время как она здоровается с девушками. Затем королева потирает руки.
– Исида захотела отдохнуть, но мы и без нее можем все обсудить. Что вы собираетесь делать дальше?
– Начнешь? – спрашиваю я у Нефертари.
Та кивает.
– Здесь есть план Долины царей?
Саида что-то говорит Намику на своем языке. Молодой управляющий, который до сих пор почти незаметно стоял возле стола, принимает форму джинна и взлетает к полкам.
– Как удобно, – тихонечко ахает Кимми. – Почему мы, люди, не обладаем никакими особыми способностями?
Саида сцепляет руки.
– Спроси об этом Прометея. Это он вас придумал.
– Конечно, обязательно пожалуюсь, когда в следующий раз с ним встречусь, – довольно нагло отзывается Кимми.
– Он учится в Университете Санта-Барбары, – сообщает Гор. – Можем как-нибудь туда слетать, если хочешь. У него классная девушка. Вы бы с ней поладили, она изучает археологию.
– Серьезно?
– Серьезно. Но только если ты захочешь.
– Давайте сфокусируемся на нашей проблеме? – холодно перебивает этих двоих Исрафил. Кимми слегка вздрагивает от его упрека, и Гор быстро обнимает девушку за плечи.
Намик спускается обратно, держа в руке свиток. Вновь приняв человеческое обличье, он разворачивает карту на письменном столе.
– Тут обозначены все гробницы. Как завершенные, так и не завершенные, и полностью разрушенные. – Юноша прижимает уголки книгами.
Нефертари склоняется над картой.
– Сначала исследуем усыпальницы Рамессидов, – объясняет она королеве. – Возможно, найдем там скипетр, а может, только новую подсказку. Соломон не мог спрятать регалии в слишком очевидном месте. – Она тыкает пальцем в разные гробницы. – Сосредоточимся на настенных росписях, секретных коридорах и камерах. Соломон наверняка знал, что их изначально строили как тайники для ковчега. Будь я на его месте, оставила бы где-нибудь подсказку, и надеюсь, что при помощи кода у нас получится открыть нужную камеру.
– Мы поддержим вас во всем, – кивает Саида. И пусть
