– Ты слышал, Джон! Убирайся отсюда и займись делом! И если я еще хоть раз увижу тебя здесь…
– Не смей указывать мне, что делать, Девон! Мисс Моргана здесь не в тюрьме. Сэм сказал, что к ней надо относиться как к гостье.
Мгновенно вспыхнув, Девон резко схватил юношу за грудки и яростно проскрежетал:
– Убирайся отсюда, жалкий ублюдок, иначе я сотру тебя в порошок…
Джон высвободился из рук хозяина и двинулся на него, кипя гневом, когда вдруг по двору разнесся громкий голос:
– А ну-ка прекратите!
Увидев Говарда-старшего, направлявшегося к ним, Моргана испытала невероятное облегчение.
– Иди работай, Джон! Поговорим об этом после, когда вы оба немного поостынете. – Не дождавшись ответа юноши, он повернулся к сыну, и его бледное лицо покраснело от ярости. – А с тобой, Девон, я хочу поговорить в кабинете!
– Я никуда не пойду, пока этот ублюдок здесь!
Сэм перевел взгляд на неподвижного молодого человека, который тяжело дышал, едва сдерживая гнев.
– Я же просил тебя вернуться к работе, Джон! Сейчас же! Будь я проклят, если позволю своим работникам драться посреди двора как собакам. Иди!
Оглянувшись на Моргану, Джон медленно развернулся и пошел прочь.
Проводив его глазами, Сэм снова обернулся к сыну и строго повторил:
– А теперь пройдем со мной в кабинет, мой мальчик!
Искоса посмотрев на Девона, Моргана успела заметить, с каким презрением он взглянул на нее, прежде чем удалиться вслед за отцом.
– Что с тобой, Девон? Ты ведешь себя как полный идиот! С тех пор как Моргана появилась в нашем доме, ты стал другим человеком! За два месяца, проведенных здесь, она не сделала ничего плохого. А теперь я хочу знать, что тебя мучает?
Сидя за широким столом в своем кабинете, Сэм Говард мрачно смотрел на сына.
– Тебе не кажется, что я знаю Моргану лучше, чем вы все? Ты забываешь, что я провел с ней немало дней в пути. Я прекрасно знаю эту женщину… знаю, какой порочной она может быть.
– Ты влюблен в нее, Девон? Ты ревнуешь и поэтому нападаешь на Джона?
– Влюблен? Что за ерунда? Черт, ничего глупее представить себе не могу! Нет, когда она покинет этот дом и вернется к своему любовнику, я буду счастливейшим из смертных!
При этих словах губы Сэма Говарда сжались в суровую линию. Ему не нравилось, что Девон так говорил о молодой женщине, к которой он успел привязаться. Правда, когда дело касалось Морганы, Девон отказывался мыслить здраво, поэтому Сэм решительно произнес:
– Мне этого недостаточно, Девон. Я хочу, чтобы ты кое-что понял. Я не потерплю скандалов между тобой и работниками. Что бы тебя ни мучило, держи это при себе! Ясно? И пока Моргана находится в этом доме, я требую уважения к ней! Насколько мне известно, она настоящая леди, и к ней надо относиться подобающим образом. Понятно?
– Да, Сэм, понятно. – В голосе Девона прозвучала тихая угроза, причину которой Сэм так и не смог понять. Не желая продолжать этот бессмысленный спор, он коротко проговорил:
– Помирись с ней! Мне надоели ваши постоянные ссоры!
Помолчав несколько минут, Девон устремил на отца долгий угрюмый взгляд:
– Хорошо, Сэм. Будь по-твоему.
Он немного помедлил, чтобы окончательно успокоиться и дать отцу возможность вникнуть в смысл его слов, а потом развернулся и спокойным шагом вышел из комнаты. Глядя на дверь, за которой исчез сын, Сэм невольно хмурил брови. Не нравилась ему эта внезапная покорность со стороны Девона… ох как не нравилась.
– Единственное, чего я не могу понять, как Стив попался на удочку Санта-Анны! – воскликнул Девон, глядя на отца с выражением гнева и недоумения. В тот вечер вокруг стола собрались, как обычно, все работники ранчо, и каждый стремился высказать свое мнение по поводу депеши, полученной накануне от Стивена Остина. Разговор был громкий и оживленный. Для Морганы эта новость оказалась настоящим ударом. С полковника до сих пор не сняли обвинения, и, несмотря на бодрый тон письма, в деле, по которому он отправился в Мехико, не намечалось никакого прогресса.
С того момента как девушка заняла место за общим столом, ее тревога возрастала с каждой минутой. Окинув взглядом лица присутствующих, она поняла, что отношения между колонией и столицей находятся под угрозой. Джед Маркем покраснел, что было ему совсем несвойственно; Рауль Рафрага, который привык хранить молчание за столом, на сей раз открыто высказал свое недовольство поведением Санта-Анны; Джим Уоррен также всем своим видом выражал враждебность. По мере того как обстановка накалялась, Моргана чувствовала на себе все более тревожные взгляды Джона Фуллера.
Из всех присутствующих Девон был самым красноречивым, и каждое его слово дышало яростью:
– Стиву давно пора понять, что Санта-Анна – лживый ублюдок, который заранее знал, как будет решен техасский вопрос! Но Стив продолжает наивно полагать, что Санта-Анна на нашей стороне, особенно после его «великодушного» предложения объявить Техас независимой территорией. Он, черт возьми, прекрасно понимает, что в этом статусе Техас будет подвержен еще более строгому контролю со стороны государства, чем если бы он находился в составе страны! А еще Санта-Анна даже не упомянул о нашем требовании изменить систему налогов!
– Я обеспокоен также, как и ты, Девон, но в то же время уверен, что Стив не сделает ничего без нашего ведома, – спокойно проговорил Сэм. – Впрочем, это даже к лучшему, что он не может сейчас покинуть Мехико. Нам необходимо иметь в столице своего человека, и мы…
– Мне кажется, вы слишком поспешно судите Санта-Анну… – Внезапное вмешательство Морганы заставило всех обернуться к ней, и, не в силах долее сдерживаться, девушка продолжила натянутым голосом: – Никто из вас не думал о том, что полковник Остин может не подходить для возложенной на него миссии?
Чувствуя на себе горячий взгляд Девона, Моргана решительно проговорила: j
– Санта-Анна сделал очень много для объединения страны. Только благодаря ему фракции, еще в начале года разрывавшие Мексику на части, теперь объединились и успокоились.
Раздавшийся справа от девушки глубокий голос Сэма заставил ее на время прерваться и обратить на него внимание:
– Ты смешиваешь разные понятия. Санта-Анне предстоит еще сделать очень многое, чтобы доказать…
– Как вы можете такое говорить, Сэм?! – недоуменно воскликнула Моргана. – Он герой! Он много раз вел войска в бой, он рисковал жизнью ради Мексики! Он знает свое дело!
– Да, он, черт возьми, знает свое дело и знает, чего хочет! – бесцеремонно вмешался Девон. – Он хочет стать диктатором! Он хочет, чтобы народ боготворил его и молился на него! И он, конечно, мечтает о большом будущем для мексиканцев, но только в том случае, если сам построит это будущее! Этот человек считает нас всех безмозглыми животными, которые слепо будут повиноваться его приказам. И самое главное, он не будет делать для страны ничего, если это не принесет пользы ему лично!
