class="p1">Таниэль раздражённо хмыкнул.
− Я беспокоюсь о Фатрасте, как о пало, так и о крессианцах. Судьбы всех, кто здесь живёт, связаны воедино. Я не хочу отрезать нос, чтобы досадить лицу. Последние пять лет мы с Ка-Поэль пытаемся найти способ отстранить Линдет от власти, и лучшее, что мы придумали, − это устроить революцию.
− А я-то думала, что ты выбрал мирный путь, − саркастически заметила Влора.
Она не знала, что теперь делать, но ей это не нравилось. Забавно, что десять лет назад она поддержала бы Таниэля, не задумываясь. Она была идеалисткой, полной надежд, решительно настроенной, как сейчас Таниэль, судя по тому, что он говорил. Это она изменилась, а не он. Нет, не забавно, решила она. Ужасно.
− Так и есть, − заявил Таниэль. − По большей части. Объединение пало − первый шаг к мирной революции. Наша цель − загнать Линдет в угол. Последние двенадцать лет я изучал её действия и с готовностью признаю, что она умнее меня. Но я тоже не дурак. Я вижу закономерности. Все, что она делает, − это ради Фатрасты. Не ради людей или страны, а ради концепции. Она хочет, чтобы страна была успешной, и до сих пор это удавалось только благодаря её воле. Если вся Фатраста обернётся против неё, она отречётся.
Влору эти объяснения не убедили. Её что-то беспокоило во всем этом разговоре, но она не могла понять, что именно.
− Мама Пало была одной из ваших? − спросила она.
− Да, − ответил Таниэль.
− Ты позволил ей умереть.
Взгляд Таниэля тал жёстким.
− Вообще-то убила её ты. − Он помолчал. − Я не видел, как вы шли. Четыре пороховых мага в сопровождении проводника пало отправились в самое сердце Гринфаэр? Это было бесшабашно даже для тебя. Если бы я знал, я бы вас остановил.
− Ты мог бы спасти её от виселицы.
− Для чего?
− Спасти жизнь пожилой леди! Спасти единственного человека, который объединял пало против Линдет! Помешать черношляпникам отпраздновать очередную победу. Чтобы...
Влора осеклась, внезапно рассердившись на Таниэля за бездеятельность, а на себя − за то, что содействовала гибели Мамы Пало. Таниэль склонил набок голову, и она прищурилась.
− Что такое?
− Пожилая женщина, которая умерла, не была Мамой Пало.
Влора открыла рот и закрыла.
− Ты... ты сукин сын. Проделки Ка-Поэль?
− Ну конечно. Женщину, которая взошла на виселицу, звали Черин-Тес. Она с самого начала была подставной фигурой и знала это. И не называй меня монстром за то, что я позволил ей умереть. Болезнь крови всё равно унесла бы её ещё до конца года. Она знала на что идёт.
− А Мама Пало?
− Пару месяцев Линдет будет в неведении, но всё равно поймёт свой промах.
− Мой промах, − поправила Влора.
− Ага.
Влора нахмурилась. Не хотелось, чтобы после её ухода из города поползли слухи, что она схалтурила. Это сильно повредит репутации «Штуцерников». Какая-то смутная мысль по-прежнему не давала покоя. Она билась на краю сознания, как мотылёк, застрявший между стёкол оконной рамы. Наконец Влоре удалось её схватить.
− Дайнизы, − сказала она. − Мелн-Дун. Люди-драконы. Есть ли между ними связь?
Впервые с тех пор, как тронулся кэб, лицо Таниэля стало каменным, он прищурился.
− Это совершенно другое, − тихо ответил он.
− Для тебя этот проблема?
− Дайнизы хитры. Они очень незаметно проникли в Гринфаэр. Мы наблюдали за ними, держась на расстоянии, но, если я правильно сложил кусочки головоломки, Мелн-Дун обвёл тебя вокруг пальца, заставив помочь в свержении Мамы Пало...
− Да, так и есть, − прорычала Влора.
− ...и Мелн-Дун имеет какие-то дела с дайнизами...
− В этом почти нет сомнений, − перебила Влора.
− ...тогда нам с Ка-Поэль скоро предстоит выступить против них.
Влора не завидовала дайнизам. которые попадут в эту чистку. Она знала, на что была способна Ка-Поэль в гневе, а если магия, замаскировавшая Таниэля, может служить каким-то показателем, то с тех пор она продвинулась ещё дальше.
− Что они здесь делают? − спросила она.
− Мы не знаем.
− Не знаешь или не скажешь?
− И то, и другое. У нас есть подозрения, но...
Влора хотела, чтобы он закончил фразу. Но он замолчал.
− Ты мне не доверяешь, − заключила она.
− Ты работаешь на Линдет.
− Ты только что выложил мне гораздо больше информации, чем шаткие подозрения насчёт дайнизских шпионов.
− По сравнению с нашими подозрениями всё это несущественно. Кроме того, ничего из того, что я рассказал. не поможет тебе сражаться с нами. Черношляпники не один год пытаются изловить Красную Руку. Для меня единственный способ выживать − сделать так, что ловить некого.
− Таниэль Красная Рука, а?
− Просто Красная Рука. Таниэль мёртв, помнишь?
Влора поймала себя на том, что встревожена: что за подозрения у Таниэля насчёт дайнизов, к которым он относится серьёзнее, чем к войне с Линдет?
− «Штуцерники» больше не работают на Линдет.
Таниэль вскинул брови.
− Вот как?
− Мы передали Маму Пало. Это была наша работа. Я отказалась от дальнейшего найма.
− Рад слышать, − искренне сказал Таниэль.
Выждав несколько секунд, Влора спросила:
− И что у тебя за подозрения?
Таниэль натянуто улыбнулся.
− Тебе хотелось бы получить работу?
Этот вопрос не должен был застичь Влору врасплох, однако произвёл именно такое впечатление. Пряча изумление и стараясь собраться с мыслями, она глубоко вздохнула и откинулась на спинку стула. Она уже настроилась покинуть Фатрасту, может, навсегда, и была готова взойти на борт корабля ещё до конца недели.
− Что за работа?
− Ещё не знаю. Может, в ближайшие пару лет мне понадобится армия. Я могу подписать контракт с тобой и «Штуцерниками», и вы будете ждать на севере, когда в вас возникнет необходимость.
Это походило на работу мечты для наёмника. Сидишь ждёшь приказов, а тебе за это платят. Не нужно соблюдать видимость, содержать гарнизон и тому подобное. Её людям не понравится перспектива оставаться вдали от дома ещё два года, но придётся по душе идея совершать набеги на бордели и пабы северной Фатрасты за чужие краны.
− Мы собирались домой, − сказала Влора.
Она услышала в своём голосе нерешительность, и Таниэль за это уцепился.
− Я заплачу вам столько же, сколько платила Линдет.
− Откуда у тебя деньги?
− Помнишь, как мы решили поделить после войны наследство?
