class="p1">− Я слушаю, − произнесла Флинт.
− Меня выпустил из лагеря адвокат по имени Греджиус Тампо. Он подкупил комиссию по досрочному освобождению, и условием моей свободы было отправиться работать на вас. Он хотел, чтобы я уберегал вас от неприятностей, пока вы ему нужны, а потом убил.
К его удивлению, Флинт начала меняться в лице, как только он упомянул Тампо. Она разинула рот, потом её брови сдвинулись, и наконец она откинула назад голову и испустила сердитый вздох. Не такой реакции ожидал Стайк.
Флинт почесала голову дулом пистолета и ткнула им в Стайка.
− Он в самом деле говорил, что хочет моей смерти?
Стайк подозрительно глянул на неё. Она приняла эти новости удивительно хорошо для человека, чьё доверие предали.
− Нет, − ответил он. − Но очевидно, что это его конечная цель. Вы ему зачем-то нужны. Я не получал приказа перерезать вам горло, поэтому, наверное, вы ему всё ещё нужны. Я пришёл вас предупредить.
− Приму к сведению.
− Вот и всё. − Стайк поднялся на ноги и убрал нож. − Я подумал, что вы должны знать.
Он чувствовал себя странно. Хорошо, но странно. Он не привык извиняться или объясняться. В прежней жизни ему никогда не приходилось это делать, а в лагере всем было плевать.
− Вы сказали, что заняты, так что мы пойдём.
Флинт опять подняла пистолет, переводя его со Стайка на Ибану. Стайк напрягся и глянул на свою спутницу, которая потянулась к шпаге.
− Вы оба никуда не пойдёте, − сказала Флинт.
− Я же говорила, − прорычала Ибана Стайку.
− Заткнись, − отозвался он. − Флинт, я не хочу с вами драться. Я пришёл по доброй воле.
− Я никогда не предлагала никакой доброй воли, − бросила Флинт. − И если вы думаете, что я не разозлилась как демон из бездны на то, что среди моих людей затесался шпион, то вы жестоко ошибаетесь. − Она опустила пистолет и сжала губы в тонкую линию. − Ваш приход вызвал у меня уважение. Мне следовало порезать вас на лоскуты, но я не буду, и вот почему: Тампо не хотел моей смерти.
Стайк переглянулся с Ибаной.
− Откуда вы знаете?
− Потому что Греджиус Тампо − не Греджиус Тампо. Он пороховой мог по имени Таниэль Два Выстрела, и он одурачил всех в этом проклятом городе.
− Э... − только и мог выдавить Стайк.
Он попытался осмыслить информацию. Память у него неважная, но во время войны он сражался рядом с Таниэлем. Греджиус Тампо точно не Таниэль.
− Два Выстрела мёртв. Вы сами так сказали.
− Таниэль инсценировал свою смерть в конце Адроанско-Кезанской войны, − ответила Флинт. Она наконец засунула пистолет за пояс и понюхала порох, чтобы унять дрожь в голосе. − Он и всевидящая, с которой вы познакомились во время Фатрастанской революции, сейчас здесь.
Стайк нахмурился и облизнул губы, вспоминая свои встречи с Тампо.
− Нет. Я бы почуял. У меня дар чуять запах магии.
− Магия Ка-Поэль сильнее всего, с чем вы когда-либо сталкивались. − Судя по тону Флинт, она почти смирилась с этим. − Её магия обманула ваш дар и обманула мой третий глаз. Она одурачила проклятую уйму людей, но Тампо − точнее, Таниэль, − не хотел моей смерти. Если он послал вас уберегать меня от неприятностей, то, наверное, думал, что защищает меня.
Всё это не укладывалось в голове. У Ибаны был скептический вид, и Стайк разделял её мнение. С помощью магии избранных можно сделать так, что тебя не видно в Ином, хотя это невероятно трудно. Но долгое время носить чужое лицо так, чтобы никто ничего не заметил? Для такого понадобится целый совет избранных.
Или, если Флинт говорит правду, одна-единственная могущественная всевидящая.
Стайк подумал, что у Флинт нет причин лгать.
− Значит, никаких обид? − медленно спросил он.
− Я бы не заходила так далеко. − Флинт сверкнула глазами. − Но тайный телохранитель гораздо приятнее, чем тайный убийца. − Она вдруг расширила глаза. − Бездна, у меня нет на это времени.
Она открыла дверь, крикнула Олема, опять закрыла и перевела взгляд на Стайка.
− Вы дрались с Фиделисом Джесом?
− Да. − Стайк поморщился.
− И проиграли?
− Он отослал меня, искалеченного, обратно в лагерь.
Она окинула его взглядом с ног до головы.
− Вы не выглядите искалеченным.
− Его спасли «Бешеные уланы», − объяснила Ибана. − Мы... э... похитили избранного, чтобы исцелить его раны.
− Похитили избранного, − пробормотала Флинт и покачала головой. – Вот сумасшедшие. Ладно, теперь ничего не пожелаешь. Вы что-нибудь разузнали о дайнизах до этого провала?
Стайк покачал головой. По глазам Флинт он видел, что она приняла извинения, открывшееся предательство и всё прочее. Её способность расставлять приоритеты поражала, но Стайк напомнил себе, что не стоит обольщаться и рассчитывать, что она снова будет ему доверять.
− Значит, вы не знаете, что дайнизский флот стоит у входа в бухту? − поинтересовалась Флинт.
− Что? − переспросила Ибана, разинув рот.
Стайку удалось сохранить невозмутимое лицо, но его словно ударили под дых.
− Это невозможно, − сказал он.
− Как и то, что Таниэль Два Выстрела жив, − ответила Флинт. − Но так и есть. По крайней мере сорок боевых кораблей и понятия не имею, сколько фрегатов поддержки.
− Дайнизы больше ста лет не покидали свою страну.
− Скажите мне что-нибудь, чего я не знаю.
− Откуда у них флот? − спросила Ибана.
− Самой хотелось бы выяснить, но сейчас мне интереснее узнать, зачем они приплыли.
В дверь постучали, Стайк подскочил, только теперь осознав, что вцепился в рукоятку ножа. В кабинет просунул голову Олем.
− Влора, − начал он, но потом увидел Стайка с Ибаной. − А. Вы ещё здесь.
− Да, они ещё здесь, − едко ответила Влора. − Об этом мы с тобой позже поговорим.
− Конечно, − холодно отозвался Олем. − После того, как поговорим о Фиделесе Джесе, который стоит на плацу.
Стайк оказался на полпути к двери прежде, чем понял, что двинулся с места. Флинт выбросила руку, упёршись ему в грудь неожиданно твёрдой ладонью, и рявкнула:
− Нет!
Стайк сжимал и разжимал кулаки. Это был его шанс. Он исцелён, свеж, зол и вооружён. Ему плевать, сколько черношляпников привёл с собой Джес. Они с Ибаной проложат путь через кучу
