с Венецианской республикой. Этого Стефано боялся больше.
Следующим утром миланский герцог с супругой отправились в путь. За ними последовала половина воинов во главе с Маурицио. Франческо Сфорца остался в Генуе укреплять границы.
Диана сидела в карете, ощущая ровные покачивания, ожидая встречу с Марией, Мартой и Карло. Она по ним скучала, ей не хватало разговоров, сплетен, за которые она бранила Марию. Не хватало бурчаний Марты и деликатности Карло. Она скучала по доктору Москатти, с которым обязательно встретится, ведь надо было рассказать доктору о ее беременности. Пусть он посмотрит, все ли в порядке с ребенком.
Впервые ладонь Дианы легла на живот. И впервые за долгое время она ощутила спокойствие и умиротворение. Теперь можно было подумать о том, чтобы сказать о ребенке Стефано.
Она выглянула в окно, любуясь мужем. Он грациозно скакал на коне и, когда увидел ее в окне кареты, слегка кивнул. Она кивнула в ответ, пряча радость за милой улыбкой.
Герцогиня мирно дремала, когда они заехали в Милан. Ее разбудил цокот копыт – лошади шли по булыжной мостовой. Знакомый звук вынудил ее выглянуть в окно и любоваться знакомыми улицами. Этот город стал ей вторым домом, жители в нем приняли ее сразу и относились к ней с большим уважением. Сейчас на улице находилось мало людей, лишь торговцы, которые неспешно шли домой, задержавшись на рынке. При виде вереницы воинов и кареты они вставали на колени и начинали молиться. Люди здесь очень переживали за жизнь ее светлости. Многие перестали улыбаться, а некоторые открыто обвиняли в похищении миланской герцогини Джовани Медичи.
Рыцари возвращались с победой, а их герцог возвращался домой с прекрасной новостью: он вез домой герцогиню.
В миланском замке их приезд стал большой неожиданностью. Марта разревелась, кинулась на колени и начала молиться. Диана обняла ее, поднимая с земли, слушая причитания о том, что та молилась несколько раз в день за жизнь ее светлости. Мария закричала при виде хозяйки и кинулась в ноги. Диана еще никогда не была так рада видеть свою служанку. И она прекрасно понимала, как та за нее испугалась.
– Я верила, что вы живы! Мне надо было ехать с вами в Форли!
– Если бы ты поехала со мной, то была бы мертва, – произнесла Диана, вспомнив Томмасо. Он был другом, он был всегда рядом и погиб за свою герцогиню. Она даже не могла пойти в церковь, чтобы помолиться за его душу. Но обязательно сделает это.
Зайдя в сам замок, Диана ступала по полу, улыбалась, рассматривая все кругом. Ничего не изменилось. Или? Изменилось все! Да, именно все! Потому что теперь ее здесь ничего не раздражало, а было родным.
Она поднялась по лестнице и обернулась к Стефано. Он остановился, любуясь тем, как прекрасна Диана, величественно стоя на верхней ступеньке лестницы этого замка. Настоящая герцогиня: гордая, красивая, сильная женщина. Надо будет обязательно попросить художника сделать ее портрет во весь рост. И этот портрет будет красоваться на самом почетном месте – в семейном зале.
Стефано поравнялся с ней, и Диана в волнении встретилась с ним взглядом. Там, наверху, в своих покоях, они постоянно ругались. А теперь хотелось зайти с миром. И герцог будто прочитал ее мысли, не обращая внимания на слуг, поднял герцогиню на руки и понес в покои.
Она обвила его шею руками и, когда оказалась в знакомой обстановке – в герцогских покоях, почувствовала, как защемило в груди. Все это время, пока она бежала через опасный лес, плыла на галере врага и несколько раз прощалась с жизнью, как же она мечтала очутиться дома! И теперь Стефано поставил ее на ноги возле своей кровати, а она готова была разреветься от счастья.
– Я буду спать здесь, – прошептала она, чувствуя, что он стоит позади нее. Его руки касались ее плеч, а потом его губы опустились на ее шею.
– Как пожелаете, Ваша Светлость, – произнес он, и Диана расслабилась.
С этого дня все должно быть по-другому.
Карло спрятал улыбку, поклонился и вышел, закрывая за собой дверь. Марта начала причитать о том, что герцогине надо плотно поесть, переодеться и лечь спать. И перед сном надо нагреть кровать…
Карло закрыл перед Мартой дверь:
– Боюсь, что ее светлость не дойдет до своих покоев, но будет сыта, переодета и точно в теплой постели.
Марта сдалась и поплелась следом за мажордомом.
Утром Диана открыла глаза, провела рукой по месту, где спал муж, и тут же нахмурилась – там было пусто. Еще только светало, а его уже нет.
Она вскочила с кровати, боясь, что опоздала и он уехал во Флоренцию. Не надо было говорить про Николо Травило, и Стефано бы не рисковал своей жизнью, ступая на территорию врага.
Диана не стала звать Марту, накинула на плечи плащ и вышла из герцогских покоев. Если она проспала его отъезд, то не простит себе этого. Если он уехал и не разбудил ее, то она не простит его.
Спустившись на первый этаж, герцогиня встретилась с Карло. Он поклонился, скрывая улыбку:
– Его светлость в часовне.
Она даже не успела спросить, а мажордом уже ответил. Но он был очень проницательный, точно предугадывал все желания.
Герцогиня кивнула и направилась в часовню через улицу. Чего вдруг Стефано Висконти стоит на коленях перед Господом Богом? Что-то просит? Или за что-то благодарит?
На улице моросил дождь, а Диана шла по мокрой траве, куталась в плащ и совсем не замечала сырости и холода. Она благодарила Бога за то, что он отвлек ее мужа и она еще успеет его обнять.
Зайдя внутрь часовни, Диана увидела герцога. Он стоял на коленях, опустив голову и читая молитву. Вот самое подходящее время для откровенного разговора. Когда из свидетелей есть только Бог и он будет покорно слушать. Она перекрестилась, подошла к мужу и опустилась рядом с ним на колени. Стефано взглянул на нее и положил свою руку на ее.
Когда воин стоит на коленях перед Господом Богом, значит, он чего-то просит: если перед битвой, то просит благополучный исход. Но битва уже закончилась…
– Ты напугал меня, – прошептала Диана, – я проснулась, а тебя нет. Решила, что ты покинул меня и отправился во Флоренцию.
– Я бы никогда не уехал не попрощавшись. – Его пальцы переплелись с ее пальцами. – Иногда я бываю здесь, чтобы сказать Богу спасибо. Сегодня я благодарен больше, он вернул мне тебя, и это чудо.
Они смотрели друг другу
