В 1271 г. Роберт Англикус утверждал, что «часовщики пытаются сделать колесо или диск, которые бы двигались точно так же, как небесный экватор, но не очень преуспели в этом» (цит. по: White, 1962, p. 122).
29
Адам Смит полагал, что прялка удваивала производительность труда. См.: Smith ([1776] 1976, p. 273). По оценке Манро (Munro, 1988, p. 698), она повышала производительность труда втрое. Кан (Kuhn, 1988, p. 202), обсуждая китайскую прялку, соглашается с тем, что такая цифра вполне разумна.
30
Показательно, что исламские ученые (например, живший около 1000 г. Ибн ал-Хайсам, известный на Западе как Альхазен) изучали отражение света в изогнутых зеркалах и стеклянных сферах, однако идея поставить оптику на службу людям зародилась в западном обществе.
31
Регулярные заявления Нидхэма о китайских истоках западной техники во многом представляют собой необходимый противовес уже выходящим из моды работам по истории техники, написанным с евроцентричной точки зрения. Однако не исключено, что Нидхэм преувеличивает китайское влияние. Он вполне мог быть прав, выступая со своим известным утверждением о том, что «мир в гораздо большей степени обязан сравнительно неизвестным ремесленникам древнего и средневекового Китая, нежели александрийским механикам» (Needham, 1969, p. 58). Но к 1500 г. Европа уже была в гораздо большей степени обязана своим собственным неизвестным ремесленникам и инженерам.
32
Долги Европы перед Востоком не относятся к одному лишь Китаю. Свой вклад в европейскую энергетику, металлургию и текстильную промышленность внесли Индия, Тибет и даже Малайя (Lynn White, 1978, p. 43–58).
33
См. утверждение Джона У. Нефа (Nef, 1964, p. 170): «к середине XVII в. в Англии была создана новая структура промышленности на основе угля, и из этой структуры выросла индустриальная Великобритания XIX века».
34
Квасцы – это двойной сульфат аммония и трехвалентного металла. Они широко используются в химической отрасли, в том числе при окраске тканей, дублении кожи, изготовлении бумаги и в фармацевтике.
35
Труды Агриколы были почти совершенно забыты, пока его книгу не нашел молодой американский горный инженер Герберт Гувер, который при помощи жены перевел ее с латыни и издал в 1912 г., прежде чем попробовать свои силы на другом поприще.
36
Один из историков не слишком преувеличивал, называя этот период «эпохой насоса» (Burstall, 1965, p. 144). Некоторые авторы того времени, писавшие о технике, уделяли много внимания описанию различных насосов. Помимо Агриколы, к таким авторам относился Агостино Рамелли, чья книга Dell'Artificiose Machine (Ramelli, [1588], 1976) содержит описания более 100 насосов.
37
Проблема фактически сводилась к постройке точных часов, которые бы выдерживали качку плывущего судна и позволяли сравнивать время на борту судна, измеренное по положению солнца, со временем в некоей фиксированной точке – например, в Гринвиче; различие между тем и другим даст искомое значение долготы. В решении этой задачи участвовали лучшие ученые XVII века, однако технические трудности казались непреодолимыми. В 1714 г. специально созданный Совет по долготе назначил огромную премию в 20 тыс. фунтов «тому, кто сумеет определить долготу в море». Часы, достаточно точные для решения этой проблемы, построил Джон Гаррисон в 1762 г.
38
Экологические последствия эпохи географических открытий весьма проницательно разбирает Кросби (Crosby, 1972, 1986).
39
Из Нюрнберга и Аугсбурга искусство приборостроения попало в Лувен в южных Нидерландах, а оттуда – в Лондон. Лондонский приборостроитель Хэмфри Коул был учеником льежского ремесленника Томаса Жемини. В число клиентов Коула входили Фрэнсис Дрейк и Мартин Фробишер. Сам Жемини учился на юге Германии. Другой немецкий приборостроитель, Николас Кратцер, много лет жил в Англии. Интересно, что приборы, сделанные немцами, широко применялись при совершении географических открытий, в отличие от самих немцев, почти не принимавших в них участия. Европейский мир к 1500 г. был уже в достаточной мере интегрирован для того, чтобы знания и технологии без труда пересекали границы.
40
Не все блестящие идеи Леонардо представляют чисто академический интерес. Изобретенные им двустворчатые шлюзовые ворота в сочетании с небольшими люками, пропускавшими воду, были установлены на Миланском канале, а в 1564 г. и на Эксетерском канале.
41
Историки техники называют науку XVII в. «экспериментальной философией», и этот оксюморон удачно передает сущность научных достижений того времени. Уже на исходе XVIII века физик граф Румфорд не без некоторого преувеличения утверждал, что «изобретательство представляется в первую очередь уделом людей науки» (цит. по: Hall, 1967, p. 115).
42
В документах купца из Прато, умершего в 1410 г. и завещавшего все свое имущество, включая бумаги, родному городу, находится поразительное количество бухгалтерских материалов, включая 500 счетных книг, свидетельствующих о пользе двойной записи (Burstall, 1965, p. 112).
43
«Механика – это рай математических наук, ибо именно в механике последние находят свое воплощение… там, где ни одна из математических наук не применима, нельзя быть ни в чем уверенным», – писал Леонардо (цит. по: Bertrand Gille, 1969, p. 135–136).
44
Около 1588 г. Джамбаттиста делла Порта построил в Неаполе успешно работавший инкубатор для куриных яиц. Его склонности к инновации навлекли на его голову гнев святой инквизиции, угрожавшей ему преследованиями как колдуну. Делла Порта мудро решил отказаться от своих экспериментов. Впоследствии они были продолжены голландцем Корнелиусом Дреббелем и французом Рене Реомюром в обществах, более терпимых к нонконформистским идеям. В правление Людовика XIV Францию вновь охватила нетерпимость и оттуда эмигрировали многие гугеноты, сведущие в технике. Среди них был Дени Папен, ставший в Голландии помощником Гюйгенса и, как мы увидим ниже, внесший принципиальный вклад в изобретение паровой машины.
45
Согласно Бертрану Жилю (Gille, 1969, p. 146), в XVI в. в Германии было выдано больше патентов, чем в XVIII в.
46
Например, немецкий врач Парацельс в 1530-е гг. заявлял, что Бог желает, чтобы «мы не просто принимали предмет как предмет, а изучали, для чего он был создан. Тем самым мы получаем возможность… готовить пищу, чтобы придать ей хороший вкус, и строить для себя зимние жилища с крышами, защищающими
