губы и смотрела на отца с серьезным видом.
Фридрих откинулся на спинку кресла и несколько мгновений молчал, словно прикидывая что-то в уме. Затем неспешно встал, прошелся вдоль стены, коснулся пальцем картины и, обернувшись к дочери, заговорил тихим, но уверенным голосом. Суть сводилась к тому, что определенные семьи до сих пор помнят, кто убил их родственников. Ненависть к Добрыне не исчезнет у тех, кто еще не уничтожен полностью. К тому же никогда нельзя быть уверенным, что кто-нибудь из них не скроется, а потом не вернется с желанием отомстить.
— Как бы ты ни была в нем уверена и каким бы сильным он ни был, доченька, не стоит думать, что ему сейчас легко. Все вокруг воюют друг с другом. Но когда наконец улягутся все конфликты, наверняка будут новые союзы против Добрыни.
— Но он справляется, — Виктория даже не думала отступать от своей позиции.
— Значит, тебе и этого мало? — Фридрих прищурился, словно проверяя дочь. — Что скажешь о том, что государь Российской Империи бросил его в самое пекло против всех? Выглядит так, будто на него надели мишени со всех сторон, — он допил рюмку ликера.
— Ты уверен в этом на сто процентов? — спросила Виктория, ерзая в кресле от напряжения.
— Возможно, и нет, — маркиз потер подбородок. — Скорее всего Император не подставил его, а договорился обо всем заранее. Но, по сути, это ничего не меняет. Трудно поверить, что на подобное можно согласиться добровольно.
— Ха-ха-ха… — Виктория неожиданно для отца расхохоталась, сверкая белыми зубами. — А я лично знаю двух людей, которые бы на это пошли, не колеблясь. Им ничего не страшно. Это ты, отец, и Добрыня, — она внимательно посмотрела на него.
Фридрих, потерев пальцами ладонь, решился говорить прямо.
— Ты ведь и правда его любишь… Слишком часто задаешь разведке вопросы о Добрыне, требуя держать тебя в курсе. Мне все известно.
— Совсем все? — Виктория выпрямилась, приподняв подбородок, стараясь казаться спокойной.
— Да, — маркиз улыбнулся. — Даже о том, как ты при личной встрече приструнила несколько прусских Родов, которые планировали вмешаться. И говоришь ты о нем часто. Да и улыбаться стала больше, — он добродушно рассмеялся.
Виктория оперлась локтем о подлокотник, закинула ногу на ногу и начала нервно покачивать ею.
— Всё так, отец, — кивнула она.
— В таком случае у тебя только два варианта: надеяться на удачу или взять все под контроль.
— Ты же знаешь, что я выберу, — произнесла она твердым голосом.
— Значит, твое время настало. В Российской Империи принято, что мужчина добивается женщины, а та ждет, проверяя его. Но ты же знаешь, как поступают у нас. Так что действуй.
Маркиза быстро поднялась, учтиво кивнула и решительно произнесла.
— Спасибо за разрешение, отец. Отправлюсь сегодня же, — и вышла из кабинета настолько уверенно, словно шла брать неприступную крепость.
Когда за ней захлопнулась дверь, Фридрих одобрительно кивнул своим мыслям. Он считал, что дочь все поняла правильно. В Пруссии женщины привыкли брать инициативу на себя и получают то, что хотят. Даже любые соперницы у них устраняются, а мнение мужчины может игнорироваться.
Маркиз Фридрих лишь на короткое время задумался о решении Виктории, а затем переключился на другой, не менее важный вопрос. Уже и так было ясно, что Император проявляет большой интерес к Добрынину, и если тому удастся пережить все эти войны, то свободным он останется ненадолго. Фридрих пока не мог понять, чего именно следует от этого ожидать — хорошего или плохого.
* * *
В этом районе больше не чувствуется присутствия мирных жителей. Мы разобрались с наемниками и магом, которые сюда явились, но последствия их действий никуда не исчезли. После битвы с магом мне понадобился почти весь день, чтобы восстановить силы, ведь я изрядно истощился, стараясь увернуться от его огненных заклинаний. Моим людям пришлось снова расчищать завалы, к счастью, среди нас почти никто серьезно не пострадал.
Во время перестрелки горящие и обрушившиеся дома не создавали больших проблем. Наемники избегали открытого пространства, передвигались по подземным ходам и атаковали врагов с тыла. Тех, кто не успел покинуть район, я сам вытаскивал из-под обломков при помощи своего Дара, аккуратно поднимая балки и создавая сверху защитный купол, ведь вокруг было много непрочных конструкций.
Раненых сразу отправили на заранее подготовленную базу, чтобы их подлечили. Однако некоторые бойцы не хотели уезжать, говоря, что у них всего лишь царапины и им слишком скучно валяться на койках, когда можно разбирать трофеи. Но несмотря на то, что раны и впрямь оказались несерьезными, я настоял, чтобы они легли в медчасть: мои люди должны быть полностью готовы к возможной новой опасности. А трофеев они еще успеют собрать вдоволь, чтобы потом получить положенные награды.
Так прошли несколько дней после той битвы. Вывозили мусор, сортировали трофеи, сбывали их через Распутиных. Улицы расчищали и убирали с них тела. Вызывали ремонтные бригады, чтобы восстановить поврежденные дома, если это было возможно. Мне самому потом пришлось заняться бумагами, смотреть прибыль и расходы, чтобы понимать, сколько можно будет вложить при необходимости в покупку новых зданий.
Чем больше расширялись масштабы приобретаемой недвижимости, тем чаще случались нападения, и район все сильнее становился похож на заброшенный. Сначала это казалось странным, но потом привык, тем более что я сам сознательно выводил врагов из себя. Чем сильнее они бесились, тем больше допускали ошибок. Короче дел в эти дни хватало, хоть и были они уже рутинными. Когда с основной частью разобрался и готовился с наемниками к новой атаке, вдруг пришла срочная новостная рассылка. В ней сообщали о «небольшой» катастрофе в столице.
Оказалось, аристо случайно уничтожили военный склад с боеприпасами в черте города, и началась эвакуация примерно сорока тысяч мирных жителей. Похоже, после такого аристо уже не спастись. Но, судя по всему, это была не запланированная акция — они ведь не самоубийцы и не психи. Предположительно, одна из их вертушек потеряла управление и рухнула прямо на склад, что и стало причиной взрыва. Однако Император, скорее всего, даже слушать их объяснения не станет.
Но сейчас главное понять, что делать в ответ на пожар. Судя по кадрам, огонь бушевал настолько сильно, что пламя распространялось довольно быстро. Решил, что, пока там не собрались все службы, я успею добраться и помочь.
Оставил Дмитриевича за главного, отдал необходимые указания и поехал к месту катастрофы. Гнал на максимальной скорости, нарушая все возможные правила, но мне было не до этого. Если получу штрафы — оплачу. Причина уважительная, да и в городе много кто летал по
