Марк тронул коня шагом. Девочка отстала. Волк потерялся в лабиринте домов.
— Я генералиссимус Марк, — сказал он, подъезжая ближе.
Его знали в лицо. Он рассчитывал быть узнанным, но рёв приветствий ошеломил его.
— Марк! — кричал то один, то другой, пока не понеслось дружное «Марк! Марк! Марк!». Из домов, подворотен и переулков выходили навстречу новые и новые люди.
— Гляди, гляди-ка, Крысеныш! — На мальчишку показывали пальцем. Базарного воришку тоже знали в лицо.
Марк поднял руку, и толпа стихла. Вперёд, стягивая шапку, вышел ремесленник. Кажется, сапожник — воин с трудом различил цвет почти сорванных, заляпанных кровью нарукавных лент.
— Мой генерал! — Он обращался так, как должны были обращаться к Марку солдаты. — Мы все знаем. Про обстрел с моря, — он махнул рукой назад, где полыхали, не затухая и под дождём, городские кварталы, — про чёрных в городе. Ваши гвардейцы прочитали для нас послание, которое передали из замка по облакам. Мы выловили много белгрских ищеек, — ладонь нырнула за пазуху, и закачались серебряные кресты на цепочках, — а ваши люди поймали для вас клирика и страта. Мы отведём вас.
— Хорошо, — кивнул Марк и, привстав на стременах, крикнул: — Спасибо вам, люди Далиона!
Ответный рёв заложил уши. Толпа снова принялась выкрикивать его имя. Марк склонился в седле, поманил сапожника пальцем.
— А теперь ещё раз. Где мои гвардейцы, где дружинники и как дела во дворце?
— Не извольте беспокоиться, — ответил сапожник, берясь за стремя, — ваши люди всего в паре кварталов отсюда. Целая шайка чёрных ряс пытается отбить клирика и страта, а то бы вы встретились с ними прямо здесь. Дружинники наводят порядок на улицах. Чтоб никто не грабил честных горожан и их дома. А дворец стоит целёхонек. Чего ему сделается?
— Спасибо, — поблагодарил Марк. Оглядел толпу и вновь вскинул раскрытую ладонь. — Жители города! Возвращайтесь в свои дома! Помогайте тушить пожары! И будьте начеку! Нас ждёт ещё белгрское посольство, — последнее он пробормотал едва слышно.
Сапожник прочёл по губам, тронул за ногу:
— Что? Не всё ещё кончилось?
— Увидим, — ответил Марк.
Глава 24
Дождь лил сплошным потоком. Не унимаясь, бушевали пожары. Языки пламени лизали мокрое дерево, и пар вился над досками.
— Надо уходить отсюда, капитан. — Щербатая девчонка смотрела, как огонь стелется прямо над головами и огненные капли срываются на пол. Кухня на первом этаже дома была уже пуста. Они использовали всю соль и уксус. Им больше нечем было тушить адскую смесь. — Второй этаж прогорает, скоро рухнет.
— Мы уже пробовали, и чем это кончилось? — Младший капрал зубами затягивал повязку. Арбалетный болт прошил плечо насквозь, едва не задев лёгкое. — Без помощи нам не выбраться.
— Как скажете, капитан. — Встав на колени, она помогла затянуть узел. Крепко, но не передавливая рану.
— Спасибо, и прекрати называть меня капитаном, — сказал он.
— Может, отвлечь их как-то? — Она протянула руки к трепещущим язычкам пламени, будто греясь. Улыбка блуждала на её губах. А потом, вздохнув тяжело, опрокинула на огонь стоявший рядом мешок. Белая пыль поднялась столбом. Комната медленно наполнялась запахом, похожим на запах жареных орешков — запахом жжёной муки.
«Странная», — подумал младший капрал, даже не пытаясь вообразить, что за мысли могут занимать нищебродку.
— Капрал! — Пригибаясь невольно от огня, гудящего над головой, солдат выбежал из кладовой. Там должен был быть спуск в подвал. — Ливневые стоки слишком узки и заполнены водой. — Он присел рядом, натянул ворот рубахи повыше, опасаясь капающей с потолка горючей смеси. — Мы захлебнёмся раньше, чем спустимся в канализацию.
Капрал кивнул. Посмотрел задумчиво на связанных монахов.
— И всё-таки я попробовал бы. Хотя не представляю, как нам управиться с ними. — Страт лежал спокойно, глядел в глаза, слушал внимательно. Будто рот его не был заткнут кляпом, а локти не скручивал, выворачивая руки из суставов, обрывок верёвки. Клирик весь взмок. То ли от страха, то ли от жара полыхающего совсем рядом огня.
— Прирезать одного, — оживилась девчонка и, вытянув ногу, стукнула клирика пяткой в бок, — этого. Этот вроде не такой важный.
Страт и бровью не повёл. Зато клирик забился в конвульсиях, замычал, пытаясь сказать что-то. Младший капрал кивнул разрешающе в ответ на вопрошающий взгляд нищебродки.
— Ну? — Она стянула повязку на подбородок и вынула кляп.
— Я! — просипел он. — Я главный! — И замолчал, сглатывая. Сухой язык облизывал сухие, запёкшиеся кровью губы.
Набрав ковш воды из стоявшего рядом бочонка, она плеснула ему в лицо, и тот закашлялся, захлебнувшись. Она ждала терпеливо, сидя рядом на корточках, поигрывая коротким кривым ножом.
— Он оступился, — продолжил клирик, отдышавшись. — Допустил ошибку. Ему не доверяют больше. Я послан, чтобы следить.
— План нападения на столицу, — бросил капрал, кивнув удовлетворённо.
Взгляд клирика метнулся к страту.
— Можешь считать, что он уже мёртв, — улыбнулась девица, розовый язычок лизнул кончик кинжала.
— Медленное передвижение посольства сушей отвлекло бы внимание от моря. Корабли должны были беспрепятственно войти в гавань, северные князья захватить Клыки, а боевые отряды высадиться в порту, начав атаку города от доков, одновременно постаравшись захватить замок или хотя бы удержать ворота открытыми. Барки вели бы обстрел города с моря. Когда достаточное число ваших войск сконцентрировалось бы в районе порта, другие отряды, собранные в столице загодя, соединились бы и нанесли удар с тыла. Захватив столицу, мы захватили бы всю страну.
Клирик на одном выдохе выложил всё. Капрал задумчиво качнул головой. Девчонка перестала скалить зубы. Сидела рядом на корточках, щурясь и трогая лезвием кинжала ноготь.
— Кто-то предал вас, — сказал, наконец, капрал, глядя в глаза страту, — подумать только! Предатели в рядах ордена. — Страт дёрнулся. Впервые за всё время потерял выдержку и самообладание. Капрал ухмыльнулся. — Мы были готовы. Мы подняли цепи… Так, говоришь, посольство обманка? — Он вновь обернулся к клирику.
— Не совсем, — ответил тот, ещё косясь на страта. — Князь… Князь Николай возглавляет его. Он должен был бы войти в захваченный город.
— И стать наместником? — капрал прищурился.
— Нет, наместником стал бы Ярослав.
— Всё святое семейство в сборе. — Девица плюнула длинно и метко, точно в трепетавший язычок пламени. — Небось, и Бронислава тут?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
