— А я не считаю, что ваши насекомые обошлись вежливо со мной. Так или иначе, я вас предупредил.
Глауен вышел из гостиницы. Фарисс ушел с неба и на Танджери упали сумерки, совершив чудесное превращение. Озеро, со стороны старого города подсвеченное каким-то таинственным мягким белым светом, казалось совершенно призрачным, да и весь город выглядел просто сказочным. По небу проплывало не менее десятка лун, отливавших всеми оттенками мягкого цвета: кремовым, сиреневым, белым, бледно-розовым и нежно-фиолетовым. К тому же все луны отражались в озере. Как известно, у Найона имелось и другое, более поэтическое название — он именовался «миром девятнадцати лун». У каждой луны здесь имелось свое название, и любой обитатель планеты знал эти названия не хуже, чем свое собственное имя.
Глауен свернул на аллею Криппет и был просто поражен тем, во что превратилась унылая при дневном свете улица. Каждый домовладелец вывесил перед своим домом огромную круглую люстру, в результате чего вся улица была буквально увешана разноцветными светящимися шарами и напоминала настоящий карнавал. Но Глауен уже понимал, что все это делалось не столько из эстетических, сколько из чисто практических соображений — ради элементарного удобства.
На улицах по-прежнему было много народу, хотя, конечно же, и не так много как днем. Теперь местных людей оказалось значительно меньше; основную массу гуляющих составляли туристы, слоняющиеся по улицам, то и дело останавливающиеся перед различными витринами и заходящие в многочисленные кафе. Глауен, прекрасно зная, что уже катастрофически опаздывает, мчался по улице как угорелый. Но неожиданно он остановился, заметив, что мимо него прошел молодой человек в синем балахоне. Перед глазами молодого Клаттука в мгновение ока промелькнуло закаменевшее словно маска лицо того самого «незнакомца». Инстинктивно Глауен попытался проследить за направлением следования молодого человека, однако балахон знакомого незнакомца очень быстро затерялся среди мелькания многочисленных огней. Молодой Клаттук вновь бросился бежать и уже через пару минут добрался до конторы Киблеса. Внутри магазинчика горел свет, и дверь оказалась незапертой, несмотря на то, что, согласно вывеске, магазинчик работал только до двадцати семи часов, и женщины внутри уже не было.
Глауен вошел внутрь, прикрыл за собой дверь и быстро оглядел комнату. Все здесь оставалось таким же, каким было и днем; лишь стояла еще более пронзительная тишина. Никаких признаков присутствия Киблеса вошедший не обнаружил.
Тогда Глауен направился прямо по коридору, ведущему в кабинет. Перед дверью он на мгновение остановился и прислушался. Стояла полная тишина.
— Господин Киблес, это я, Глауен Клаттук, — наконец не выдержал он.
Однако, казалось, после этих слов тишина стала еще пронзительней.
Глауен нахмурился. Потом он оглянулся и внимательно осмотрел лестницу и коридор.
— Господин Киблес, — снова позвал он, слегка повысив голос.
Однако, как и прежде, не последовало никакого ответа. Тогда Глауен решительно толкнул дверь кабинета. На полу лежало бездыханное тело. Тело Киблеса. Руки и ноги его были связаны, а изо рта сочилась кровь. Глаза несчастного были выкачены, словно от невероятного ужаса. Разорванные спереди брюки явно свидетельствовали о том, что беднягу пытали перед смертью.
Глауен встал на колени и потрогал шею покойного. Она оказалась еще теплой. Киблес умер совсем недавно, и если бы клерк гостиницы потрудился разбудить своего постояльца вовремя, Киблес мог бы остаться в живых.
Глауен в ужасе смотрел на тело и на уста, уже не способные изречь информацию, за которой он приехал в такую отчаянную даль.
За что убили Киблеса? Никаких явных признаков грабежа не наблюдалось. Ящики стола не выдвинуты, на столе полный порядок. В дальнем конце комнаты виднелась дверь, по всей видимости, выходившая во двор. Однако дверь оказалась закрытой изнутри, из чего можно было заключить, что преступник ей не пользовался.
Глауен вновь вернулся к столу. Но все поиски какой-нибудь записной книжки или бумаг, которые смогли бы ему чем-то помочь, оказались тщетными. Стараясь не оставлять отпечатков пальцев, Глауен проверил все ящики стола, однако и там ничего обнаружить не удалось. В стене виднелся небольшой сейф, дверцы которого оказались распахнутыми. Однако и в сейфе ничего интересного также найти не удалось.
На мгновение сотрудник ИПКЦ задумался.
Итак, Киблес намеревался звонить. На столе и в самом деле стояли телефонный монитор и клавиатура. Глауен нажал карандашиком кнопку «опции», а затем список последних звонков.
Последний звонок был сделан в отель «Лунный Путь», находящийся в одноименном поселке. Остальные звонки оказались местными, сделанными гораздо раньше и не поддающимися идентификации.
Тут вдруг откуда-то снаружи раздался мягкий звук. Судя по всему, это дрожала входная дверь, которая, явно, захлопнулась за вошедшим Глауеном на замок.
Молодой Клаттук осторожно выглянул в окно. В свете уличного фонаря он увидел пару констеблей, которые в полном молчании пытались открыть дверь.
Через несколько секунд колебаний Глауен мягкими прыжками подбежал к ведущей в задний двор двери. Молодой человек бесшумно отодвинул задвижку и вышел на крыльцо. Немного постоял, внимательно прислушиваясь к окружающим звукам, затем тихонько отошел в тень. Еще через минуту констебли уже ворвались в здание и после беглого осмотра сразу же заметили незапертую дверь.
В одно мгновение Глауен перепрыгнул через ограду и помчался к тускло поблескивающему в свете многочисленных лун болоту. Вскоре его ноги захлюпали по чему-то вязкому.
В следующее мгновение он различил ведущую вправо аллею, застроенную по обеим сторонам маленькими домишками. Ярдах в тридцати далее светился многоцветный шар таверны. Оттуда доносился гул приглушенных голосов, странная заунывная музыка и громкий пьяный женский смех. Глауен проскочил мимо таверны, вывернул на какую-то улицу и неожиданно оказался прямо на авениде, идущей вдоль озера.
Здесь он, наконец, остановился, чтобы перевести дыхание. Появление полиции, произошедшее практически тотчас после его собственного, явно не могло явиться простым совпадением. Кто-то известил их, причем известил их именно тот человек, который уже знал, что Киблес мертв. Глауен попытался более или менее отчетливо выстроить последовательность событий прошедших дней. Предположим, молодой человек в синем балахоне и был тем самым красавцем, который так ловко обманул мисс Флавию Шуп. Предположим, он прибыл в Танджери примерно в одно время с Глауеном. Предположим также, что он заметил Глауена и, возможно, даже узнал его. Предположим даже и то, что и этот незнакомец смог добраться до Киблеса и получить от него тот же самый ответ, что и Глауен. Согласно таким предположениям можно было выстроить более или менее ясную картину. Прибыв в Компанию поддержки искусства аргонавтов, этот знакомый незнакомец попытался убедить Киблеса поделиться полученной последним информацией с ним, а затем убил его, чтобы информация не досталась Глауену. Увидев Глауена на аллее Криппет, он сразу понял, куда тот направляется и вызвал констеблей, дабы те застали на месте преступления якобы непосредственного убийцу. Даже если такой вариант событий на самом деле и был не совсем верен, Глауен решил, что теперь все равно необходимо как можно скорее отправиться в гостиницу «Лунный Путь».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
