миг не сохранялся прежним. Волна, еще одна волна... На руках мальчика, открытых по локоть, появилась такая же вязь.
Он с неверием смотрел на нее. Потом на Тэнгира, потом снова на руки.
— Ну, наконец-то, — выдохнул Выш.
— Давно пора, — согласился с ним Перес.
— Можно я подойду? — тихо вздохнул Минотавр.
— Папа! — заорал Френсис во все легкие и бросился в его объятия.
Глава 108
Ночью я лежала на груди Конвея и слушала, как билось его сердце. Как и все в Бездне, я знала легенду про то, что сердце высшего демона всегда отходило его избраннице — супруг тем самым отдавал жизнь в ее руки.
Но мне и здесь повезло. Я не в состоянии носить в себе сердце целого бога, а гарантий мне и так достаточно. Мы соединены кровным узором. Да, демоны подходили к созданию семьи более обстоятельно, чем люди. Сегодня на моих глазах Френсис и Тэнгир это подтвердили.
Демоненок получил то самое плетение, которого ему не хватило при рождении. И теперь ни у кого не возникнет вопросов, Конвей он или нет… У лорда Сноу официально появился наследник.
Почему этот факт так радовал меня? Да потому, что я тоже прикипела к этому своенравному мальчишке. А, учитывая герцогскую вязь, другой матери у него уже не будет.
Я почти не сомневалась, что Тэнгир откажется покидать Бездну. Напрямую мы с ним это не обсуждали. Но этот вопрос за веселой пирушкой, на которой присутствовали лакеи, горничные и, разумеется, Перес с нашим гордым гувернером, даже не поднимался.
Оказалось, что при заключении контракта, когда Конвей буквально вынимал бесов из петли или из ямы, все они видели его вторую сущность. Ту самую, которой я имела возможность любоваться только во сне.
Я ушла спать пораньше. Голова кружилась. К тому же они жутко начадили от переизбытка эмоций. Пахло и чем-то похожим на сандал, и вишней, и даже мандаринами — но так плотно и приторно, что мне стало не по себе.
Проснулась я от сквозняка открывшейся двери. В спальню вошел не Тэнгир, а Конвей. И даже не настаивал на близости. Только обнял, чмокнул и подоткнул одеяло. Любопытно бы узнать, что он запомнил из того, что происходило с ним в теле Тэнгира, но в сон клонило еще сильнее…
Что именно разбудило меня позже, когда весь дом уже спал, я так и не поняла. Прислушивалась к своему демону, к завыванию ветра за окном. Лестница поскрипывала, но в этом тоже не было ничего необычного. Тут Эллиот резко поднялся.
— Порорыв, — бросил он мне. — Не выходи из комнаты. Они заблокировали дом с той стороны. И для другого измерения мы теперь как яркая мигающая мишень. Точнее, как мышеловка.
— Эллиот, — забормотала я. — Разве это безопасно? Может, тебе перекинуться в… него?
— Не нервничай, по всему дому ловушки для иных. Я захлопну их более ловко. И вообще не бери это больше в голову, пожалуйста… Мне и так тошно, что тебе пришлось пройти… через все это.
Он мгновенно накинул рубашку и влез в брюки, а я осталась сидеть, прижимая к груди покрывало. В доме по-прежнему царила тишина.
Мне чудилось, что минулв целая вечность, а на самом деле — пять-шесть минут, не больше. Стены немного затрясло, как будто нас пошатнули на уровне фундамента. После первой длительной вибрации последовала и вторая.
Я вскочила, ожидая криков или чего-то похожего на тревогу. Но Сноу-Лодж по-прежнему погружен в сон. Что делать? Подождала еще. Часы оглушительно тикали по всему дому. Кольцо на правой руке налилось тяжестью… И ничего, вообще ничего не происходило!
Где искать Конвея? Мне вообще не стоит лезть самой. Надо разбудить наших бесов. Из-за кольца онемела вся кисть. Но когда я выскочила в коридор, по-прежнему терзаемая сомнениями, — кто сильнее, я, увешенная амулетами, или, допустим, Перес — как увидела герцога, тяжело поднимавшегося по лестнице.
Он пошатывался, и мое сознание шаталось вместе с ним.
Я встретила его на верхней ступеньке и… подхватила на руки, не позволяя рухнуть лицом в пол. В районе груди у него зияла дыра, в которую были видны балясины на площадке напротив.
Мысли появлялись отрывистые и пустые. Я по-прежнему не верила своим глазам. С Эллиотом просто не могло этого случиться. Сейчас зажмурюсь, и окажется, что все нормально. Он улыбнется, отмахнется… Он же демон. Могут ли первые герцоги жить с такой дырищей вместо легких, сердца и что-то там еще полагалось иметь… Сноу неподвижно лежал, уткнувшись головой мне в колени. Нижняя половина тела так и осталась на лестнице.
— Эллиот? Эллиот, ты меня слышишь?… Тэнгир! Отзовись, умоляю. Ты не мог исчезнуть вот так. Такая рана для тебя, как укус… Тэнгир, где ты, Бездна тебя подери…
Я стащила перстень, в котором он когда-то обитал. Потрясла, постучала по им по полу. Поднесла к шее любимого. Ничего. Никакой реакции… Прижимала к себе голову Эллиота и тихонечко выла.
Не годится, надо что-то делать. Наконец нашла более-менее подходящую позу, подложив ему под лицо его же локти. По-моему, он больше не дышал.
Не верю! Мы только что были так счастливы. У него было все, чего он хотел. Только протянуть руку… Я бежала обратно через холл целую вечность. Добралась до мастерской, где по-прежнему стояла рама с портретом.
На ней пусто. В пустыне никого. Я звала его, аж сорвала голос. Уже весь дом должен был сбежаться. Хотя необязательно. Над нашими апартаментами же установлен полог.
Выдернула картину из подрамника. Треснула по ней несколько раз в бессильном отчаянии.
Холст полетел в сторону, я опустилась на колени. Надо встать и пойти к нему. Ему нельзя лежать там одному. А лучше — вызвать кого-то, как и собиралась. Вдруг еще остались какие-то шансы…
— Лилия, ты чего орешь и почему на полу?
Тэнгир стоял на пороге, тряся огромной башкой.
— Я вроде бы уснул. Не помню. Ерунда какая-то. А потом ты начала визжать в ухе. Я говорил, что предпочитаю молчаливых женщин?
Ни разу я не обнимала его с таким остервенением. И до него все-таки стало доходить.
— Ты умер, ты умер у меня на глазах. Прямо на руках. Не делай так. Ты понял?? Иначе не увидишь меня больше.
Он кивал, слушая этот бессвязный бред.
— Тише, Лилия. Ты же кого сейчас гладишь? Вот, гляди, нет никакой раны. Целый я. Только
