предлагаю не обсуждать, — вернулся он к теме, когда все приборы уже разложили на столе.
Я так нервничала, что даже не взглянула на комплект. Как раз в этот момент выяснилось, что у нас не хватало вилок для морепродуктов. Это была проблема Переса, не моя. Но я все равно встретила появление Конвея на кухне квадратными глазами.
— Ты в порядке, Джейн? — осторожно уточнил он.
— Разумеется, Ваша Светлость. По правилам вашего дома, должна ли экономка наблюдать за приемом где-нибудь в уголке? Все-таки я не гувернантка и не дворецкий. Мое место рядом с остальной прислугой.
Конвей дернулся, но не стал отчитывать. Он установил на самый длинный из столов два голограммера. Один передавал картинку из гостиной, другой показывал нам холл с упором на входную дверь.
— Это удобно. Вы можете наблюдать за всем, что у нас происходит. Перес с Фрэнсисом отправятся встречать гостей. Вы с Вышем пока побудете здесь. Когда основная часть подойдет к концу, мы предстанем перед демонами вдвоем, Джейн. К этому моменту я разберусь со всеми проблемами.
Он сказал это при всех. При Пересе и при пяти лакеях. Я вспыхнула. До этого момента мы все-таки делали вид, что между нами ничего нет.
Герцог вышел, чеканя шаг, а все остальные словно ничего не заметили. Ноги стали деревянными. С частью гостей я уже имела несчастье познакомиться. Но тогда мое положение было вполне ясным.
Спустя десять минут Выш, сидя на табуреточке, комментировал появление каждого нового демона. Иногда он шутил, но мне было не до смеха.
— Это принц Марбас. Родитель того недоросля, что за несколько часов чуть не разнес нам второй этаж. И кто-то еще называл Френсиса невоспитанным… Принц силен, как и положено наследнику, но вам его можно не бояться. Он не позволит ни одного лишнего слова в ваш адрес, миледи.
Этого мне хватило, чтобы проникнуться симпатией к широкоплечему молодому человеку с целой гривой светло-каштановых волос. Он придерживал за плечи мальчика, ростом чуть выше юного лорда Сноу.
Следующий гость мне не понравился. Тоже рослый, тоже темноволосый, но с интересной сединой на висках. Не доверяю я мужчинам с крючковатым носом. Словно в подтверждение моих мыслей, демон резко развернулся и его пальто упало не в руки лакея, а на пол. Он скривился и что-то сказал Пересу.
За демона крепко держалась миниатюрная красотка с серебристыми волосами. Она хлопала во все стороны глазищами. И тоже не заслужила моего одобрения. Ей бы взять несколько уроков у суккуб — что такое шарм и что такое стиль.
— А это что за недовольный мужик?
— Герцог Вельзевул, — отозвался Выш, не скрывая усмешки. — Тот самый шантажист, с которым вы имели возможность пообщаться эпистолярно… И даже это еще не все. Великому герцогу очень нужен наследник. Выяснилось, что это он вел переговоры с Эбби, чтобы выкупить вас еще до вашего прибытия в Сноу-Лодж. Кажется, Его Светлость, не наш, а этот вот, нашел-таки особу с подходящими характеристиками.
Понятно, почему Эллиот не захотел, чтобы я провела в блестящем обществе вся отведенное для приема время.
Не успел Вельзевул с красоткой покинуть холл, как явилась еще одна пара. Герцог принялся здороваться с вошедшими, а я подумала, что очередной демон, пожалуй, самый неприятный из всех. Он даже из вежливости не кивнул Пересу. Сопровождала его моя случайная знакомая, леди Адаманта. Ее супруг глядел на всех остальных волком.
— Это барон Стивен Алистер. Главная угроза сегодняшнего вечера для лорда Конвея. Самое могущественное существо в Аду. Сын Бездны в каком-то своем по счету воплощении… Да-да, все эти демоны ее дети, но он что ни на есть родной, а не названый. И он та причина, по которой владыка попал в опалу и сейчас рыщет в поисках источников энергии.
Угроза что-то буркнул жене и за руку потащил ее за собой. Вел он себя далеко не как светский человек.
Последним прибыл Люцифер. В прекрасном расположении духа Люци чуть ли не облобызал Переса. Глядел прямо в голограммер и даже помахал нам с Вышем рукой.
Я не разделяла его энтузиазма. Лепрекон только пожал плечами и повел меня прямо к зеркалу. Там он начал колдовать над сложными замками сапфирового колье.
Глава 106
— А что, инквизитора не будет? — поинтересовалась я, разглядывая свое отражение.
Лепрекон старался не зря. А я так редко прибегала к его услугам. В «Лепестках» мне на помощь спешили суккубы, здесь — горничные. Однако Выш не только надел и аккуратно поправил украшения. Он еще уложил прическу немного иначе. Принес самые нарядные перчатки из моей коллекции. Одним прикосновением сделал так, что складки на платье встали нарочито упругой волной.
Нет, я не представляю, как можно жить в Бездне без такого помощника.
Он тоже смотрел в зеркало, весьма довольный собой и мною.
— Он уже на месте. Прибыл порталом, отговорившись тем, что торопился по долгу службы. Кого не будет, это принца Аббадона — не получится у вас сравнить, насколько наш демиург отличается от родителя Сатаниила — и первого герцога Астарота. Тот, как женился, появляется в Бездне только по чрезвычайным обстоятельствам.
Я кивнула, подозревая, что все же настанет день, когда я буду разбираться в этих герцогах, как в пальцах одной руки.
Из левого голограммера донесся голос Эллиота:
— Господа, давайте все уберем рога. Они, безусловно, великолепны. Но это редкие гарифундские обои. Про лепнину на потолке тем более молчу. А те из нас, кто прибыл с дамами, водят шеей так, словно у них назревает поединок.
Остальных мы не слышали. Доносился лишь нестройный гам и звон вилок. Если верить изображению, где-то через минуту рога у лордов исчезли. Барон Алистер перестал цепляться за жену так, будто ее кто-то собрался вырвать из его рук.
Обе картинки, однако, не радовали. Первый раз голограммеры выдавали столько помех.
— Это потому, что в гостиной сконцентрировано невероятное количество сырой магии. Боюсь, что скоро рванет, — предрек Выш.
Он что-то подкрутил, понажимал на большие выпуклые кнопки, которые существовали будто сами по себе. Они даже крепились к столешнице отдельно.
Теперь картинка пропала полностью. Голоса доходили в отличном качестве, но со всех концов стола сразу. Через пять минут у меня разболелась голова.
Уж не знаю, какие государственные вопросы они сели здесь решать, — громче всех было слышно Алистеров. Он отчаянно ревновал жену и перечислял имена каких-то столичных демонов. Зачем
