я бы им заплатила ею же.
Я глубоко вздохнула.
Кэб остановился, и плечи Зэро немного расслабились.
– Мы прибыли, сэр, – объявил шофер с таким видом, словно хотел поскорее выпроводить нас из машины.
Я выглянула наружу и увидела церковь из серого камня. Заостренные шпили торчали, как сломанные зубы. Зэро расплатился, мы вышли из машины, и такси с визгом укатило.
– Где мы? – спросила я, пока мы шли ко входу.
– Церковь Христа в Хампстеде. Она принадлежит Ордену, и здание соединено под землей со старыми туннелями. Это был единственный способ вывести тебя, – отрывисто ответил он.
– Зэро… – заговорила я, потому что не хотела, чтобы он оставался таким расстроенным, но как только мы вошли в церковь, к нам кто-то подошел.
Это была Зельда. Она казалась на несколько лет старше, в ее переливающихся волосах образовались седые пряди, а на лице – морщины. Она по-прежнему оставалась потрясающе красивой, но выглядела скорее на сорок, чем на тридцать.
– Наконец-то, – простонала она с облегчением. – Крэйн всю ночь притворялся, что занимается сексом с Лиф. Если мы сейчас же не вернем тебя в комнату, дорогуша, у нас будут проблемы.
– Что Крэйн делал? – удивленно переспросила я.
Зельда уточнять не стала, а лишь внимательно осмотрела меня.
– Как ты?
– Если бы я сказала, что в порядке, то это было бы ложью, так что отвечу, что жива.
– Это все, что сейчас важно. Пойдем, – она развернулась и проскользнула в одну из исповедален.
Напрягая извилины, я попыталась вспомнить, бывала ли уже здесь, но мысли беспорядочно скакали и не желали выстраиваться в единую картину.
– Идем, – направляла меня Зельда. Зэро протиснулся в узкую кабинку, и я последовала за ним. Вместо того чтобы начать раскаиваться в грехах, Зельда нажала на небольшой переключатель, и кабинка начала опускаться.
– Лифт? – ошеломленно спросила я.
– Очень старый. Надо бы его отремонтировать, пока кто-нибудь не застрял, – пробормотала вампиресса, и через некоторое время мы вышли в коридор.
Проход был вытесан из камня, на стенах висели старые масляные лампы, излучавшие теплый оранжевый свет, от которого наши тени искривлялись и мерцали. На мгновение показалось, что моя тень движется, но это оказался Генри. Теневой пес побежал вперед, и мы пошли следом.
– Что-то произошло, пока нас не было? – поинтересовался Зэро.
Зельда вздохнула:
– Нервы у всех на пределе. Столько разногласий и взбучек было в Совете. Это редко сулит что-то хорошее. Сначала нам надо покончить с этими глупыми Играми.
– Как Фалько? – осмелилась спросить я.
Она сочувственно посмотрела на меня.
– У него все хорошо, милая. Насколько я знаю, он спит.
– Он что-нибудь вспомнил?
– Ты имеешь в виду себя? Боюсь, что нет, но Фалько никогда не был открытым человеком, кроме того, мы не знаем друг друга настолько хорошо, чтобы затрагивать такие интимные темы. Советую тебе поговорить с ним позже.
Как раз в тот момент, когда мне показалось, что коридор никогда не закончится, мы подошли к ступенькам, ведущим наверх. Зельда повела нас за собой и толкнула тяжелую деревянную дверь. Та со скрипом распахнулась. Мы оказались в библиотеке. Обернувшись, я увидела, как Зэро задвигает книжную полку на место прохода, из которого мы вышли. Нас окружали тысячи книг, которые выглядели старше, чем я могла представить.
Зельда повела нас по коридорам, вывела через другую дверь, и мы оказались в длинном холле со старинными доспехами. К этому времени я стала примерно понимать, где мы находимся.
– Поднимайтесь по служебной лестнице наверх. Третья дверь справа – ваша комната. Поторопитесь, – приказала нам вампиресса, указывая на узкий проход со скрипучей деревянной лестницей.
– Спасибо, – просто поблагодарила я.
Женщина улыбнулась и направилась в другую сторону.
Мы с Зэро поднимались молча. Мне было неприятно, что он все еще зол на меня, но прежде чем я придумала, как начать разговор, избегая споров, мы оказались в знакомом коридоре. На стенах висели старинные картины, а ворсистый ковер делал наши шаги почти беззвучными. Зэро подошел к нашей двери и постучал.
– Кто там? Я трахаюсь! – прокричал Крэйн.
– Это мы, – весело произнес Зэро.
– Слава богу! – простонал Крэйн, распахивая дверь, и мы проскользнули внутрь, пока никто не видел. Он был раздет по пояс, обнажая внушительный пресс и шрамы на коже, и смотрел на нас круглыми глазами. – Где вы были? Вы в курсе, который сейчас час?
Зэро долго молчал, а затем произнес:
– Мы нашли вора и знаем, как помочь Фалько.
– Правда?
– Да. Я позже тебе все расскажу. Лиф пора собираться.
Крэйн подмигнул нам, потом лениво кивнул, указывая большим пальцем на мою кровать.
– Твоя форма там. Иди, прими душ, милая.
Когда я увидела его с темными кругами под глазами, всклокоченными волосами и усталой улыбкой на губах, у меня перехватило дыхание. Воспоминания о произошедшем были смутными, но то, что я помнила, еще много ночей не даст мне спокойно спать.
– Лиф… Ух ты! Эй, ты чего? – спросил экзорцист, когда я обхватила его руками и прижалась красными щеками к его груди.
– Прости меня за то, что я сделала там, – пробормотала я.
– Ох, милая, – от его смеха у меня завибрировала голова, и он погладил меня по волосам. – Это было самое веселое приключение в моей жизни. Тебе незачем извиняться.
– Я могла убить тебя.
– Но ты этого не сделала, и я приму это в качестве комплимента. И если Фалько проходит через такое каждый раз, то я сильно впечатлен. Ты – сумасшедшая колибри.
При упоминании Фалько мои щеки запылали.
– Прости.
– Я не против повторить, – заверил он меня, но тут же добавил: – Но не сразу. У меня все еще гудит голова.
– Я все исправлю, – пообещала я и отпустила экзорциста.
– Теперь ты мне должна два свидания.
Я ухмыльнулась и стянула с себя вонючую рубашку. Зэро и Крэйн видели меня и в худшем виде, так что я не чувствовала стыда от того, что стою перед ними в нижнем белье. В дверь постучали, и я остановилась.
– Ну и очередь сегодня, – проворчал Крэйн и распахнул дверь. – Чего надо?
– Крэйн.
Знакомый голос заставил меня застыть на месте. Все чувства одновременно сфокусировались на человеке у дверного проема. Фалько стоял в полной экзорцистской амуниции. Его взгляд скользнул по полуобнаженному Крэйну, затем по мне в лифчике. На его лице промелькнуло странное выражение. Прежде чем я успела что-то сказать, он обратился к Крэйну:
– Прошу прощения, что помешал вам.
– Ерунда. Мы просто готовились, – сказал Крэйн и даже не понял, насколько двусмысленно это звучало. Нерв на подбородке Фалько дернулся, но тем не менее его лицо осталось бесстрастным.
– Я
